Сквозь молчание

Глава VI. Один из весенних дней

Солнце касалось всего, что так любила Тейла. Она перебирала цветки в морозильном отделении, осматривая лепестки и стебли. Искала изъяны. И не найдя больше ни одного, схватила отобранную партию. Встала за стол и начала собирать букет.

В местном магазинчике всегда было тихо и пусто, отчего Тейла чувствовала себя умиротворенно. Особое удовольствие доставляло собирать монобукеты, но это не имело большого спроса. Приходилось выдумывать, удивлять посетителей самыми разнообразными по содержанию и объему букетами. И хотя заходили клиенты редко, магазинчик имел хорошую прибыль. В основном все делали покупки через приложение, а заглядывали сюда или молодые пары, которые беззаботно прогуливались поблизости в парке, или курьеры. И она была довольна. Старенькая хозяйка цветочного бутика всецело доверяла ей управление и продажу. Отчего Тейла проводила здесь практически весь день.

Иногда выходила на улицу, когда наступал обед или большая часть работы была сделана. Прогуливалась вдоль зеленого сквера, чтобы заглянуть в маленькую кафешку на углу. Брала свежий, только что испеченный круассан и кружку черного горячего чая. Как в первый раз глядела на город, в котором жила уже около трех лет. Улицы здесь были просторными и свежими. Повсюду рассажены цветы, кусты и деревья. Где-то стояли автоматы с газировкой, а около них бегали и прыгали дети, выпрашивая стаканчик у родителей. На скамьях сидели старички, кормящие птиц, одинокие люди, тихонько читающие местную газету и книги, парочки, шепчущие о любви и планах. И, наблюдая за чужими судьбами в новом месте, не верила до конца, что у нее получилось.

Однажды она рассталась со всем, чтобы начать жить с нуля. И, как не было бы ей боязно, страшнее было бы прожить не «свою» жизнь. И долгие месяцы в одиночестве заставили это осознать.

Первые полгода она безудержно плакала каждый день, лежа на неудобном матрасе съемной квартиры. Даже не могла напиться, чтобы приглушить изматывающую боль! Отчего не спала ночами, ревела и смаковала горький вкус расставания. Утром смотрела на себя в зеркало, замечая лишь уродливый шрам на шее. Ненавидела его, отрицала всё, что было связано с ним.

Но, как и бывает, после бури наступает всепоглощающее забвение. Так и к ней пришло облегчение. Она победила и решила, что больше никогда не вернется в старую жизнь. Никогда не купит люксовые шмотки, не станет тратить деньги на дорогостоящую недвижимость. Не возьмет новый автомобиль, потому что ей нравилось ходить пешком, вдыхать аромат маленького провинциального города. Замечать людей с не похожими лицами и неповторимыми в своем переживании эмоциями.

И хотя она не смирилась до конца с некоторым уродством, рассеченным на шее, испытывала очарование от необходимых элементов гардероба — шарфиков и платков. И сегодня, когда температура еще не достигла и 20 градусов тепла, она накрутила тоненький, длинный шарфик на шею. Заколола волосы в неряшливый пучок. Утеплилась вязаным кардиганом, бежевым тренчем и надела единственные в ее теперешнем гардеробе джинсы. Больше она не носила каблук, только удобные ботинки и кроссовки. И в этом всём нашла себя. Ту самую, которую потеряла когда-то в пучине навязанных и обязательных дел.

Сегодняшний день не отличался ничем от прошедших. Она все также по завершению рабочего дня, когда солнце скрылось за горизонтом, не спешила и занималась уборкой. Длинный светильник на потолке игриво болтался из стороны в сторону, напоминая, что завтра перед работой ей нужно сходить за новой лампочкой. Мимо проехал шумно автомобиль и остановился где-то поблизости. Однако Тейла увлеченная проверкой воды в кувшинах, не обратила на это внимания. Неожиданно раздался тоненький, мелодичный звук у двери. Кто-то пришел.

– Извините, но мы уже закрыты!

Тейла выглянула из комнаты персонала. Перед ней был он. Постаревший, статный мужчина с теми же глазами, которые она не могла забыть по сей день. Мелкие морщинки покрыли лицо. В этот раз он был гладко выбрит и Тейла заметила его широкие губы, которые целовала однажды. И самое удивительное и, к несчастью, показавшееся ей неизменным, в нем больше не было легкости. Тяжелыми шагами он подошел к ней. Звук ботинок эхом отразился от всех поверхностей магазинчика. Тейла вздрогнула и тут же замерла в непредсказуемом ожидании. И как же неловко ей было оттого, что он нашел ее такую не подготовленную. Она совершенно не представляла, что нужно готовить, как объясниться. Он был близок ей когда-то, но никогда не касался её души по-настоящему. И теперь ей было страшно даже не догадываться о его намерениях. Зачем он пришел? Обвинить или простить? Прошло так много времени! Почему судьба именно сегодня привела его снова к ней?

– Здравствуй, Тейла, - хрипловатый голос донесся до ее ушей, подарив новую волну беспокойства и смущения.

– Здравствуй, Люсьен.

– Кажется, судьба все же смиловалась над нами.

Он все ещё помнил ее слова в письме. Сердце тронулось от его присутствия, когда-то родного тембра голоса и взгляда, все такого же глубокого и теплого. Отчего слезы, некогда скрываемые даже от самых близких, теперь полились неожиданно градом. Как же ей хотелось вновь кинуться к нему в объятия, молить о прощении и просить остаться с ней. Но не подвластны обычному человеку чужие судьбы. Тейла продолжала стоять, не вытирая мокрое лицо. Губы ее дрожали, не в силах что-то ответить.

Люсьен же, держа руки в карманах черного пальто, сжал кулаки сильнее, наблюдал за ней. Впервые увидел ее искренне хрупкой, человечной. Живой. Не забыв боль, мучившую его еще долго после их расставания, он неожиданно для себя смягчился. Вдруг стал способным отпустить всё, что не давало спать, задаваясь одними и теми же вопросами каждую ночь. И какими же эти вопросы стали незначительными и лишними! Вот он перед ним. Такая, какой всегда была. Какую прятала от всех однажды. И в этот же миг расслабил руки, вытащил их и громко вздохнул. Приблизился к ней, становясь совсем рядом, чтоб заметить, как изменился её взгляд. Нет жестокости, холода и отречения. Только выражаемые стыд и смущение. Люсьен мягко улыбнулся, дотронулся до мягкой кисти и вдруг произнес: