Сладкая женщина грозного босса

Глава 1

Когда мой бывший Витя утащил из холодильника две банки маринованных грибочков из-под огурчиков «Дядя Ваня», я обрушила на него все проклятия Вселенной. Пожелала отравиться, обосраться, проблеваться и словить такие галлюцинации, чтобы его ни одна психушка не смогла откачать.

Но когда он посягнул на святое — мой фикус «Дядя Фёдор», тут я озверела окончательно, грудью встала на его защиту, а она у меня, знаете, на твёрдую четвёрку. Ею я и оттиснула Витька на исходную позицию, а потом пинками вытолкала из квартиры.

Подумать только! Ну нахрена ему мои грибочки и мой фикус?

Вот говорила мне мама: не балуй его, не готовь первое, второе, третье и компот. Но у меня не только кость широкая, а ещё и душа. Я думала — это любовь. Думала, замуж позовёт. А он — айтишник из нашей конторы — ушёл от меня, бухгалтера, к сотруднице отдела по связям с общественностью.

Ну ушёл и ушёл — катись своей колбаской по Малой Спасской. Но нет, он же мой холодильник выпотрошил.

Брехня, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Я вот Витька ни пирогами горячими, ни формами сдобными, аппетитными, да румяными не удержала. Не зря на работе над нами посмеивались: мол, Элька — гром-баба, а Витёк — доходяга. Дожрались. То есть доржались.

На работу я опаздываю, но всё равно медленно иду на остановку. Представить страшно, как приду и буду в глаза их бесстыжие смотреть. А ещё, как пить дать,коллеги смеяться будут, шептаться за спиной.

На улице только прошел дождь. Сентябрь какой-то совсем промозглый, серый, унылый, как моё настроение. Иду, кутаюсь в лёгкую куртку, придерживаю волосы, что растрепал порывистый ветер. Паршиво так на душе, хоть волком вой.

Мне 30 лет. У меня ни мужа, ни детей — только фикус. Думала, Витёк — тот самый, а нет. Предатель, вор, хоть и интеллигент. И что-то так жалко себя стало, что я как разревелась посреди улицы, упустив вниз руку с сумкой.

И в этот самый момент у меня её как свистнут. Вот прям из рук. Парень в чёрном худи бежит вниз по улице с моей сумкой, где карточка, телефон, ключи от квартиры, где деньги лежат. Я — за ним.

При моих девяноста килограммах сил не хватает, но я бегу, чувствуя, что ноги ну совсем ватные. Кричу на всю округу:

— Держите вора! Держите вора! Моя сумка!

И вдруг мужик — большой такой, как шкаф, в чёрном плаще, как супермен, разговаривая по мобильному, замечает меня, видит его и ловко ставит подножку.

Так искусно, что воришка падает на землю, а мужчина отбирает у него сумочку.

Финита ля комедия.

Я почти добегаю до них, но совершенно неуклюже попадаю ногой в яму, теряю равновесие и плюхаюсь прямо в свежую грязную лужу. Да так, что слышу страшный хруст.

— Твою мать! — ору я на всю Ивановскую, зажмурившись от жуткой, острой боли. — Да чтоб вы все нахрен сдохли!

— Эй, красавица, — слышу над головой низкий, хрипловатый голос.

Открываю глаза, фокусируюсь на лице. Суровое, не сказать чтоб прям до умопомрачения красивое, но всё же… мужское. И глаза такие смеющиеся. Надо мной, что ли? Мужчина склонился и разглядывает меня. Смотреть тут, конечно, не на что.

— Что? — сглатываю, сжимая болючую руку.

— Твоя пропажа? — он трясёт перед глазами моей сумкой.

— Моя. Спасибо большое, — всхлипываю и тут же начинаю рыдать, понимая, что выгляжу при этом как последняя страхолюдина.

— Эй, не реви. Что с рукой?

— Кажется, перелом.

Откуда я это взяла — не знаю, но болит адски.

— Как зовут?

— Эля Орлова.

— Ну давай, Орлова, поднимайся.

И тут он как-то лихо приподнимает меня, ставит на ноги и смотрит мне в глаза. И если бы мы сейчас были в дораме или турецком сериале — пошли бы титры, медленная, тягучая музыка и наши сплетённые взгляды крупным планом.

Но реальность не так радужна: с моих мокрых волос капают грязные капли, джинсы в пятнах, лицо краснючее, и несёт от меня, как от болотной кикиморы. А вот от него… м-м-м… Армани.

Рядом с нами останавливается большая чёрная тачка. Губозакаточную машину подвезли.

— Так, Орлова, — говорит незнакомец, придерживая меня за здоровую руку, — тебе повезло, что я сегодня добрый. Обычно я злой.

— Спасибо… спасибо… Я пойду… домой, — мямлю.

— Какой домой? Тебе к врачу надо. Поехали, — велит он и подталкивает меня к джипу.

— Куда?

— В больницу. У тебя же перелом, — усмехается мужчина, и в уголках его глаз появляются морщинки. Тут я понимаю, что ему чуть за сорок.

— Я сама справлюсь, спасибо, — вырываю из его рук сумку и прижимаю к груди.

— Орлова, я вообще реально злой и страшный серый волк, но раз уж сегодня я рыцарь, то буду рыцарем до конца. Я сказал: пошла в машину.

Ой, мамочки! Это что ж такое делается-то, люди добрые?

------------------------

Добро пожаловать в нашу новую историю о любви. Очень хочется расслабиться и почитать что-нибудь легкое и с юмором? Тогда вам точно сюда. Проды точно по графику, визуалы, саунды и прочие ништяки. Буду благодарна за ваши звездочки и комментарии, которые двигают книгу вперед. И, конечно, не забудьте добавить ее в библиотеку.