Сквозь шум

Глава 21

Лето. Петербург.

День был жарким, липким. Воздух стоял в пробках. Кофе в бумажных стаканах был слишком крепким, люди — слишком громкими. А внутри Евы было тихо. Слишком тихо.

Она возвращалась с записи очередного эпизода подкаста. Сидела в такси. В ушах звучала её же речь:

«Иногда у женщины нет возможности быть слабой. Но иногда у неё нет и силы быть сильной.»

И в этот момент она поняла: говорит о себе.

Последние месяцы были наполнены событиями: проект, дочкин сад, сбор новой книги, консультации, писательская школа, встречи с редакторами, ответы подписчицам, подкаст.

— Ты же всегда об этом мечтала, — говорил Артём. — Тебя читают. Слушают. Приглашают.

— Да, — кивала она. — Мечтала.

Но просыпалась — с болью в теле, в затылке, в мыслях.

Однажды она не смогла встать. Просто — не встала. Не от боли. От пустоты. Лежала. Смотрела в потолок. Не плакала. Не звала.

— Ева? — вошёл Артём. — Всё нормально?

— Я не знаю, — прошептала она.

Он сел рядом. Молча. Не дотрагивался.

— Устала?

— Я… нет меня.

На следующий день она отменила все записи. Не объясняя. Не извиняясь.

Детский сад, ужин, почта — всё стало словно пыльным. Она выполняла. Но не жила.

Однажды, стоя перед зеркалом, сказала себе:

— Я больше не чувствую радости. Только задачи.

И в эту секунду — испугалась.

— Ты в порядке? — спросил Артём вечером, когда Лада уснула.

— Я не знаю, кто я.

— Ты — моя. Мама Лады. Писательница. Человек, который спас столько других…

— Но не себя.

— Хочешь помочь себе?

Она кивнула.

— Хочу разрешения.

— Разрешаю. Быть не героиней.

Она записалась к психотерапевту. Впервые в жизни.

На первой встрече сказала:

— Я пришла, потому что не хочу, чтобы Лада вырастала рядом с пустой матерью.

— А кем вы хотите быть?

— Живой. Даже если неуспешной. Даже если тихой.

Терапия стала её якорем. По вторникам. На один час. Разговор — не о проектах, а о боли. Не о планах, а о снах. Не о тексте — о теле.

— Я не чувствую себя красивой, — сказала она.

— А кем чувствуете?

— Инструментом.

— Хочется быть кем?

— Женщиной.

Она начала медленно. С простого. Выключала телефон на два часа в день. Брала ванну. Не открывала ноутбук в субботу.

Один раз просто — пошла гулять. Без цели. Без Лады. Без Артёма.

В парке купила мороженое. Села. Ела медленно. И плакала.

Вечером рассказала Артёму:

— Я сегодня была девочкой. Просто. И мне стало легче.

Он кивнул.

— А я… был мальчиком. Потому что оставался дома, смотрел мультики с Ладой и ел кашу. И это тоже было правильно.

Через месяц она снова смеялась. По-настоящему. Без надрыва.

И однажды, сидя с Артёмом и Ладой на веранде, сказала:

— Я поняла, что не хочу быть вдохновением. Хочу быть примером.

— В чём разница?

— Вдохновение идеализируют. Пример — повторяют. Я хочу быть тем, кого можно не только слушать, но и понимать.

Он улыбнулся.

— Тогда ты уже — есть.