Сладкий грех. Мы никому не скажем

Глава 1

Дамиль

Желание обладать тобой:

Свадьба брата ничем не отличается от других подобных.

Столы ломятся от закусок, гости нараспев желают долгой семейной жизни, а молодожёны не сводят друг с друга влюблённых взглядов.

В какофонии самых разнообразных звуков меня приглашают для торжественной речи с бокалом игристого. Всегда нарушаю правила, чем раздражаю многих. Во мне кипит адреналин с ноткой обиды, что прекрасная девушка в белом платье… чужая жена, на которую мне остаётся только смотреть со стороны и никогда не признаваться больше в больных чувствах к Лиссе.

Не знаю, как долго смогу выдержать, терпение трескается, осыпается пеплом, разгоняет кровь в жилах до головокружительного состояния.

— Родные, — салютую им бутылкой, и под смешки обнимаю губами горлышко. Водка обжигает нёбо, трахею, пищевод, не щадя. Сам себя не жалею. Скрываю за шальной улыбкой свои чувства, будто принял, будто мне похрен, будто рана моя не кровоточит.

— Брат, — обозначает меня Камиль, возвращая к ним, потому что мыслями я уже где угодно, но только не здесь.

Мой близнец приобнимает одной рукой Лиссу за талию, а вторая ложится на небольшой округлый беременный живот. Светится от счастья внутренним светом, когда смотрит ей в глаза, чувствуя первые толчки своего сына.

— Желаю… — спирает горло до удушающего спазма, моргаю заторможено, сжимаю кулак свободной руки. Чисто на эмоциях. Бомбит до зубного скрежета. Мурашки обжигают затылок, вниз до копчика судорогой сводит. — Я счастлив за тебя, брат, — смотрю ему в глаза, хотя самого разрывает пополам частоколом, — и за тебя, новообретённая сестра.

Лисса умиротворённо улыбается, слегка кивая. Камиль отражает её эмоцию. Им не до моих внутренних скручиваний до изнеможения.

Сколько раз я встречал рассвет в полном одиночестве, прокручивая в голове: «А если бы дожал, добился?» Сколько раз душил себя мыслью, что Лисса тоже могла ошибиться. Сейчас вижу, как на самом деле ошибался я.

Вернулся за стол, едва переставляя ноги. Мне бы валить отсюда, по-хорошему необходимо, чтобы дичь какую-то не выкинул.

Своим советом пользуюсь, как выходом из сложной ситуации, выпуская своих демонов на свободе, где уже не слышу цветочный аромат духов Лиссы.

Все рецепторы им забиты, губы обжигает фантомным прикосновением её губ, моя кожа на ладонях до сих пор помнит мурашки на её коже.

Что-то я совсем забыл, что через неделю я сам стану женатым человеком на девушке, которую даже не знаю.

У моей холостяцкой жизни появился реальный срок — семь дней. Что мне остаётся? Пуститься во все тяжкие, пока ещё можно чувствовать вкус свободы.

Пиная носком дорогущих туфель камушек, думаю, на что мне потратить своё время. Шагаю вперёд, прокручивая в голове свои желания.

Однодневки меня не интересуют. Бухло не торкает. Хочется настоящих эмоций, чтобы залатать порезы на сердце, пока ещё нет рубцов. Купить билеты и рвануть, куда глаза глядят? Вырвусь из клетки, по приезде никто не узнает, что я делал последние дни.

Отписался брату, что добрался до дома. Не успел вернуть телефон в карман брюк, как услышал возню сбоку. Прошёл пару шагов, завернул за угол и… ничего такого из того, что я должен был ожидать.

— Замок с секреткой, — накрываю хрупкую ладонь девушки, крепко зажимая в своей. Обтекаю её со спины, зажимая в свой капкан. Мелкая она. Такую жалко, а я люблю трахаться без опасения навредить своей партнёрше, например, сломать бедренную кость.

Вдыхаю запах волос. Нотки жасмина и цитруса приятно будоражат инстинкты взять крошку. Сжимаю чуть сильнее до хриплого девичьего полувздоха.

— Надеюсь, что я не помогаю медвежатнице, — посмеиваюсь, проворачивая ключ.

— Что? — с пренебрежением посмотрела на меня малышка, оглянувшись через плечо.

Неестественными голубыми глазами вспарывает нутро. Подвисаю и теряю все слова как бисер на полу.

— Пошутил, — растянул губы в ухмылке. — Дамиль, твой сосед. Будем знакомы. Если любишь обнимашки, то я готов стать твоим плюшевым мишкой.

Пока меня придирчиво сканируют как рентгеновскими лучами, я делаю тоже самое: фигурка отрад, грудь и задница хороши, ростом мелковата… Все недостатки перекрывает густая каштановая копна волос. Как представлю, как буду наматывать на кулак, и сколько оборотов вокруг ладони можно сделать… М-м.

— Понятия не имею, что ты имеешь в виду, но ты смешной, как мой плюшевый медведь. От моих обнимашек у него остался один глаз, порванное ухо и сломанная психика, — тоном строгой учительницы шлёпает меня по заднице. — До сих пор нужны мои обнимашки, Дамиль?

Хотел спросить, как зовут мою новую соседку, да та хлопнула дверью перед моим носом. Соли что ли попросить? Нет, лучше сладенького. Мишки любят сладкое.

Планы резко изменились. Я. Хочу. Соседку.