I
Ветрено. Вокруг все мрачное и хмурое. Деревья едва не могут удержаться, чтобы не улететь вместе с потоками ветра. На небе видны проблески молнии, словно вот-вот ударит по земле, а разбавлялось все это устрашающим треском грозы. Наряду с этим шел сильный дождь. Словно небо было чем то сильно опечалено.
По тропе целенаправленно куда-то шел загадочный мужчина, лет тридцати пяти, абсолютно не обращавший внимание на капли дождя, которые с довольно быстрой частотой падали на его и без того сырую одежду. У него были длинные черные волосы с завязанным хвостом на затылке, красные глаза и пронзающий недовольный взгляд, на щеке виднелся старый длинный шрам от пореза, предположительно катаной.
Ветер рвал его красную хаори, обнажая рукоять катаны с черно-красной оплеткой - клинок, повидавший десятки, а то и сотни боев. Гэта скрипели, проваливаясь в грязь, но он шел, не замедляясь, будто дождь и молнии были частью его пути. Было понятно одно - мужчина самурай, причем не обычный, а довольно опытный.
Вдали от мужчины едва виднелось каменное сооружение, окруженное оврагом и напоминающее высокую башню.
-”Наконец-то… - его голос перекрыл гром, - Не уж то, а ведь я думал старик бредил, когда рассказывал про башню. Посмотрим, стоили ли его кости моего времени.”
Мужчина злостно ухмыльнулся, долго смотря на эту башню и думая что-то про себя. На фоне его злостной улыбки сверкала молния и громко трещало небо.
II
22 года спустя…
Дарьяна.
Мне 22 года. Мой отец спился, а мать погибла, едва мне исполнилось шесть лет. Она была мечником и погибла от руки сэкидзо. С появлением этих существ мир для обычных людей радикально изменился. Все люди стали изучать боевые искусства для самообороны, иначе они попросту будут уничтожены. Одиннадцать дней назад мы всей деревней отстояли рейд сэкидзо. Не знаю какую цель они преследуют, но я пообещала сама себе, что стану охотницей и овладею стихией, что унаследовала мне моя мать, это поможет мне найти ее убийцу. Отец владел магией воды, но как мечник, в отличии от матери, он был не выдающимся. Мать владела ветряной магией, но это ей не помогло совладать с одним из сильнейших противников. Все книги, что она читала о магии ветра перешли ко мне и я каким-то чудом смогла их освоить, в отличии от других. С семи лет я впервые взяла в руки катану и тренировалась вместе с остальными. Среди взрослых мужчин было тяжело тренироваться. Признаюсь, порой хотелось все бросить и перестать этим заниматься. После тренировок рвало кровью, а старейшина смеялся: “Вытри слезы, девочка и иди на кухню обед готовь”. Все утверждали, что я слишком хрупкая и ничего не смогу, поэтому тренировалась вдвое больше остальных и это пошло на пользу, ведь теперь сильнейшая мечница в деревне - это я, если не считать моего отца. Однако совершенству нет предела, поэтому я хочу пойти на отбор в академию сильнейших охотников, чтобы стать намного сильнее и покончить с сэкидзо раз и навсегда.
Отец тупо пялился в бутылку, когда я говорила про академию. “Тебе бы ребенка рожать, а не мечом махать”. Кажется, он даже не помнил, чьи гены во мне... Я знаю, что существуют мечники намного талантливее, чем я. Но хотелось бы верить в то, что если отточить свое мастерство владения стихией и катаной, то можно стать сильнейшей охотницей. Но пока это на уровне мечты, не знаю, смогу ли я вообще попасть на отбор.
III
— Кадзуэ!
Голос громоподобного старейшины разорвал утреннюю тишину. В его руках алел конверт с восковой печатью – два скрещенных клинка, пронзающих солнце. Академия Охотников.
Кровь ударила в виски.
— Поздравляю, — старик протянул письмо, — ты допущена к вступительным испытаниям. Как и твоя мать... двадцать лет назад.
Толпа ахнула. Ребятня завизжала: “Дарьяна станет охотницей!"
Старики перекрестились, а мужчины моего возраста нервно поёжились – они ещё помнили, как на прошлой неделе я разнесла пятерых на тренировочном ринге. Вокруг меня собрались все, кроме одного человека. Это был отец.
Он сидел у старого додзё, где мать когда-то училась фехтованию. Пустая бутылка качалась у его ног. На нем не было лица.
— Отец... Я еду в столицу.
Он даже не поднял головы.
— Ты не пойдешь…
— Что?!
Его кулак с хрустом врезался в гнилую доску крыльца.
— Ты думаешь, я позволю тебе повторить её путь?! — в глазах, налитых хмелем, бушевало что-то дикое. — Это все русские корни в тебе говорят. Она была лучшей выпускницей за столетие! И что?! От нее мокрого места не оставили высокоранговые сэкидзо, а сама она ничего не добилась и оставила тебя, унаследовав только эти чертовы книги. Да ты понятия не имеешь насколько они жестоки! Они растерзают тебя и глазом моргнуть не успеешь!
Я не на шутку разозлилась. Казалось сейчас я рвану от ярости. Я уже не могла держать все в себе:
— Именно поэтому я должна идти! Я должна отомстить за мать! Я должна найти ее убийцу и помочь остальным людям! Я не хочу наблюдать за тем, как Сэкидзо убивают остальных ни в чем неповинных детей, их родителей! Ты же сам был охотником и должен меня прекрасно понимать, не так ли?
Тишина. Он поднялся, вдруг страшно трезвый.
— Делай, что хочешь. Я умываю руки.
— Да как он смеет вообще мне что-то запрещать! - подумала я про себя, — Я давно уже не ребенок и сама знаю, что делаю! Я сама знаю, что это опасно! Какой он отец, когда даже свою дочь не может поддержать?! Ненавижу…
Злость пробирала меня изнутри. Хотелось только одного - поддержки отца, но и этого я не получила.
Прошло три дня с момента получения письма. Я приехала в столицу. Ранее я никогда ее не посещала. Все казалось странным вокруг, все не как дома. После тихой деревни столичный стрекот оглушал.
Меня поселили в казарму академии, где ночевали и остальные новобранцы. Шли дни тренировок, я оттачивала свои навыки и умения, но все косо смотрели на меня - первый раз видели девушку с катаной в руке. Это действительно была редкость, однако таких повстречать можно и моя мать была не исключение. Каждый вечер перед сном я записывала свои мысли в дневник и перечитывала мамины унаследованные книги. Перечитывала вновь и вновь, будто готовилась к экзаменам.
Отредактировано: 30.09.2025