Сладкая лавка маркизы Дарнуа

Глава 7

Вестников оказалось пять – птицы разных мастей. Две из них были ярко-красные, с перьями, переливающимися на свету, словно огонь, и несли в клювах приглашения на балы. Третья была сине-зеленой, с изящными узорами на крыльях, а две последние — черные, как ночь, с золотыми глазами, которые светились, как звезды. Я сразу же отклонила приглашения на балы — не до них сейчас было.

Я вскрыла деловые письма, и первое из них оказалось от Ариссы, моей надежной помощницы. Она писала, что все устроила — местные купцы привезли достаточно продукции, чтобы продержаться до поставки товаров из-за границы. Пекари уже этой ночью начнут готовить, и к нужному дню мы все успеем. Я одобрительно кивнула и перешла к следующему письму.

Следующее письмо было от Огираса ронт Горского, владельца банка, в котором я обычно брала ссуды и кредиты. Его вежливые выражения всегда были наполнены скрытым смыслом. И сейчас он писал, что будет рад меня лицезреть в ближайшее время, потому что мы так и не договорились в прошлый раз о дальнейшем партнерстве. Я знала, что среди аристократов ходили упорные слухи о том, что Огирас, семейный гном с многочисленными отпрысками, ссужал деньги всей императорской семье. Его род владел несколькими крупными банками по всей империи, и ни один из них ни разу не прогорел. Вот что значит крепкие семейные связи.

Пятым оказалось письмо от Эраса ронт Харайского, оборотня со второго ипостасью льва и моего делового партнера, поставлявшего мне в лавку мебель. Он интересовался, будут ли с моей стороны в ближайшее время крупные заказы.

Пятым оказалось письмо от Эраса ронт Харайского, оборотня со второй ипостасью льва и моего делового партнера, который поставлял мне в лавку мебель. Он интересовался, будут ли с моей стороны в ближайшее время крупные заказы. Я подавила вздох. Какие уж тут заказы. Да, я хотела бы расшириться, открыть еще одну лавку, привлечь клиентов и туда. Но средств на это не имелось. В банке такую крупную сумму мне точно не выдадут, а у меня самой подобных денег тоже не было. Вывод: обойдусь пока что без новой мебели. Тем более что старая еще вполне пригодна к использованию.

Я ответила Огирасу, что собираюсь появиться у него завтра, и написала Эрасу, что ничего подобного в ближайшее время не планирую. С чистой совестью я начала готовиться ко сну, чувствуя, как усталость накрывает меня волной. Завтра предстоял трудный рабочий день, как обычно, и я знала, что мне нужно быть в форме.

Но что-то мне подсказывало, что мать вспомнит и о моем существовании, и о неподобающем наряде, в котором я появилась на ее званом вечере. Я уже представляла, как она будет упрекать меня за отсутствие манер и за то, что я не соответствую статусу, который мне был навязан.

— Сволочи, — пробормотала я, укладываясь в постель и накрываясь одеялом. — Все сволочи. Не дают пожить спокойно ни в одном из миров.

С этой мыслью я буквально сразу же провалилась в сон, погружаясь в мир, где не было ни обязанностей, ни ожиданий, а только свобода и возможность быть собой.

Снилась мне лавка. Моя, собственная. Я ходила по ней в дневное время суток, осматривалась, подмечала малейшие недочеты. Вон среди эльфийского печенья, аккуратно расставленного на полках, почему-то затесалась коробка с зефиром — самым сладким, который изготавливают вампиры. Он был ярко-розового цвета, с блестящей упаковкой, и явно не вписывался в расстановку. А вон — мармелад, в основном зеленый, от дриад, лежит рядом с халвой. А должен — в конце зала, вместе с остальными подобными изделиями, чтобы покупатели могли легко его найти.

Полка с дорками, тролльим лакомством, вообще пустая. Я знала, что это лакомство пользуется популярностью, и не могла понять, почему никто не позаботился о пополнении запасов. Я уже собиралась записать это в блокнот, когда внезапно почувствовала, как что-то появилось рядом, в воздухе.

— Оно тебе надо? — шепнула пустота, и я напряглась. Расстройство личности у меня пока что замечено не было. И сама с собой я не разговаривала. До сих пор. Теперь что-то изменилось…

— Ты же молодая женщина, аристократка, красавица. Тебе следует замуж выйти, детей родить, а не вот этим всем заниматься, — продолжало шептать нечто, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Простите, — вежливо поинтересовалась я у пустоты, чувствуя себя совершенно по-дурацки. — Вы случайно не от моей матушки? Или по собственной инициативе умничаете? Я, знаете, как-нибудь сама разберусь, как мне жить.

— Дурочка, — хмыкнула пустота. — Пожалеешь же. Потом. В старости. Да поздно будет.

Миг — и меня выкинуло из сна. Я проснулась в своей постели в магическом мире рано утром. Солнечные лучи пока что с трудом, но пробивались сквозь неплотно зашторенное окно, создавая мягкие полосы света на стенах.

— Ну, и какая сволочь проникла в мой сон? — хмуро спросила я пространство, чувствуя, как раздражение нарастает. — Кому сказать «спасибо» с помощью тяжелой сковородки? Эй, гад, выходи!

Естественно, пространство ответило мне молчанием. Гад, если он и слышал меня, в чем я сомневалась, показываться не собирался.

Я была на сто процентов уверена, что у меня был наведенный[1] сон.

Кто-то, какой-то сильный маг, проник в мое сновидение с определенной целью. Понять бы, кто. А еще получается, что надо обновить амулеты, как личные, так и домашние. Потому что просто так, сквозь сильную защиту (а она у меня была, без ложной скромности, сильная! Особенно на доме!) ни один маг не пробьется. Значит, амулеты истощились.