Слабая герцогиня. 10 способов унизить невесту.

Глава 26

— Разумеется, я сразу сообщил Его Величеству! — восклицает знакомый голос, заставляя сознание постепенно выплывать из небытия. — Он приказал докладывать о любых изменениях состояния герцогини. И могу вас заверить, он крайне недоволен. Ваше счастье, что сейчас он принимает послов, но вам следует подумать, как вы объясните произошедшее. И мой вам совет, сделайте это прежде, чем сплетни дойдут до его ушей. У меня десяток свидетелей, которые утверждают, что герцогиня во время танца оступалась и выглядела побледневшей, но есть и те, кто "точно видел", как вы её толкнули. Последние, к слову, радостно убеждают в этом других.

Дио Зейн-Малик делает паузу, и я слышу чёткие уверенные шаги. Три в одну сторону. Три в другую.

— В любом случае, Его Величество разочарован. Он пошёл вам навстречу, рассчитывая, как минимум на то, что вы с её светлостью за отведённое время придёте к единому обдуманному решению. Но та информация, которая поступает нам из имения Фрэй Дау…

— Вы следите за мной? — наконец нарушает молчание граф, его голос звучит глухо и устало.

— Разумеется! Как вы могли подумать, что король оставит племянницу без присмотра?!

— Бездна…

— Ну что вы, ваше сиятельство, это делается и для вашей безопасности. Его Величество хорошо знает свою племянницу. Моя фантазия не настолько богата, как у юных дэй, но поверьте, обиженная женщина способна на многое.

— Это я и без вас знаю…

В воздухе повисает пауза. Немного выждав, приоткрываю глаза. Веки ощущаются очень тяжёлыми, и я радуюсь окружающей полутьме. На столике горит свеча. Напротив кушетки, на которой я лежу — неплотно закрытая дверь. Сквозь тонкую щель проёма в комнату падает полоска тёплого света. Оттуда же слышатся звуки шагов и наливаемой жидкости.

— Возьмите, граф.

— Что это?

— Настойка с лёгким успокаивающим действием. Берите, берите. На вас лица нет.

— Я в порядке.

— Оно и видно, — в голосе королевского поверенного отчётливо слышна усмешка.

Они замолкают и я сосредотачиваюсь на собственных ощущениях. Мою голову что-то оплетает. Поднимаю руку и нащупываю подозрительный обруч, от которого исходит приятное тепло. Странно.

Может, стоит дать знать, что я очнулась?... Медлю... здесь в полутьме я словно в безопасном коконе. А там мне придётся признать, что всё произошедшее не плод моего сонного разума, а унизительный факт, с которым мне как-то предстоит дальше жить.

— Ваше сиятельство, ваша милость. Время для очередного осмотра её светлости.

— Конечно, дио Лур Хаиш, проходите.

Это лекарь? Закрываю глаза, стараясь успокоить дыхание. Затем спохватываюсь и быстро провожу рукой по телу. Фуух. Я всё ещё в платье. Это радует.

Дверь приоткрывается. И через несколько мгновений тёплые сухие пальцы прощупывают пульс на моём запястье, а затем тёплый оплетающий обруч снимают с моей головы.

— Ваша светлость... Ваша светлость…

Мне становится стыдно перед этим незнакомым человеком и я приоткрываю глаза. Теперь из раскрытой двери в комнату льётся достаточно яркий свет, и это заставляет жмуриться.

— Вы меня слышите, ваша светлость?

— Ммм…

— Очень хорошо. Не волнуйтесь, это действие побегов лиловой сархании. Вы спали, пока шло исцеление. Скоро вы совсем придёте в себя и будете, как новенькая.

— Ммм??

— У вас было лёгкое сотрясение, — продолжает дио Лур Хаиш — могла бы остаться шишка, но я позаботился о том, чтобы к утру не осталось и её. Вам показаны отдых, хороший сон, полноценное питание и необременительные прогулки на свежем воздухе.

Снова разлепляю глаза. На этот раз в дверном проёме обнаруживаются две мутные фигуры, перекрывающие собой яркий свет.

— Пить… — собственный голос кажется чужим и почти не слышен, но лекарь тут же подскакивает к столику:

— Конечно, конечно. Вот, вода с несколькими каплями лекарских настоев. Позвольте мне придержать вашу голову, чтобы было удобнее.

Первые же глотки прохладной влаги с терпким привкусом придают сил, я жадно впиваюсь в поднесённую к губам пиалу, словно боюсь, что её могут отнять.

— А теперь, снова закройте глазки и полежите так несколько минут. Хорошо?

Меня не нужно уговаривать. Делаю, как он просит и ощущаю, как дио Лур Хаиш надавливает на несколько точек на руках и на голове. По телу разливается приятное тепло и лёгкость.

— Вот и славненько, вот и хорошо. Ещё немного вот так полежите и вас можно будет отпускать.

— Вы уверены? — голос Зейн-Малика.

— Безусловно! Вы сомневаетесь в королевском лекаре? Шарлатнов здесь не держат, — слышу звук перебираемых склянок и бормотание: — Ах, корень лювисинии бы ещё, так-так, будет очень даже чудесно...

— Ваша светлость, как вы себя чувствуете? — снова дио Зейн-Малик.

— Спасибо, сейчас намного лучше, — открываю глаза и нахожу силы улыбнуться поверенному. Не потому, что это тяжело, вовсе нет, я ощущаю себя вполне хорошо, вот только поводов улыбаться не особо много. Краем глаза замечаю высокую фигуру графа, замершего в арочном проёме. Старательно избегаю смотреть в ту сторону.

— Вы помните, что произошло?

— Ммм... — помню ли я? Если бы можно было, я бы предпочла это забыть, стереть, как оказались стёрты мои воспоминания прошлого.

— Большинство свидетелей говорят, что вы оступились и ударились головой, но нам будет интересно услышать вашу версию.

Мою версию... и что мне рассказать? Пожаловаться на нехорошего "жениха", который не готов поверить, что я изменилась? Или рассказать, что у меня частенько отнимаются ноги, аккурат после инцидента с потерей памяти?

— Кхм... я неожиданно плохо себя почувствовала и... оступилась, потеряв равновесие.

Из-за своих видений о другом мире и потери памяти, я не рискну раскрываться перед этими людьми. На каком-то подсознательном уровне понимаю, что, чем меньше они знают, тем безопаснее для меня. Пока в этом вопросе я доверяю лишь дио Хэмису. Знаю, что он ищет для меня информацию. К тому же он не раз осматривал меня и даже брал мою кровь, чтобы что-то проверить. Но всё указывает на то, что я... совершенно здорова.