Сквозь зеркало судьбы

Глава 7. Нежданное убежище за суровыми стенами

Первую ночь в Рендаре я провела в странном промежуточном состоянии между забытьем и бодрствованием. Мне снились погони, ледяной взгляд Аррена, окровавленная игла в моих руках. Я просыпалась от каждого скрипа камня за стеной, от каждого шага патруля во дворе. Комната под крышей была холодной и чужой. Воздух здесь пахн не цветами и воском, как в Айвенгарде, а дымом, влажным камнем и вековым металлом. Это был запах силы, непоколебимой и безжалостной.

Утром ко мне пришла Магда с завтраком — той же овсяной похлебкой и грубым хлебом. Она молча поставила поднос на стол, окинула меня оценивающим взглядом и собрала вчерашние окровавленные тряпки. —Лорд ждет вас в кузнице, — бросила она на прощание. — Когда будете готовы.

«Когда будете готовы». В устах Каэла эта фраза звучала бы как галантное приглашение. Магда же произнесла ее как ультиматум.

Я быстро съела похлебку, надела то же самое платье — другого мне не предложили — и вышла из комнаты. В коридоре меня уже ждал тот же молчаливый солдат, что дежурил у двери прошлым вечером. Он просто кивнул и повел меня вниз по лестнице.

Рендар внутри был еще более впечатляющим, чем снаружи. Это не было обычным укреплением; это был целый город в стенах. Мастерские, кузницы, склады, казармы — все было подчинено единому ритму напряженной, кипучей работы. Люди были сосредоточены, движения — точны и выверены. Никакой суеты, но и никакого праздного безделья. Здесь не было места для улыбок и легкой болтовни, как в Айвенгарде. Здесь царила дисциплина.

Меня провели в кузницу — огромное, душное помещение, где полдюжины мускулистых мужчин в кожаных фартуках управлялись с раскаленным металлом. И в центре, возле главного горна, стоял он.

Аррен. Без плаща, в простой темной рубашке с закатанными до локтей рукавами. Его перевязанная рука была на виду, но он, казалось, не обращал на нее внимания. Он что-то говорил главному кузнецу — такому же угрюмому исполину с седой бородой, — указывая на лежащий на наковальне сломанный доспех.

Он заметил мое приближение и прервался. Его взгляд скользнул по мне, быстрый и оценивающий. —Выспалась? — спросил он без предисловий.

— Вполне, — солгала я, стараясь держать спину прямо.

— Хорошо. — Он кивнул в сторону кузнеца. — Это Борги. Наш главный оружейник. Сталь стала чаще ломаться. Чаще, чем должна. И это наша проблема на сегодняшний день. Каэл, я слышал, получил от тебя какой-то секрет и теперь кует клинки, которые гнутся, но не ломаются. Так?

Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Он уже знал. Конечно, знал. Шпионы, слухи… в этом мире информация, видимо, распространялась быстрее ветра. —Не секрет, — осторожно сказала я. — Просто… другой подход к закалке.

Я приблизилась к наковальне, взяла обломок доспеха. Сталь была грубой, с примесями. —Углерод, — пробормотала я про себя.

— Что? — нахмурился Борги. Его взгляд выражал откровенное недоверие.

— Углерод, — повторила я громче. — Количество… его в стали. Оно определяет ее прочность и гибкость. Слишком мало — сталь мягкая. Слишком много — хрупкая. Нужен баланс. И процесс закалки… — я замялась, пытаясь перевести скудные остатки знаний из документального фильма на язык, который они поймут. — Вы охлаждаете раскаленный металл в воде. Резко. Это создает напряжение внутри. Если делать это… иначе, поэтапно, или использовать разные среды — воду, потом масло… можно управлять свойствами.

Я говорила неуверенно, сбивчиво. Борги смотрел на меня так, будто я несу полную чушь. Но Аррен слушал внимательно, его темные глаза были прикованы к моему лицу.

— Разные среды? — переспросил он. — Например?

— Например… нагреть сталь до определенного цвета… потом окунуть сначала в масло, а потом, когда остынет немного, в воду. Или наоборот. Нужно экспериментировать, — пожала я плечами. — И углерод… его можно добавить в расплав, прокаливая металл с определенными углями…

Борги фыркнул. —Колдовство какое-то. Мы всегда делали так, как делали наши отцы и деды.

— И всегда получали ломающиеся доспехи, — холодно парировал Аррен. — Она права. Мы отстаем. Каэл уже использует ее знания. И если мы не сделаем то же самое, его клинки перерубят наши, как солому. — Он повернулся ко мне. — Покажешь им. Объяснишь. Будь у них хоть сто вопросов — отвечай. С сегодняшнего дня твоя задача — работать с Борги и его людьми. Улучшать все, что можно улучшить. Оружие. Доспехи. Инструменты. Понятно?

Это был приказ. Прямой и недвусмысленный. Я кивнула, чувствуя на себе тяжелый, недобрый взгляд Борги.

— Хорошо, — сказал Аррен. — Я оставлю вас. У меня другие дела. — Он повернулся, чтобы уйти, но затем остановился и бросил через плечо: — И, Мила… Не подведи меня.

В его голосе не было угрозы. Была лишь констатация последствий. Я поняла. Если я окажусь бесполезной, мое пребывание здесь быстро закончится.

Так начались мои дни в Рендаре. Они были заполнены работой до предела. С утра до вечера я пропадала в кузнице, в мастерских, на складах. Сначала меня встречали в штыки. Борги и его подмастерья смотрели на меня как на помеху, на блажь лорда. Мои попытки что-то объяснить наталкивались на стену непонимания и консерватизма.

— Женское дело — детей рожать и суп варить, а не в кузнечное дело соваться, — ворчал один из старших кузнецов, когда я попыталась объяснить ему принцип более эффективного меха для горна.

Я чувствовала себя подавленной и одинокой. Я была чужая. Дважды чужая. И мне приходилось бороться не только с технологической отсталостью, но и с глухой стеной недоверия.

Перелом наступил через несколько дней. Один из молодых подмастерьев, паренек по имени Эйнар, рискнул попробовать мой метод поэтапной закалки на небольшом кинжале. Получилось. Клинок вышел прочнее и острее обычного. Он молча показал его Борги.

Старый кузнец долго вертел кинжал в руках, пробовал лезвие, сгибал. Потом хмуро посмотрел на меня. —Ладно, — буркнул он. — Попробуем твой способ на большом клинке. Но если испортим заготовку — ты у меня отведаешь молота.