Сквозь зеркало судьбы

Глава 2. Нежный покров лжи

Просыпалась я медленно, как будто всплывая со дна глубокого, темного омута. Сознание возвращалось обрывками: запах дыма от камина, ощущение грубой, но чистой льняной ткани на коже, далекий крик петуха. Я лежала с закрытыми глазами, боясь пошевелиться, и хотела обнаружить, что все это — всего лишь удивительно яркий сон, и вот-вот я открою глаза на знакомый потолок с трещиной в виде дракона.

Но потолок, на который я в итоге посмотрела, был другим. Низкий, из темного дерева, с массивными потолочными балками, на которых причудливой резьбой были выведены какие-то виноградные лозы и странные цветы. Свет проникал сквозь щели в деревянных ставнях, рисуя на полу золотистые полосы.

Я сидела на кровати. Тело ныло при каждом движении, а голеностоп напоминал о себе тупой, пульсирующей болью. Но это была реальная, осязаемая боль. Значит, и все остальное — реальность.

Я была в чужой комнате. В чужом мире.

Паника, притупленная вчерашним шоком и усталостью, снова подкатила к горлу холодным комом. Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Воздух пахнет деревом, воском и едва уловимым ароматом сушеных трав. Никаких выхлопных газов. Никаких запахов большого города.

«Ты в безопасности. Я даю тебе свое слово». Голос Каэла, низкий и спокойный, звучал в памяти, как заклинание. Он спас меня. Он был добр. Он казался… искренним. Это был мой единственный якорь в этом море неопределенности.

Дверь в комнату скрипнула открылась, и на пороге появилась та самая женщина, Элис. В свете дня она выглядела еще более суровой: лицо, испещренное морщинами, седые волосы, убранные под безупречно белый чепец, прямой, негнущийся стан.

— Доброе утро, — произнесла она, и ее голос был таким же, как она сама — сухим, без эмоций, но не злым. — Милорд просил узнать о вашем самочувствии.

— Я… я в порядке, — сдавленно ответила я. — Спасибо.

— Вам принесут воду для умывания и завтрак. Одежду тоже подберем подобающую, — ее взгляд скользнул по моей ночной рубашке, и в нем мелькнуло легкое недоумение. — Милорд ждет вас в саду, когда вы будете готовы.

Она вышла, и в комнату тут же впорхнули две молодые служанки. Одна несла медный таз с водой и полотенце, другая — поднос с едой. Они старались не смотреть на меня прямо, их лица выражали смесь любопытства и робости.

Я умылась. Вода была прохладной и свежей. Потом принялась за еду. На подносе лежал ломоть темного, душистого хлеба, кусок сыра, странные на вид, но сладкие ягоды и глиняная кружка с чем-то вроде травяного чая. Еда была простой, но невероятно вкусной. Сам хлеб пах настоящим зерном, а не термофильными дрожжами из супермаркета. Я ела медленно, смакуя каждый кусочек, пытаясь заглушить едой внутреннюю тревогу.

Служанки тем временем порылись в большом сундуке и извлекли оттуда простое платье песочного цвета с длинными рукавами и плотный передник. Одежда была чужой, пахла лавандой и чужим жизнями. Мне помогли одеться. Платье оказалось немного великовато, но его можно было подпоясать. На ноги вместо моих разноцветных носков предложили мягкие кожаные туфли без каблука. На больную ногу наступить было всё ещё больно, но терпимо.

— Готово, — объявила одна из девушек, слегка поправив складки на моем плече.

Она провела меня по лабиринту коридоров. Дом лорда Каэла был не дворцом, но и не лачугой. Просторный, солидный, добротный. Стены из темного камня, на них — гобелены с охотничьими сценами и гербами. Под ногами скрипели половицы. Из окон открывался вид на внутренний двор, где копошились люди, и на зеленые холмы за стеной.

Меня вывели в сад. Это был не французский парк с идеально подстриженными кустами, а нечто более дикое и уютное. Плетеные арки, увитые розами, грядки с травами, фруктовые деревья. И в центре, под раскидистым деревом с серебристыми листьями, за небольшим столом сидел он.

Каэл.

Он был без плаща, в простой белой рубашке с расстегнутым воротом и темных штанах. В руке он держал какой-то свиток, но не читал его, а задумчиво смотрел куда-то вдаль. Утреннее солнце золотило его темные волосы и делало янтарные глаза еще ярче. Он был чертовски красив. И вид его был таким мирным, таким естественным в этой оправе зелени и цветов, что мое сердце ёкнуло то ли от страха, то ли от чего-то другого.

Он заметил меня, его лицо озарилось той самой улыбкой — теплой, обезоруживающей. Он отложил свиток и поднялся мне навстречу.

— Эмилия! Доброе утро. Надеюсь, вы хорошо отдохнули? — Его взгляд скользнул по моему платью, и он одобрительно кивнул. — Элис подобрала вам одежду. Отлично. Вы выглядите гораздо лучше, чем вчера. Присаживайтесь, пожалуйста.

Он пододвинул мне плетеное кресло. Я опустилась, стараясь не задеть больную ногу.

— Как ваши… повреждения? — спросил он, наливая мне из глиняного кувшина в чашу мутноватого сока. На вкус он оказался яблочным, с легкой кислинкой.

— Ничего, пройдет, — пробормотала я. — Спасибо, что… что вы обо мне позаботились.

— Пустяки, — он махнул рукой. — Это моя обязанность. И… честно говоря, огромное облегчение, что вы здесь, в безопасности.

Он помолчал, его лицо стало серьезным.

— Мила, могу я к вам так обращаться? — начал он мягко. — Я понимаю, что вы напуганы и сбиты с толку. И у меня есть вопросы. Но, полагаю, у вас их еще больше. Давайте я попробую объяснить. Вы находитесь в мире, который называется Элизиум. Конкретно — в моих родовых владениях, Айвенгарде, на севере королевства Лэнистер.

Я просто смотрела на него, стараясь переварить информацию. Элизиум. Лэнистер. Звучало как из какой-то фэнтези-книги.

— А… а как я сюда попала? — выдохнула я.

Каэл вздохнул и откинулся на спинку стула.

— Это сложный вопрос. Видите ли… — он подобрал слова. — Между мирами иногда случаются… разрывы. Особенно в местах скопления силы, коим является лес, где я вас нашел. Мы называем это «Зеркала Судьбы». Люди из вашего мира появлялись у нас и раньше. Это большая редкость. Считается, что это знак великих перемен. — Он посмотрел на меня с нескрываемым интересом. — Вы — одна из таких редкостей.