Сквозь Сэкидзо: Три лика бездны.

Глава 1. Внезапная встреча.

Уважаемые читатели. Данная история является логическим продолжением книги “Сквозь Сэкидзо: Начало”.

Мы с Юки двигались в гробовой тишине, плечом к плечу, наши шаги поглощала неестественная акустика незнакомого города. Воздух был тяжелым и спертым, пахнущим пылью веков и чем-то еще — сладковатым, гнилостным душком, исходящим от самой сути этого места. Я чувствовала, как ледяные пальцы страха сжимают мне горло, но под этим страхом тлел иной, более жгучий огонь — предчувствие. Казалось, разгадка тайны гибели моей матери витает в этом воздухе, она совсем близко, нужно лишь протянуть руку.

За нами, стараясь не отставать, топали ученики академии. Их прерывистое дыхание и нервные взгляды выдавали молодость и неопытность. Я понимала — в серьезной схватке рассчитывать на них нельзя. Они были здесь скорее для подстраховки и чтобы набраться опыта, который, увы, слишком часто в этом мире оплачивался кровью.

Собственное сердце колотилось у меня в ушах оглушительным, неровным барабаном, заглушая все остальные звуки. Волнение накрывало с новой силой, когда мы выбежали на широкий мост. Он был сложен из темного, отполированного до зеркального блеска камня и выглядел пугающе прочным и неестественно идеальным, словно его вырезали из единой глыбы за одну ночь. Он был невысок, но его монолитность и абсолютная, мертвенная тишина вокруг заставляли нервы петь в унисон. По обе стороны от нас вздымались в багровое от заката небо громады зданий — безмолвные, слепые исполины, чьи пустые глазницы-окна, казалось, следили за каждым нашим шагом, внушая первобытный, животный ужас.

И тут, впереди, на огромной каменной платформе, куда вел мост, замерли они. Шесть или семь силуэтов. Их тела были искажены и неестественны, но в их ауре не было той всесокрушающей, леденящей душу мощи, что исходила от членов семерки. Это были простые солдаты. Пешки.

Мы приблизились почти вплотную. И в этот миг Юки резко замерла. Ее правая рука молниеносно легла на рукоять катаны, и ее пальцы сжали ее с такой силой, что костяшки побелели.

— Дарьяна, назад! — ее голос прозвучал не как предупреждение, а как стальной приказ, не терпящий возражений.

Я инстинктивно отпрыгнула назад, освобождая пространство. Юки приняла низкую, собранную стойку, и воздух вокруг нее затрещал от накапливающейся энергии.

— Техника молнии: Скачок напряжения.

Она не побежала. Она исчезла. На ее месте осталось лишь легкое свечение и запах озона. На платформе же на мгновение возникла ослепительная, зигзагообразная вспышка, пронзившая пространство между сэкидзо. Она была быстрой, как сама мысль. Я не увидела ее движения — лишь результат.

Семь тел одновременно дрогнули, и в области их грудей вспыхнули одинаковые, аккуратные дыры, из которых повалил черный дым. Еще мгновение — и от сэкидзо не осталось и следа, лишь легкий пепел, оседающий на камне платформы.

Я стояла, парализованная увиденным. Челюсть отвисла, а глаза, казалось, готовы были вылезти из орбит. Я слышала о силе Юки, но видеть такое вживую...

— Обалдеть... — единственное слово, которое я смогла выжать из пересохшего горла.

Юки, уже стоявшая на платформе, повернула голову в мою сторону. На ее лице не было и тени усилия или гордости — лишь привычная холодная собранность.

— Идем, — бросила она, ее голос вновь был ровным и безразличным. — Это всего лишь пешки. Настоящая охота еще впереди.

В это же время тройка охотников, действуя согласно тактике, решила осмотреть ближайшие здания, не теряя друг друга из виду. Они двигались, как звенья одной цепи, готовые в любой момент сомкнуться.

Куродо, ведомый обострившимся из-за слепоты обонянием, уловил странный, сладковато-гнилостный запах, доносящийся с верхних этажей массивного особняка. Не раздумывая, он рванул внутрь. Его тяжелые сапоги отдавались гулким эхом по пустым, запыленным залам. Взлетая по широкой каменной лестнице, он заметил, что на четвертом этаже потолок уходит ввысь, создавая ощущение, что он входит не в комнату, а в огромный зал.

Он толкнул массивную дубовую дверь, и она бесшумно отворилась, открыв взору поражающее воображение зрелище. Это был гигантский зал с парящим где-то в темноте расписным потолком. Горели огромные люстры с бесчисленными свечами, отбрасывая прыгающие тени на стены, сплошь увешанные тикающими настенными часами. По алому, как кровь, ковру были расставлены диковинные предметы роскоши, а в дальнем конце стояло черное пианино. И в центре этого безумного великолепия, на изящном стуле, сидел он.

Второй сэкидзо — Сайдо.

— Что это за гость такой интересный к нам пожаловал? — раздался его смех, высокий, визгливый и неестественный, словно ломающаяся пружина.

Он сидел, развалившись, его рыжие волосы с золотистыми кончиками рассыпались по плечам белоснежной, кричаще-чистой хаори. Его рыжие глаза, горящие нездоровым блеском, сверлили Куродо, усиливая и без того мрачную, сюрреалистичную атмосферу.

Куродо замер на пороге, не издав ни звука. Его тело сковал ледяной паралич, а под повязкой глаза широко распахнулись от ужаса. Это был не просто страх перед силой — это был ужас перед абсолютным, нечеловеческим безумием, которое исходило от сэкидзо волнами.

— А ты забавный! — продолжал хохотать Сайдо, раскачиваясь на стуле. — Неужели даже не представишься? Какой же ты глупец, ха-ха-ха!

Его слова были не просто насмешкой — они были частью этого театра абсурда.

Преодолевая оцепенение, Куродо с рыком выхватил свою массивную косу и, не медля ни секунды, ринулся в атаку.

— Техника тьмы: Призрачный шепот!

Его коса, окутанная сгустком живой тени, прочертила в воздухе смертельную дугу. Но Сайдо лишь склонил голову, словно слушая музыку. Его рука плавным, почти ленивым движением высвободила кусаригаму — изуверское оружие, соединяющее серп и цепь со спиралевидным сюрикеном на конце. Он просто прокрутил ее вокруг себя, создав невидимый барьер.

Куродо отпрыгнул, готовясь к новой атаке, и лишь тогда ощутил жгучую боль. Он посмотрел вниз и увидел на своем теле несколько глубоких, кровоточащих порезов. Шок парализовал его сильнее любой атаки.