Сквозь тени прошлого

Провальное собеседование

Pov Алина

Утро начинается не с кофе, а с того, как я сломя голову, уже порядком опаздывая, бегу на собеседование на новую работу, чтобы устроиться туда переводчиком. Маленькая юридическая фирма, которой как раз понадобился человек, знающий английский, находится в часе ходьбы от моего дома.

Вообще я очень благодарна судьбе, что смогла выучить этот язык, который, по сути, сейчас может обеспечить мне нормальную работу.

Спросите, почему благодарна судьбе? Да потому что всю жизнь со мной происходят одни неприятности: от постоянной ругани в семье, вплоть до домашнего насилия. Я смогла выйти из этого кошмара, окончила 11 классов, поступила на бюджет, на факультет иностранного языка. Потом сняла маленькую квартиру на краю города и начала носиться в поисках работы. Больше пока ничего не могу рассказать... Очень тяжело.

Многочисленные отказы, аргументированные тем, что слишком молода и неопытна, что в итоге побудило постоянно искать подработки, чтобы как-то жить. А сейчас мне подвернулась эта фирма, прямо как спасительная соломинка. Хочется надеяться, что меня примут.

Подхожу к двухэтажному зданию, выдыхаю и скрещиваю пальцы на руках, в карманах своего пальто. Я сделаю все для того, чтобы получить эту работу. Я не хочу больше бесконечно мотаться из одного конца города в другой, только потому, что многочисленные места, в которых я числюсь как внештатный работник на полставки, на слишком большом расстоянии друг от друга.

Приветливо улыбаюсь блондинке, сидящей на "ресепшене", а саму воротит от ее лица, которое заштукатурено косметикой. Я больше за натуральную красоту, нежели за эту искусственную, от которой хочется тошнить.

— Здравствуйте, я к Алексею Михайловичу на собеседование, на должность переводчика, — прохожу в приемную и окликаю, по-видимому, секретаршу своего, надеюсь, будущего начальника.

— Его нет на месте.

Стоп, что? Как нет на месте? Он же сам назначал мне встречу, передавая все через ту женщину, что так спокойно листает какой-то модный журнал. Нет, конечно, у меня тоже бывает, что я отменяю прогулки со своей единственной подругой, но в отличие от некоторых, я всегда заранее предупреждаю, что не могу, а не просто бросаю человека, заставляя его бессмысленно ждать себя.

— А когда он будет? — вновь подаю голос, чем явно раздражаю собеседницу, но она сохраняет профессиональный образ, одновременно с этим стреляя в меня глазами.

—  Может через час, может через два. Он передо мной не отчитывается, — отвечает с явным наездом.

Ирина, я увидела ее имя на бейджике, фыркает и вновь углубляется в чтение того, что сейчас модно, а меня распирает от негодования. Но что я могу сделать? Честно говоря, абсолютно ничего. Лишь, как собачка, ждать, когда будущий начальник изволит появиться на рабочем месте. Я усаживаюсь на край диванчика, стоящем в углу маленького помещения, и достаю телефон, пытаясь сделать вид, что совсем не нервничаю. Хотя, скорее всего по моему разговору с работницей, та и так прекрасно уловила мои фибры страха.

Проходит час, полтора... Наконец-то в приемной появляется седовласый мужчина, достаточно неприятной внешности, и целенаправленно движется к кабинету руководителя.

— Алексей Михайлович, тут к вам пришли.

— Пусть проходит.

Он не смотрит на в мою сторону, а только кивает в знак приветствия своей секретарше, будто меня здесь вообще нет, и скрывается в ещё одном достаточно маленьком помещении.

— Проходите, пожалуйста, — Ирина наигранно уважительно обращается ко мне и указывает на кабинет, в который только что прошел мужчина.

Нерешительно стучу в дверь и, получив скрипучее "войдите", аккуратно захожу в комнату. Невольно начинаю разглядывать ее и про себя отмечаю, что ничего особенного здесь нет: стол, стул, книжные полки, заваленные документацией, пара кресел напротив рабочего стола.

—Алексей Михайлович, я Алина Коваленко, хочу устро...

— Семья есть?

Он меня прерывает на полуслове, задавая вопрос личного характера, который, по моему мнению, никак не относится к изначальной цели нашего разговора.

— Нет. Но... Простите, а какое отношение имеют мои родственники к тому, ради чего я пришла? — замечаю, как дрожит мой собственный голос и с сожалением понимаю, что ещё немного и может дойти до панической атаки.

— Никакого. Продолжайте, Алина... — старик кидает взгляд на мое резюме, — Сергеевна.

— Я пришла, чтобы работать у вас как переводчик. Мои навыки английского... — чуть ли не соловьём распеваюсь перед полным мужчиной, который со скучающим видом лишь крутит в руках ручку.

— Насколько Вы хороши в своей работе? — этот вопрос ставит меня в тупик. Хочется нагрубить, ведь если бы я не была уверена в том, что хорошо выполняю все задания, наверное, сюда бы и вовсе не пришла.

— Достаточно для того, чтобы иметь возможность работать по специальности, — мне начинает казаться, что этот человек попросту издевается надо мной.

— Милая моя, — приторно сладким и одновременно противным голосом обращается ко мне будущий начальник, — скажите мне, вы считаете, что достойны этой должности? Вы не продержались ни на одной работе по специальности больше месяца, не считая ваших жалких подработок. Я имею полное право сомневаться в вашей квалификации. Знаете, сейчас же очень сложно держаться на плаву в бизнесе.

— Да, конечно, я Вас прекрасно понимаю, — на самом деле я понятия не имею, куда зашёл наш разговор.

— Девочка моя, тебе всего лишь 23. В таком возрасте ты априори не можешь меня понять, — он измученно охает, удобнее устраиваясь на своем стуле.

Чувствую, что дрожь теперь пробирает все тело, но все так же упрямо стою и смотрю прямо в глаза мужчине, не желая показывать свои слабости.

— Я закрою на раз два эту чёртову кантору!

В приемной слышится властный мужской голос, от которого мурашки бегут по коже. Алексей Михайлович, который как раз собирался что-то сказать, подозрительно замолчал, всматриваясь в дверь, ведущую прямо к рабочему месту Ирины.