Сквозь время - следы Драконов

Когда сердце вспоминает - оно болит

Храм спал. Внутри всё было тишиной, но не покоем. Свет, что ранее озарял зал, поблёк. Аой стояла, ещё не отойдя от того, что увидела в зеркале — образ той, кем она была. Цукико.
И вдруг ей стало страшно. Не от прошлого — от того, что оно уже дышит в её венах.

Она вышла наружу. Ветер был тёплым, как чужая рука, что гладит по волосам, но на сердце стало пусто. Не от одиночества — от предчувствия.

— Кто я теперь? — шептала она, шагая по каменным плитам. — Девочка? Или тень?

Под ногами затрещала ветка. Аой замерла. Кто-то был рядом. Не Лиса. Не незнакомец. Кто-то… знакомый.

— Не поворачивайся, — прошептал голос за спиной.

Она знала этот голос.

— Юка? — выдохнула она.

Сестра вышла из темноты, без фонаря, в простой одежде. Лицо было чужим. Сдержанным.

— Ты всё-таки вошла. В зеркало.

— Да. Я… я вспомнила. Не всё, но…

— Значит, поздно, — тихо сказала Юка.

Аой не поняла.

— Поздно?

Юка подошла ближе, в её руке что-то блеснуло — не оружие, но нечто древнее, как будто часть артефакта.
Она протянула его Аой.

— Хочешь знать правду? Тогда держи.

Аой взяла предмет. Он был холодным, как лёд, и когда её пальцы коснулись его сердцевины — мир снова разорвался на куски.

Огонь. Крик. Каменные стены рушатся. Сестра — не Юка, другая — держит в руке этот же предмет. А Цукико падает на колени, сжимая в крови клятву, вырванную из сердца.
«Ты предала меня… ради него…»

Аой отпрянула. Она дрожала.

— Ты была там… — прошептала она. — Ты… это ты предала меня в той жизни.

Юка не ответила. Но её глаза стали мокрыми.

— Я не хотела… Я просто не могла… Он… он выбрал тебя, а я…

И тут Аой поняла. То, что было между ними — зависть, любовь, страх — всё это было не новым. Это возвращалось.

— Ты знала с самого начала? — её голос сорвался.

— Я помнила тебя. Сразу. Я... я ждала, что ты не вспомнишь. Что ты останешься просто Аой. Моей младшей сестрой. А не ею.

Ветер пронёсся сквозь храм. Где-то в глубине снова засияло зеркало.

— Тогда зачем ты молчала? Почему?

Юка шагнула назад. И в её глазах больше не было вины.

— Потому что ты не готова. И если ты пойдёшь дальше — ты увидишь не только свет. Ты увидишь и то, что сделала ты, Цукико.

Аой застыла. Лёгкая дрожь прошла по коже.

— Что я сделала?

— То, за что драконы до сих пор не могут простить тебя.

---

Ночь рвалась на рассвет. Лиса сидела у подножия храма, будто ждала. А в небе разгоралось новое пламя — не огонь, а затмение. Луна скользила к солнцу.

Аой стояла между прошлым и настоящим, теперь не с одной болью — с двумя.
Одна — предательство.
Вторая — сомнение.

Она медленно опустила взгляд на свою руку. На запястье вдруг появился знак — тонкий, как ожог: два дракона, переплетённые, но теперь в их глазах — не ожидание. Ярость.

Цукико просыпалась. Но вместе с ней — и карма.