Сквозь века к тебе

Глава 3.4

***

✦ Генри

Когда они наконец насытились и перевели дух, Генри и Барри поднялись из-за стола, собираясь уйти. Но не тут-то было.

— А куда это вы собрались? — с добродушной улыбкой поинтересовался Уолтер.

Генри нахмурился. Что он имел в виду?

— А заплатить за еду? — уточнил Уолтер, многозначительно кивая на пустые тарелки, где не осталось ни крошки.

Барри покраснел.

— Но… вы же сами предложили нам поесть! И ничего взамен не просили! — воскликнул он.

Уолтер покачал головой.

— В этом мире ничего бесплатного не бывает. Раз денег у вас нет, значит, придётся отработать.

Генри вздохнул. В конце концов, это было справедливо. Они вкусно и плотно поели, а значит, должны расплатиться — пусть не деньгами, но трудом.

— Ладно, мы согласны, — твёрдо сказал он. — Что нужно делать?

Сначала Уолтер сунул им в руки метлы и велел одному подметать внутри закусочной, а другому – снаружи. Затем он дал одному швабру, другому – тряпку, приказав вымыть полы и протереть столы. Когда Генри и Барри закончили, Уолтер отвёл их на кухню, где сновали повара, гремели кастрюли.

Генри усадили в кладовой, вручили мешки с картошкой и луком, нож и строго велели очистить всё до последней луковицы. Барри отправился на мойку – его новым заклятым врагом стала гора грязной посуды.

Генри уверенно взял нож, разглядел первую картофелину и принялся за работу. Вначале всё шло неплохо. Ничего сложного нет, и он быстро управится. По крайне мере через час его энтузиазм слегка поугас. Через два он уже проклинал всё на свете. А когда минул третий час, мешок уменьшился едва заметно, а руки сводило от однообразных движений.

Тем временем Барри справился с посудой и явился к Генри с победным видом.

— Ну ты даёшь! Я там такую гору тарелок и чашек перемыл, а ты несчастную картошку почистить не можешь!

Генри медленно поднял на него угрожающий взгляд. Неужели он посмел над ним смеяться?!

— Ты страх потерял? — буркнул он. — Забыл, кто я?

Барри усмехнулся, взял нож и уселся напротив.

— Здесь, в этом мире, мы равны, — беззаботно сообщил он. — И ты, Генри, тут не имеешь никакого титула. Отличий между нами — ноль. Вот когда вернёшь меня домой, тогда можешь требовать поклонов. А сейчас — чисти картошку.

Генри стиснул зубы, но промолчал.

Справившись с картошкой, они перешли к луку.

— Ну, это же проще простого, — самодовольно заявил Барри, хватая нож.

Генри не спорил. Они одновременно разрезали первые луковицы, чистили, резали, проходило несколько минут… и тут же почувствовали, как глаза намокли.

— Чёрт… — простонал Генри, судорожно зажмурившись.

— Да что ж так жжёт?! — взвыл Барри, вытирая слёзы тыльной стороной ладони.

Но чем больше они тёрли глаза, тем хуже становилось.

— Я ничего не вижу! — воскликнул Барри, вслепую маша рукой перед собой.

— Перестань махать ножом, пока не прирезал меня! — раздражённо бросил Генри, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь слёзы.

Они сидели напротив друг друга, безудержно плача и шмыгая носами, но всё равно продолжали чистить лук. Барри уже всерьез хотел бросить все и убежать, как они всегда это делали. Но было бы слишком унизительно признать поражение в битве с овощем.

Когда работа была закончена, они выглядели так, словно только что пережили самый душераздирающий момент в драматическом спектакле. Они были настолько уставшими и измотанными, словно прошли через войну. Хотя они столько раз сражались, но еще ни разу так не уставали.

Уолтер, заглянувший на кухню, только фыркнул:

— Ну вот, теперь вы честно отработали свою еду.

Генри и Барри лишь угрюмо кивнули. Они знали одно: никогда, никогда больше они не будут прикасаться или есть картошку и лук. Они закрывали глаза – и все время видели перед собой картошку и лук, которые возненавидели всем сердцем.

К тому времени, когда они закончили, закусочная Уолтера уже закрывалась. Поваров не было — они сняли фартуки и разошлись по домам. Уолтер тоже собирался уходить, но вдруг спросил:

— Вам негде остаться на ночь?

Генри ответил быстро, почти резко:

— Мы найдём, где переночевать.

Барри тут же бросил на друга полный отчаяния взгляд. Он не говорил вслух, но и без слов было ясно: перспектива снова ночевать на улице, на холодной и твёрдой скамейке, его совершенно не радовала.

Но что они могли сделать?

— Хотите остаться здесь? — неожиданно предложил Уолтер. — В комнате отдыха можно устроиться на одну ночь.

Генри нахмурился. Этот Уолтер был слишком... подозрительным.

— С чего бы вам это делать? Разве не боитесь оставлять у себя неизвестных людей?

Уолтер спокойно посмотрел на него, чуть прищурив глаза.

— Здесь повсюду камеры, — он лениво кивнул на потолок, где угадывались красные глазки видеонаблюдения. — Я буду знать, если вы попробуете устроить что-то неладное. О каждом вашем вздохе мне будет известно. И если что — вызову полицию, вас арестуют за кражу. Так что бояться мне нечего.

Барри сглотнул.

— Но зачем вам помогать? Вы нас даже не знаете.

Уолтер тепло и почти по-отцовски улыбнулся.

— Думаю, если можешь помочь, нужно помогать. Это правильно. К тому же, будь вы бандитами, преступниками или просто плохими людьми, вы бы не стали работать, чтобы отплатить за еду — вы бы просто сбежали. Но вы так не поступили. А это о многом говорит.

Он развернулся и жестом пригласил их следовать за ним.

Комната оказалась небольшой, но уютной. В углу стоял диван, на стене висел плоский черный экран, рядом громоздился небольшой шкаф. На стенах — картины. Не роскошь, но здесь было чисто и тепло, а после ночи на скамейке — это уже казалось раем.

Уолтер принес одеяла, пару подушек и матрас. Одному он постелил на диване, другому — на полу.

— Спите спокойно, утром разберётесь, что делать дальше, — сказал он.

Уолтер вышел. Барри уже собирался лечь на полу, но Генри его остановил.