Сквозь миллиарды миров

Глава 13

- Итак, - сказала Лаки, когда все собрались за круглым столом. – Я думаю, все согласны с тем, что мы получили достаточно знаний о мире, в котором оказались, для того, чтобы составить о нем вполне определенное мнение и не питать никаких иллюзий и ложных надежд. А потому я предлагаю здесь и сейчас решить, что мы будем делать дальше. Сейчас у нас есть только два варианта – остаться на какое-то неопределенное время в этом замке, либо отправиться дальше.
- На поиски неизвестно чего… - невесело усмехнулась Ирис.
- К сожалению, ты права, Ирис, - кивнула Лаки. – Если мы продолжим путь, то какой-то конкретной цели у нас не будет. Вчера мы с предельной ясностью осознали, что цивилизация, существующая в этом мире, неспособна помочь нам вернуться домой. И, по всей видимости, не будет на это способна еще многие столетия.
- То есть, другими словами, - медленно проговорила Анжела, - единственное, что нам теперь остается – это ждать и надеяться, что к Ирис вернется ее сила, способная вернуть нас в наш мир… Или куда мы там собирались?..
- Все именно так, - подтвердила Лаки, взглянув на нее. – Твое мнение?
- Нет у меня никакого мнения, - пожала плечами Анжела. – Честно говоря, мне все равно. Я буду согласна с любым вашим решением. Вообще, мне тут нравится. Но если вы решите идти еще куда-нибудь, я так же пойду с вами хоть на край света. По крайней мере, со штуковиной Кайли в лесу мы не умрем от голода и жажды, и нам не будут страшны никакие звери.
- Боюсь, Энжи, что ты не принимаешь во внимание еще один очень неприятный и неотвратимый фактор, - сказала я, криво усмехнувшись и глядя в стол. Все посмотрели на меня. – Я говорю про зиму.
- А… - разочарованно протянула Ирис.
- Что «а»? – прищурилась я. – Я посмотрю на тебя, когда через пару месяцев на улице будет сплошной снег, а тебе придется спать под каким-нибудь кустом или деревом. Ты вот когда последний раз мерзла? Никогда? Поэтому и не знаешь, что это такое. Я тоже забыла об этом за те годы, что была сверхчеловеком. А вот Майка, Лаки и Анжела, наверное, еще помнят те дни, когда их озеро превратилось в ледышку.
- Лучше не напоминай об этом! – жалобно проговорила Майка, поежившись. – Ни за что не хотела бы испытать такое снова! Уж лучше сидеть где-нибудь в тепле, если снова будет так холодно.
- Видала? – я победоносно посмотрела на Ирис. – Вот тебе и «а».
- Ну ладно, ладно, я некомпетентна, только не плачь, - сказала Ирис, подняв руки.
Если бы не ее примирительный тон, я бы посчитала слова Ирис за издевку. Все-таки, ее коммуникативные способности были еще очень далеки от идеала.
- Да, зима здесь, кажется, не сильно отличается от той, которую мы пережили, - тихо и задумчиво проговорила Лаки и остановила взгляд на мне. – То есть, ты предлагаешь остаться здесь, Кайли?
- Да, - твердо ответила я. – И очень прошу всех вас принять такое же решение. Здесь хотя бы есть прочные стены и крыша над головой, а также можно беспрепятственно разводить огонь для обогрева и приготовления пищи. Вокруг полно дерева и всякой живности, и когда все засыплет снегом, с помощью сканера можно будет выудить любого зверя хоть из-под земли. А насчет риска быть обнаруженными жителями города – мне кажется, это место давным-давно заброшено и никто сюда не ходит. От замка до города нет ни дороги, ни даже тропинки. Да это и неудивительно – горожанам здесь делать нечего, у них и своих забот хватает.
Я замолчала, надеясь, что приведенные мною доводы прозвучали убедительно для всех остальных.
- Спасибо, Кайли, твоя мысль ясна, - кивнула мне Лаки. – Ирис?
- Мне вообще все равно, - равнодушно проговорила Ирис и зевнула, прикрыв рот ладонью. – Если теперь все свелось лишь к тому, чтобы просто ждать, то почему бы и нет? Можно и здесь подождать, я совсем не против. Ведь, даже если мы и найдем другое убежище, то вряд ли оно будет принципиально отличаться от этого.
- Ясно, - кивнула Лаки и перевела взгляд на Майку. – Майя, твое мнение?
Анжела прыснула и расплылась в улыбке, даже и не подумав опустить голову. Мы с Ирис тоже улыбнулись.
- Чего ржешь? – накинулась на Анжелу Майка.
- Действительно, Анжела, - с мягким укором посмотрела на нее Лаки. – Майя такой же участник нашей команды, как и любая из нас, и она имеет точно такое же право принимать или оспаривать наши личные и общие решения.
- Конечно, конечно, я и не спорю, - лукаво улыбнулась Анжела, приподняв руки в знак примирения. – Куда же мы без нашей Майи?
- Ящерица! – через стол пригрозила ей кулаком Майка, почувствовав, что ее дразнят.
Анжела с невинным видом отвела взгляд.
- Итак, Майя? – повторила Лаки.
- Что? – вопросительно посмотрела на нее Майка.
Ирис хрюкнула. Я украдкой шикнула на нее, хотя и сама едва сдерживалась. Анжела закусила губу и все-таки опустила голову.
- Ты за то, чтобы остаться здесь, или за то, чтобы поискать место получше этого замка? – напомнила Лаки, на лице которой не дрогнул ни один мускул. Выдержка у нее была просто чудовищная.
- Я не хочу никуда больше идти! – буркнула Майка. – Ноги устают столько ходить. Теперь, когда мы стали обычными, будет лучше найти себе дом и жить в нем. И если лучше этого места у вас на примете ничего больше нет, то я хочу, чтобы мы все остались здесь. Тут уютно, тепло, есть камин и никто не мешает отдыхать. И вообще, мне та комната наверху, где мы спим, напоминает наш дом… - Она шмыгнула носом и жалобно посмотрела на Лаки. – Давайте останемся?
- Давайте, - кивнула Лаки. – Я тоже «за». И я очень рада, что наше решение единогласно. Как и было сказано, здесь уютно, мы защищены от ветра, дождя и снега, можно разводить огонь, чтобы согреться и приготовить пищу. Здесь мы можем ждать сколько угодно и, думаю, не опасаться внезапного нападения, так как замок давно заброшен. А идти куда-то и впрямь представляется авантюрой, особенно, в преддверии наступающих холодов. И к тому же… - Лаки несколько секунд помолчала, раздумывая. – К тому же, если придется с кем-то воевать, то это место прекрасно подходит для того, чтобы держать оборону. Стены здесь прочные, вход только один, а ворота и двери можно сделать новые. А можно и не делать, чтобы не привлекать внимания.
С этого ракурса я на наше положение еще не смотрела. Конечно, в случае битвы меня и одной хватило бы, чтобы за пару минут уничтожить на поле боя целую армию какого-нибудь местного герцога или короля. Но вот защищать девчонок в таком замке было бы несравненно легче, чем, скажем, в том же лесу. Хотя, сказать по правде, что-то не хотелось мне ни с кем воевать.
- Все-таки, лучше обойтись без войн, - заметила я.
- Конечно, - тепло улыбнулась мне Лаки. – Это только в самом крайнем случае.
- А что такое авантюра? – спросила Майка.
- Я тебе потом расскажу, - заговорщицки подмигнула ей Ирис.
- Ну, что ж, - проговорила Лаки и обвела всех бодрым взглядом, - тогда давайте будем устраиваться для длительного пребывания в этом замке.
На этом наше совещание закончилось.
Устраиваться было особо нечем, поэтому работы у нас намечалось предостаточно. Сначала мы всей нашей компанией прошлись по замку, осмотрели все комнаты и, в конце концов, выбрали для себя на втором этаже одно не очень большое помещение. В стенах не было окон, но зато в проеме сохранилась дверь, которую вполне можно было использовать, заменив несколько досок и смазав чем-нибудь подходящим петли. А еще здесь был выложен очень неплохой и, я бы даже сказала, красивый камин с хорошей вытяжкой. Эту комнату мы и решили обустроить для проживания. Здесь можно было совершенно безопасно разжигать любой огонь – пол и стены были из камня. Правда, спать на таком каменном полу, пусть даже набросав на него травы, было бы так себе удовольствием, поэтому я взялась соорудить нам кровати. Для этого мы все отправились в лес и свалили там высоченное дерево. Из его ствола я аккуратно нарезала дезинтегратором пять больших досок шириною в метр и длиною в два. Доски получились отличные – ровные, прямые и словно отполированные. Впрочем, они и были в каком-то смысле полированные – плоскость среза при дезинтеграции была непогрешима вплоть до молекулярного уровня, и об углы можно было запросто порезаться, поэтому мне пришлось их сгладить. Толщина досок была приличной, и на то, чтобы перетащить их в замок и поднять на второй этаж у нас ушло довольно много времени и уйма сил. Каждую доску несли четверо из нас, в то время, как пятая по очереди пропускала одну ходку и отдыхала, лежа на траве у замка с высунутым языком. В помещении с камином мы положили эти доски на устойчивые призматические подставки из того же дерева, а сверху накидали на них мягкой травы, в изобилии растущей вокруг замка. Получилось пять лежанок, вполне сносных, учитывая наше положение. Не сговариваясь, мы все решили тут же оценить плоды нашего труда, и с удовольствием растянулись на душистых подстилках, давая заслуженный отдых ноющим мышцам.
- Какой приятный запах! – блаженно промолвила Анжела.
И я только сейчас обратила внимание на то, что вся комната пропахла ароматом свежесрубленной древесины. Наверное, я придышалась к нему, пока мы носили доски.
- Прям как в каменном веке, - с наслаждением потянулась Ирис, развалившись на своей кровати, которая получилась по соседству с моей.
- Средневековье, - возразила я. – В каменном веке ты бы сейчас валялась в пещере на плоском булыжнике.
- Да все равно, - лениво махнула рукой Ирис. – Главное, что теперь есть, где нормально выспаться, не боясь всяких змей.
- Слушай, ты что – уже совсем привыкла? – серьезно посмотрела на нее я.
- Ну, нет, конечно, - чуть поразмыслив, ответила Ирис. – Мне до сих пор очень не по себе делается, когда думаю о том, что здесь я могу запросто умереть. Но, сейчас, во всяком случае, вроде, все хорошо и бояться нечего. Мы спрятаны от посторонних глаз, защищены от непогоды и валяемся на мягкой травке. Осталось только натаскать дров для костра и поймать что-нибудь на ужин. Сбегаешь?
- Как же! Разбежалась! – возмущенно фыркнула я. – И вообще, Ирис, у тебя, кажется, опять начинаются приступы скверного поведения? Ты сейчас договоришься, если не прикусишь язык!
- О, и что же ты сделаешь? – насмешливо осведомилась Ирис, повернув ко мне лицо. – Дезинтегрируешь меня?
- Дурочка, - сказала я с досадой. – Не шути так.
- Хотела же, - лукаво прищурилась Ирис.
- Ну, а сейчас уже не хочу. И вообще, тогда я ни капли не верила, что против тебя это сработает, поэтому и выстрелила. Так, со злости просто.
- Хватит вам болтать, - сонно промычала Майка, уже намостырившаяся поспать. – Если не замолчите, я сама вас обеих дез… де…
- Что, слишком сложно для тебя, да? – тотчас же съязвила Ирис, повернувшись к ней.
- Ах ты, ящерица! – изрекла Майка и, привстав, видимо, хотела броситься на свою обидчицу, но, немного подумав, решила не покидать свое уютное ложе и просто перевернулась на другой бок.
- Огня не хватает, - с сожалением вздохнула Анжела. – Темно здесь слишком, когда Кайли выключает свой свет. С костром было бы светло и уютно.
- Это верно… - задумчиво согласилась Лаки.
- Сходим за дровами? – предложила ей Анжела.
- Да, - кивнула Лаки, - пойдем.
И они вдвоем встали со своих кроватей.
- Я не пойду! – капризно заявила Майка. – Даже не пытайтесь меня уговаривать!
- Ладно уж, отдыхай, лентяйка, - благосклонно разрешила ей Анжела.
- Сама лентяйка! – буркнула Майка. – Я устала, как…
- Ящерица! – тут же ехидно вставила Ирис, рискуя снова навлечь на себя Майкин гнев.
Все весело засмеялись, даже Майка, кажется, фыркнула, прежде чем надуться.
- Ладно, вы вдвоем будьте здесь, - сказала я Ирис и Майке, - а мы сходим и принесем дрова.
- Тебе не обязательно идти, Кайли, - нерешительно посмотрела на меня Лаки.
- Не надо меня жалеть, - усмехнулась я. – Отдохну потом. С огнем ведь и правда будет уютнее. Да и вообще, ты не хуже меня знаешь, что лучше не покидать пределы замка без этого, - я похлопала рукой по своему браслету.
- Ты права, - вздохнула Лаки. – Тогда пойдемте. Майя, Ирис, будьте здесь и никуда не уходите.
- Есть, командир, - сказала Ирис, ухмыляясь.
Когда через несколько минут мы вернулись с охапками аккуратно нарезанных толстых сучьев и веток с того же дерева, которое мы использовали для постройки кроватей, Ирис и Майка уже спали без задних ног. Я разожгла огонь в камине, и мы втроем уселись рядом с ним, поправляя по мере надобности или просто из интереса пылающие дрова длинной палкой. В комнате сразу стало очень тепло. Пламя костра освещало не все помещение, а лишь охватывало теплым светом небольшую область вокруг очага. Три дальних стены тонули в полумраке, но так было даже лучше – таинственнее, загадочнее, уютнее… Через несколько минут нам стало жарко, и мы оставили огонь в покое и забрались на наши лежанки. Не знаю, как остальные, а я, кажется, вырубилась сразу же, как только моя голова коснулась травяной подстилки.
Дрыхли мы долго. А ближе к ночи начали потихоньку просыпаться. Костер догорел, оставив после себя лишь кучку золы, и мы разожгли его снова и, рассевшись прямо на полу вокруг камина, стали глядеть на огонь. Живое пламя завораживало и расслабляло разум, отвлекая его от всех мыслей, и постепенно наше безрадостное положение перестало казаться мне таким уж безрадостным. Ведь, в конце концов, все могло сложиться гораздо и гораздо хуже. А здесь у нас есть крыша над головой, еда, теплая постель – чего еще желать?
- Надо бы хоть стулья сделать, - задумчиво проговорила Анжела. – И стол…
- Да, было бы неплохо, - согласилась Ирис.
- Пойдем? – Лаки посмотрела на меня. – Или уже поздно?
Я взглянула на хронометр браслета.
- Лучше завтра, сейчас уже темно на улице. Давайте лучше поужинаем.
- Давайте! – сказала Майка.
Мы насадили на острие меча Анжелы кусок вчерашнего жареного мяса, подогрели его на огне и разделили поровну. Получилось очень даже недурственно. Тогда мы протянули к огню второй кусок.
А после ужина в моей голове родилась потрясающая идея и я подошла к Лаки, чтобы поделиться своими соображениями.
- Слушай, Лаки, - сказала я. – Давай я прошвырнусь в город и наберу нам всяких полезных вещей.
- То есть? – недоумевающее уставилось на меня это чересчур правильное создание. – Ты что, хочешь украсть их?
- Нет, я вежливо попрошу, и все будут только рады помочь нам, - ответила я. – Ну, конечно, украсть, Лаки! Не строй из себя святую невинность.
- Мы не мародеры! – гордо провозгласила золотоволосая праведница, задрав нос.
Чувство собственного достоинства настолько сильно переполняло ее, что едва не лезло из ушей. Мне очень захотелось напомнить Лаки, как она в бытность свою на озере перебила вместе со своими подружками два десятка тех самых мародеров, которых только что упомянула, хотя можно было просто не обращать внимания на их присутствие. Но я сдержалась.
- Лаки, - устало вздохнула я, глядя на единственную пуговицу на груди ее сильно поизносившейся рубашки, - хватит уже этой пафосной ерунды. Спустись со своих небес на землю, и подумай о пятерых людях, которым придется тут зимовать и у которых ни черта для этого нет. В конце концов, у людей в городе не сильно убудет, если в одном кабаке я позаимствую сковородку, а в другом – одеяло. Если уж они могут позволить себе просаживать деньги в ставках на боях, то пропажу небольшой домашней утвари они точно переживут.
И Лаки спустилась на землю и поникла головой.
- Все равно, воровать нехорошо, - тихим и скорбным голосом проговорила она.
- Нехорошо, - кивнула я. – Но сейчас без этого не обойтись.
Лаки тяжело вздохнула и в нерешительности закусила губу.
- Ну, хватит, - ласково сказала я и обняла ее. – Не терзайся ты так. Тоже мне – совесть человечества. Я возьму твой рюкзак, хорошо?
- Хорошо, - тихо ответила Лаки. – И смотри – осторожнее там.
- Конечно, - улыбнулась я.
Я вышла уже за полночь. В лесу стало довольно прохладно. Лицо обдувал приятный холодный ветерок, развевая мои волосы и шелестя листьями и ветвями над головой. Где-то недалеко ухал филин. Мне стало неуютно и в то же время как-то привычно и… как на Земле. То есть, как в моем родном, первом мире, где я когда-то давно точно так же любила иногда пройтись летом по ночному лесу. И сейчас вся эта свежесть ночи и тревожный шум деревьев будили в моем сердце давние, почти позабытые, но вновь нахлынувшие на меня чувства, которые обуревали мое сердце еще в дни моей юности…
Я застегнула куртку на все защелки кроме верхней, подняла воротник и легкой трусцой побежала к городу.
На часах было около трех, когда я остановилась недалеко от крайних домов, чтобы отдохнуть и перевести дыхание. Луну затянуло тучами, и темень была жуткая, но я все равно включила на всякий случай невидимку и, постояв еще немного в ночной прохладе леса, пошла блуждать по улицам.
Город и при свете заката не особо поразил меня своей привлекательностью, а ночью выглядел совсем уж тоскливым и унылым. И каким-то даже застывшим и безжизненным. Хотя, это, конечно, была всего лишь иллюзия из-за того, что на улицах в такой час просто не было людей, а вместе с ними пропало и ощущение жизни. Но жизнь здесь по-прежнему текла своим чередом, и кое-какие окна, особенно, в первых этажах больших строений были освещены тусклым, но теплым и уютным светом.
Я прошла немного по одной из улиц и, не став более углубляться в город, остановилась у обширного трехэтажного барака, на вывеске которого красовалась надпись, гласящая, что внутри столовая с ночлежкой. Дверь была не заперта и, осторожно отворив ее, я вошла внутрь.
Миновав большую полутемную прихожую, заваленную всяким хламом, я оказалась в довольно просторном зале, слабо освещенном несколькими свечными фонарями и уставленном деревянными столами и стульями. У дальней стены горел огонь в камине, возле него лениво прохаживалась очень толстая женщина неопределенного возраста, ворча себе под нос что-то неразборчивое и то и дело шуруя в огне кочергой. В стене, чуть в стороне от камина манила неизвестностью приоткрытая дверь. За столами в зале сидели две немногочисленные компании и бодрыми пьяными голосами разговаривали о какой-то бытовой ерунде. Перед ними стояли остатки еды в тарелках, бутылки и кружки. Мне здесь делать было нечего.
Аккуратно ступая, я двинулась к двери рядом с камином. Половицы были добротными и очень толстыми, и ни одна доска даже не скрипнула под моими ногами. На мое счастье, толстуха отошла в дальний конец зала к какому-то шкафу, и я осторожно протиснулась в приотворенную дверь, надеясь, что найду за ней что-нибудь интересное. Я очутилась в небольшом помещении, очевидно, служившем кухней. В сложенной из камня плите горел огонь, и на решетке над ним стояла большая кастрюля, в которой бурлило под приоткрытой крышкой какое-то варево. Я огляделась вокруг – ничего особо полезного, кроме, разве что, посуды, тут не было, и я уже повернулась, чтобы выйти, но тут на кухню вошла сама повариха, прошла мимо меня и, взяв тряпку, сняла с кастрюли крышку и помешала варево половником. Потом она потянулась к одной из полок над плитой и достала какую-то глиняную банку. Я постояла еще чуть-чуть, поглядела, как повариха приправила свой кулинарный шедевр каким-то бурым порошком из банки, и вышла. Теперь мой путь лежал к лестнице в углу, которую я не заметила сразу из-за царившего вокруг полумрака. Ступени справа, видимо, вели на верхние этажи, а слева – спускалась вниз. Скорее всего, то, что было мне нужно, находилось внизу, в подвале, но я не смогла отказать себе в удовольствии прогуляться налегке по этой роскошной, по местным меркам, гостинице, и сначала поднялась на самый верхний, третий этаж.
На третьем этаже прямо от лестницы начинался довольно широкий и длинный коридор, освещенный всего двумя фонарями. В левой стене коридора имелось четыре небольших застекленных окна, выходивших на улицу, а в правой я насчитала шесть дверей. Очевидно, за ними находились жилые комнаты. Я осторожно подергала за ручку одну дверь, затем другую. Третья поддалась и распахнулась с противным скрипом. Глазам моим предстало небольшое помещение, тонущее в темноте. Я разглядела застеленную каким-то тряпьем кровать, грубый стол напротив нее и пару кособоких стульев. Обстановка навевала тоску. Я аккуратно притворила дверь, повернулась и, подойдя к одному из окон, прижалась лбом к холодному стеклу.
За окном была ночь, и крыши ближайших домов терялись в ней, принимая неверные и причудливые очертания. Оставаться здесь дольше было незачем, но какое-то странное чувство внезапно нахлынувшей апатии не отпускало меня, и я простояла так, наверное, еще минут десять, прежде чем нехотя оторвала свой взгляд от неподвижного ночного пейзажа и, вернувшись на лестницу, спустилась вниз, в подвал.
В подвале было довольно прохладно, но совсем не сыро. Видимо, строить здесь все-таки умели. Я почти ощупью забралась в какую-то кладовку с дощатыми стеллажами и множеством полок, плотно притворила за собой дверь, включила самое слабое освещение и приступила к делу. Насобирала всякого барахла я очень даже немало. Во-первых, стараясь не шуметь, я сразу же вытащила из-под стола у дальней стены большой медный котел литров на пятьдесят и положила в него пару плотных шерстяных одеял, каждое из которых, по моим прикидкам, можно было разрезать на три части, чтобы застелить наши кровати. Потом, обнаружив в углу мешки с овощами, я приподняла одеяла и накидала на дно котелка всего понемногу. В рюкзак я наложила всяких жестяных мисок, ложек и кружек, пополам с какими-то бутылками, заполненными, судя по бумажным этикеткам, явно пьянящими напитками. Сначала я не хотела их брать, но потом представила себе напившуюся Ирис и, не в силах побороть искушение, позаимствовала пару штук. Еще я захватила два длинных железных шампура для жарки мяса, а также небольшое ведерко для воды и большой моток тонкой, но прочной бечевки. Еще я хотела взять прислоненную к стене шикарную кочергу, чтобы управляться с огнем, но вес ее превзошел все мои ожидания, а я и так была уже на пределе.
В кладовке было еще очень много всякого барахла, но все это, по большому счету, либо не имело для нас практической ценности, либо с лихвой могло быть компенсировано возможностями моего браслета.
Я обеими руками взялась за дугообразную ручку котла, с усилием подняла его и направилась к выходу.
Ноша получилась довольно приличная. Рюкзак на спине я почти не чувствовала, а вот котел с одеялами и корнеплодами внутри весил килограммов двадцать пять, если не больше, и нести его за ручку было очень неудобно. Тогда я подхватила его снизу, обхватив руками за бока и дело пошло успешнее. Я распространила невидимость и на свой груз и, сопя от напряжения, поднялась обратно на первый этаж, а потом беспрепятственно вышла во двор.
Луну намертво затянуло тучами, из-за чего на улице стояла кромешная тьма, и можно было особо не осторожничать. Вокруг было тихо. Наверное, все уже давно спали, а те немногие, кто не спал, скорее всего, развлекались в таких вот тавернах, накачивая себя алкоголем и всякими другими расслабляющими разум и тело яствами.
Я поудобнее подхватила свою ношу и зашагала к лесу.
В тот момент, когда я миновала последние окраинные дома и забралась в рощу, руки мои уже готовы были отвалиться. Я поставила осточертевший котел на землю и перевела дыхание. Затем я выбрала поблизости самое большое дерево и, вырезав возле него небольшую яму, осторожно опустила туда котелок. Забросав все это дело сверху ветками и листвой, я отметила место тайника на карте браслета и, можно сказать, налегке направилась домой.
Когда я вернулась к замку, солнце уже почти взошло, кое-как пробиваясь своими лучами сквозь густую листву деревьев. Войдя в холл, я сразу увидела Лаки. Она сидела на чурбаке за круглым столом, положив подбородок на руки, но не спала. По-моему, она вообще не спала за все то время, что я отсутствовала. Увидев меня, она улыбнулась и, как мне показалось, облегченно вздохнула.
- Привет, - сказала я и усмехнулась. – Кажется, недавно одна особа выговаривала двум другим за то, что они торчали у входа на самом видном месте.
- Каюсь, - улыбнулась Лаки. – Но, как оказалась, здесь действительно самое лучшее место для того, чтобы кого-то ждать.
- Ты что, совсем не спала? Зачем так себя мучить?
- Ерунда. Так ты… осуществила то, что хотела?
Я уловила скорбные нотки в голосе Лаки.
- Вот только не надо смотреть на меня, как на жесточайшего варвара, - проговорила я, скидывая рюкзак. – Уверена, никто и не заметит, что я заходила к ним в гости. Я нашла много полезного барахла. Котел, ложки, кружки, одеяла… Только котел с одеялами и еще кое-чем я оставила в лесу недалеко от города. Неудобно тащить одной.
- Пойдем, - сказала Лаки, встав из-за стола и направившись к выходу.
Очевидно, она поняла мои слова, как намек, ни на миг не задумавшись о том, что я на такую жестокость по отношению к ней просто не способна.
- Ну, нет! – прищурившись, сказала я и заступила ей дорогу. – Единственное место, куда ты сейчас пойдешь, это кровать.
- Да брось, - мягко сказала Лаки, улыбнувшись. – Я в полном порядке и мне совсем не хочется спать.
Я подошла ближе и обняла ее. Лаки была мягкая, теплая и очень хотела спать.
- Прекращай выпендриваться, - прошептала я ей на ухо. – Никуда ты не пойдешь, ясно? И хватит уже геройствовать.
- А сама-то? – улыбнулась Лаки. Она зевнула и положила голову на мое плечо. – Ты ведь устала, пока ходила туда и обратно. И сейчас хочешь сходить еще раз.
- Да, устала, - согласилась я. – И поэтому мне не нужен еще один уставший и засыпающий на ходу помощник. А без меня никак – только я знаю, где тайник. И только у меня есть браслет. Так что, иди спать.
- Точно? – спросила Лаки и, не удержавшись, опять зевнула и рассмеялась.
- Точно, - сказала я. – Пошли наверх.
- Ну, ладно, - сдалась Лаки, и мы поднялись в нашу комнату.
Все остальные, конечно же, дрыхли. В камине горел несильный огонь – видимо, Лаки поддерживала его, заботясь о том, чтобы в комнате было тепло.
Сначала мне хотелось взять в помощницы Ирис, чтобы поболтать с ней по дороге, но я не стала рисковать своим душевным равновесием и остановила выбор на Анжеле. Та спала, лежа на спине и свесив одну ногу на пол.
Растолкав Энжи, я вкратце объяснила ей, что от нее требуется. Анжела согласно кивнула, встала, натянула сапоги и взяла свой меч. Лаки нерешительно присела на свою кровать.
- Ложись, - приказала я ей. – Если увижу, что ты не спишь, когда вернемся, то получишь у меня, поняла?
- Поняла, но вообще-то, нельзя оставлять дом без охраны, - задумчиво произнесла Лаки. – Кто-то должен подежурить внизу, пока тебя не будет.
Я с ужасом почувствовала, что она говорит серьезно.
- Да кто сюда придет? Нас не будет всего-то часа четыре! – теряя терпение, воскликнула я. – Хорошо, я буду часто поглядывать сканером в вашу сторону на всякий случай, идет? А скоро еще эти две подруги проснутся, - я кивнула на дрыхнущих Ирис и Майку, - вот и пусть караулят. А теперь – ложись. Быстро!
- Ну, хорошо, - кивнула Лаки. Она легла, положила руку под щеку и тепло на нас посмотрела. – Удачи вам.
- Спасибо, - улыбнулась ей в ответ Анжела. – Тебе не холодно? Может, подбросить дров?
- Идите уже! – засмеялась Лаки.
Мы спустились вниз, и вышли из замка.
- Прости, что разбудила, - сказала я, когда ветви деревьев сомкнулись над нашими головами, - но лучше обстряпать это дельце пораньше. А то кто-нибудь может напороться на тайник.
- Да ничего, - со смехом отозвалась Анжела. – Все равно ведь уже утро. Да и что дома сидеть? Скучно же. А так хоть разомнусь. Да и прогуляться по лесу перед завтраком всегда приятно.
- Ладно, ладно, - я, прищурившись, посмотрела на нее и улыбнулась. – Хватит уже придумывать мне оправдания. В общем, спасибо.
Рот Анжелы растянулся до ушей в обворожительной улыбке, обнажив ровные белые зубы.
- А ты не так уж проста, - ехидно сказала она. – Догадливая.
- Ну да, не дура вроде бы, - ответила я и засмеялась, заставив рассмеяться и Анжелу.
Я перешла на легкий бег, и Анжела, отстав на пару шагов, последовала за мной.
Утренний лес был свеж и бодр и очень приветлив. Он встречал нас щебетанием птиц, шелестом листвы и запахом сосновой хвои.
Надо как-нибудь вытащить Ирис погулять здесь до наступления холодов, подумала я. Порасспрашивать ее про Мака, да и вообще… Она единственная, рядом с кем я ощущаю хоть какую-то связь с моим родным миром. Ах, как хорошо было путешествовать на глиссере – сколько бы миров ты не оставил за спиной, всегда можно было вернуться, стоило лишь отдать команду. Эх… И все-таки, хорошо, что сейчас со мной именно Анжела. Конечно, риск напороться на кого-нибудь в лесу – минимален, да и к тому же у меня есть сканер, который предупредит о приближении человека или зверя за километр и даже больше, если надо. Да и вообще, на худой конец в браслете есть дезинтегратор, которому все равно, человек ты или дикий медведь, или дерево, или скала, но… Я чувствую, что если случится что-нибудь непредвиденное, Ирис, лишенная своей силы, на которую привыкла опираться всю свою жизнь, может просто растеряться, или же, наоборот, сделает что-то необдуманное и в спешке выкинет какую-нибудь неосторожную глупость. И в таком случае всегда остается хоть и минимальный и стремящийся к нулю, но все-таки шанс, что я со всеми своими навыками не смогу ей помочь. Да, признаться, и от навыков моих осталось не очень много – еле дотащила до окраины города котелок с вещами. Смешно!.. Да и реакция уже совсем не та, и органы чувств… Тоже мне – Платиновый Хранитель. Вот тебе и замыкание хромосом, воздействие которого, очевидно, каким-то образом привязано к сингулярности нашей вселенной…
Я остановилась. Какие-то разрозненные, но важные мысли закопошились в моей бестолковой голове. Я закусила губу и попыталась разобраться в них. Если сила Ирис со временем должна восстановиться, а Ирис это абсолют, то есть, теоретически, следующая ступень эволюции сверхчеловека, то… Возможно, и мои способности тоже когда-нибудь вернутся в этом мире. А вдруг они вернутся совсем скоро? Или же нет?.. Принцип-то восстановления, наверное, один и тот же. Хотя, что мы знаем о принципах действия, если речь идет об абсолюте?..
Анжела, увидев, что я столбом застыла на месте, тут же пригнулась, взявшись за рукоять меча за спиной, и быстро огляделась вокруг, хищно высматривая среди деревьев возможную угрозу.
Да, Анжела – это тебе не Ирис. Когда она рядом, можно, наверное, даже браслет отключить – она и без дезинтегратора разберется с кем угодно, как мне кажется. Да это и неудивительно – веселая, наверное, была у нее жизнь до того, как она пришла к озеру после зимы. Чего только стоит ее первая встреча с Лаки и Майкой…
- Расслабься, Энжи, - усмехнулась я. – Я просто задумалась о всякой ерунде. Если кто-то окажется недалеко от нас, браслет предупредит. На сколько он тут поставлен?.. – Я залезла в настройки сканера. Расстояние предупреждения было выставлено на один километр. – В общем, за две тысячи шагов. Так что можно идти спокойно, вокруг нас никого нет.
- Ну ладно, - улыбнулась Анжела, пожав плечами. – Тогда можно не беспокоиться, наверное. Пошли дальше?
- Пошли, - кивнула я и зашагала рядом с ней.
Анжела шла легко и быстро, своей привычной уверенной походкой, выдерживая шикарную осанку и повесив на лицо довольную мину. А может быть, она действительно была рада пройтись со мной по свежему воздуху. Или была рада оттого, что вот, кому-то потребовалась помощь, и для этого выбрали именно ее. Я почувствовала, что попала в точку. Видимо, Анжела очень любит помогать другим. Хотя, Лаки, например, тоже любит. Только Лаки делает это потому, что, справедливо видя в себе гениального организатора, считает себя ответственной за всех и вся. А вот Энжи… Даже не знаю, как сказать. За те дни, что я провела рядом с ней, у меня сложилось впечатление, что Анжела постоянно испытывает какое-то почти незаметное для постороннего взгляда чувство вины. И многие ее действия вполне могут выглядеть так, словно она извиняется за что-то. Иногда это едва заметно проявляется в ее взгляде, голосе, словах… Быть может, она до сих пор не может простить себе события той ночи, когда она едва не убила Майку и Лаки?.. Сомнительно. Лаки с Майкой дулись на нее за это день или два, не больше. Да и, в конце концов, драка есть драка. Она в тот раз тоже хорошо получила от них. А потом еще и спасла их от верной смерти, с лихвой искупив свое поведение, которое, по большому счету, было основано лишь на невежестве, но никак не на злобе и ненависти. Нет, тут что-то другое. Вероятно, что-то более важное и спрятанное гораздо глубже. Что ж, попытка – не пытка.
- Слушай, Анжела… - проговорила я, замявшись.
- Что? – Анжела посмотрела на меня и, видя мою нерешительность, чуть приподняла свои роскошные брови. – Да ладно тебе, скажи!
Я почувствовала теплые дружеские нотки в ее голосе и решилась.
- Не хочу лезть не в свое дело, но почему ты всегда такая скрытная? Почему ты никогда не рассказывала Майке и Лаки о своем прошлом, о детстве? Оно было слишком тяжелым?.. Можешь не отвечать, если не хочешь, я пойму.
Анжела тяжело и, как мне показалось, взволнованно вздохнула.
- Прости, - сказала я, уже жалея, что начала этот разговор.
- Да нет, ничего, - сказала Анжела, невесело усмехнувшись. – Просто, там действительно все очень плохо. Видишь ли… - Она на минуту задумалась, видимо, не зная, с чего начать. – И у Майки, и у Лаки были родители, была семья... Жаль, конечно, что они обе потеряли всех еще в детстве. А я была сиротой с рождения. Я… Я расскажу тебе. Только не говори больше никому, ладно?
- Может, лучше не надо? – Меня начала терзать совесть за то, что я разбередила в душе Энжи старые раны. Я с сочувствием посмотрела на нее. – Я никому не расскажу, но вполне возможно, что мне придется передать свою память еще кому-нибудь из нас, и тогда этот человек узнает то, что ты мне сейчас скажешь.
- Ну, значит, так тому и быть, - сказала Анжела. – Просто мне действительно всегда хотелось хоть с кем-то поделиться. Но рассказывать об этом Лаки или Майке было стыдно и страшно.
- Почему? – осторожно спросила я.
- Потому что я из тех, кого они ненавидят. Я была рождена в банде убийц и воров, которые совершали набеги на мирные селения. Я ничего этого не помню, конечно, так как была еще совсем маленькой, но люди, среди которых я выросла, рассказали мне, что подобрали меня в лагере бандитов, после того, как жители селения разгромили этот лагерь в отместку за подлое ночное нападение на их селение. Мои родители были убийцами и несли людям лишь боль и страдания. И я до какого-то времени тоже была такой же и однажды едва не совершила самую главную ошибку в своей жизни. Ты знаешь об этом. Лишь по счастливой случайности той ночью я избежала ее. Но с тех пор не проходит и дня, чтобы я не возвращалась к мысли о том, что могу причинить кому-нибудь непоправимое зло. И мои черные волосы и синие глаза – неоспоримое доказательство того, что я на это способна.
Анжела говорила, шагая и глядя вперед, а из глаз ее по щекам бежали слезы и, скатываясь по подбородку, падали на воротник ее черной матерчатой куртки. Она не пыталась давить на жалость или вызвать сочувствие к себе, она просто рассказывала о том, что мучило ее всю жизнь, и, скорее всего, будет продолжать мучить и дальше. И я почувствовала, что мои глаза тоже стали мокрыми.
- Анжела, - сказала я, даже не пытаясь скрыть звучащую в моем голосе нежность, и не стыдясь ее, - ты могла быть какой угодно раньше. Но теперь ты та, кем ты стала, и стала уже очень давно. А стала ты замечательным человеком и очень хорошим и верным другом. Я, не задумываясь, доверила бы тебе свою жизнь. Да и не только я – любая из нас, я в этом уверена. Могу честно сказать тебе, что даже в моем мире у меня никогда не было таких друзей, как ты, Лаки и Майя.
Щеки Анжелы запылали.
- А Ирис? – спросила она, не глядя в мою сторону, и я почувствовала, что Анжела задала этот вопрос лишь для того, чтобы сбить сентиментальность момента.
- Ирис тоже исправляется в последнее время, - улыбнулась я.
- Ладно, - смущенно усмехнулась Анжела и, отыскав, не глядя, мою руку, порывисто сжала ее. – Спасибо тебе, что так хорошо думаешь обо мне. И спасибо, что выслушала.
- Ну, что ты, - сказала я. – Это я должна быть благодарна тебе за то, что ты доверяешь мне настолько, что даже раскрыла свою душу. И, знаешь, Анжела… Тебе не стоит бояться, что эти двое изменят свое отношение к тебе только из-за того, что твои родители были какими-то там нехорошими людьми. Дети не повинны в поступках своих родителей.
- Ладно, там видно будет… - вздохнула Анжела, рассеянно глядя вперед.
Я улыбнулась, посмотрев на нее, и в ту же секунду чуть не распласталась на земле, споткнувшись о какой-то корень.
- Что, в сон клонит? – тут же с плохо разыгранной ехидностью поинтересовалась Анжела. – Выдержка уже не та, что раньше?
- Не переживай, не задремлю, - подыграла я ей. – Шагай давай.
А в следующий миг я взяла ее за руку и сжала ее пальцы.
Спасибо тебе, Энжи, с искренней благодарностью подумала я. Спасибо.
И на душе у меня стало легко и спокойно.