Славянская сага. Камень истины

Глава 10. Путь к отшельнику

Я проснулась под споры друзей. Милада что-то громко выговаривала Эсту и постоянно шипела, когда тот повышал голос. Они сидели за столом вместе с Эрли, который, казалось, не обращал на них внимания, занятый поеданием завтрака.

Степы в хижине не было. Интересно, куда пошла?

От твёрдой поверхности затекло все тело.

Я ещё какое-то время прислушивалась к спору, пока Милада не сказала:

– Степана до сих пор отойти после вчерашнего не может, ты еле двигаешься, да и Ядка… безродная! Куда мы вообще попремся? Нас прибьют раньше, чем мы дойдем до лесной границы! Представь, сколько в окрестностях бродит тварей с кровавой яростью!

– Со мной не надо никуда идти, – сонно пробормотала я, садясь, – одна пойду.

Милада с Эстом тут же посмотрели на меня, даже леший повернул голову.

– Так вот, если мы пойдём к этому Камню, – продолжала Милада, обращаясь к Эсту, – то каковы шансы, что мы выберемся из Леса живыми и здоровыми?

Она, что не слышит меня? Я же сказала, что одна пойду!

– Шансов у нас мало, – почесав макушку, констатировал Эст, – но с Эрли они повысятся! Ты же проводишь нас, правда, приятель?

Леший оторвался от поедания чего-то древесно-мшистого и ровно кивнул.

– Вот! Он проводит! – улыбнулся Эст, – Не унывай, не пропадём.

– Хорошо, а что будет после того, как мы выберемся из Леса? За Лесом есть твари и похуже, например, фанатики, которые могут схватить Ядку, если узнают… – Милада посмотрела на меня, – о ее происхождении. Тогда нас загребут за содействие ей!

– Ребят, все нормально, вам не нужно со мной никуда идти! – повторила я, вставая с пола и скатывая лежак в валик.

– И да, – продолжала Милада, не обращая на меня внимания, – нам нужно придумать план, на случай, если всех нас схватят! Особенно, если схватят Ядку! Предлагаю притвориться, что мы ее не знаем. Да чего так смотришь, Эст? Шучу я!

С пол минуты я слушала, как Милада подкидывала план за планом, а Эст их отвергал. Оно и понятно, среди них было что-то вроде: принять личину человека, обернуться домашними животными, околдовывать зельем усыпления, если про меня узнают, стать невидимыми (это если раздобудем шапку из бобра-альбиноса). Варианты Милады и, правда, никуда не годились. Мы все были пусты, а магия требовала больших затрат сил.

Кстати об этом.

Я внимательно осмотрела Миладу с ног до головы. Внешне никаких изменений не было.

Странно, она применила запрещённый аркан и это никак на ней не сказалось? Может, у неё какие-то магические накопители есть?

– Одна пойду, — спорить мне не хотелось. Думать тоже.

– Ты что, дура? – Милада резко вскинула голову, ее волосы взметнулись пламенем, – Кто в такой путь один идёт? Тебя же не только сожрать могут, а что пострашнее сделают! Это, во-первых. Во-вторых, если этот твой камень и правда укажет на спасителя деревни, то я лично хочу приложить руку к его поискам. Не ты одна дорожишь деревенскими. Если не забыла, у меня тоже есть родные.

Что ж, на это мне ответить нечего. Она ведь тоже потеряла близких. И Эст! И Степа!

– Так что завязывай со своими отговорками, давай ешь и собирайся. Нам Эрли в дорогу еды соберёт, правда, Эрли?

– Ага! – кивнул леший, оторвавшись от завтрака. – И не только! Я сейчас!

С этими словами Эрли вскочил с места и выбежал на улицу. Эст развёл руками.

– Пищеварение, – пояснил он, – после вчерашнего зелья, всю ночь на улицу бегал кусты удобрять.

– Бедняга, – посочувствовала я, оглядываясь в поисках умывальника.

– Умыться можешь в ручье, – указала Милада на дверь. – туда Степана пошла.

Пробормотав «спасибо» и надев лапти, вышла из хижины.

Солнце ярко светило, убирая остатки сна с затуманенного разума. Заливистые свиристели, кажется, играли в «Кто кого перепоет», а бабочки-лимонницы состязались наперегонки возле голубых колокольчиков.

Насколько помню, ручей находился прямо за домом лешего. Обойдя его по дуге, нашла подругу на берегу у ручья.

Степа сидела в одной рубахе, ноги были опущены в воду.

– Привет, не помешаю? – тихо спросила я, присаживаясь рядом со стопкой ее одежды.

Я потрогала воду и тут же одернула руку назад. Ледяная. И как Степа столько времени терпит? Простудится же!

– Привет, – натянуто улыбнулась подруга. – Вода холодная, умывайся аккуратней.

– А разве тебе не холодно? – я покосилась на ее побелевшие от холода ступни.

– Ты что, забыла? Я ведь дочь темноморского богатыря, стихия воды у меня в крови. Она меня лечит.

Я заметила, как прозрачные струйки окутывают щиколотки, лодыжки и устремляются вверх по ногам. Рубашка на теле намокала, кожа становилась светлее. Особенно на лице, шее и руках, где совсем недавно виднелись раны и синяки.

– Тебе лучше?

– Немного. – Поморщилась она. – Боль ушла, но…

Степа открыла глаза и уставилась в воду. По ее лицу и волосам стекали крупные капли воды, ударяясь об илистый берег. Белая рубашка промокла полностью, но подруга не спешила ее заменить.