Славянская сага. Камень Желаний

Глава 2. О воде мертвой и скверной

Мы обступили Степу по кругу. Она была настолько бледной и слабой, настолько вымотанной, что становилось страшно.

Неужели несколько дней в пути так сказались на ней?

Богатырша дышала слабо, под глаза залегли тени, губы растрескались и казались обезвоженными, золотые волосы словно на глазах теряли силу и блекло тускнели.

Быть не может! Только не это!

– Кажись, заболела, – захлопал глазами Эст, трогая лоб подруги, – Может, дать ей водички? – покосился он в сторону реки.

– Эст, ты дурак? – зарычала Милада, смотря на темную затхлую заводь, – Во-первых, где мы воду достанем? Во-вторых, где ты видел, чтобы водой лечили?

– Да вы, ведьмы, чем только не лечите! Водой тоже можете, я знаю.

– Не водой, а зельями, и их варить надо правильно! – Милада уперла руки в бока, сдвинула брови и чуть ли не рычала на беса, – Ту воду из реки даже для питься использовать опасно, а ты ею лечить собрался! К тому же, Степа единственная, кто из нас зелья нормально варит.

– Ядка, – Эст уставился на меня, – твоя мама для всей деревни зелья варила, ты что, не научилась у нее? Почему Степа из вас трех самая умелая?

Я сжимала запястье богатырши, считая удары сердца. Ее руки были холодными, а биение сердца медленным.

Первобоги, как же так? Как я проглядела Степу? Почему не обратила внимания на ее состояние? Мы же столько времени были вместе, как я упустила ее из вида?

Степа, почему ты не сказала, что тебе плохо? Почему промолчала? Ты не обязана всегда быть сильной!

– Ядка, а Степка говорила, что она погано себя чувствует?

Я мотнула головой.

– А вы с ней вообще разговаривали, после того, как ты обратилась безродной в крепости Рата? – спросила Милада, перебирая пузатые баночки в сумке. – Да куда же я засунула этот треклятый пузырь?

– Все, что касается пузырей, это ко мне. – Эст подполз к сумке Милады и начал принюхиваться.

– Те пузыри, которые пьешь ты, Эст, мы не брали. – Милада дернула на себя свою сумку, показав средний палец бесу. – Изыди.

Я задумалась. А ведь, правда. Мы со Степой особо не разговаривали после побега из крепости. Я так сильно была занята собственной жалостью к себе, что совсем не обращала внимания на друзей. Даже на лучшую подругу.

И кто я после этого?

– Нашла! – Милада подняла вверх прозрачный пузырек с чем-то коричневым, – это Золотой корень.

Я была восхищена! Золотой корень – лучшее средство при самом жестком переутомлении тела и души. Откуда у Милады эти корешки?

– Нужна вода, – констатировала я, оглядываясь по сторонам.

– Эта явно плохая, – указала Милада на речушку, – от нее исходит что-то злое.

– Я тоже чувствую, – кивнула я, вглядываясь в заводь.

Речушка была слишком тихой, молчаливой и темной. В ней не плескались рыбы, к ней не подлетали птицы, не подходили звери и даже ветер не касался ее вод. Такой черной скверной глади я еще никогда не видела.

– Да зачем вам вода? Просто скормите ей корни и все, – Эст так выразительно смотрел на склянку с корнями, что, казалось, будто он на собственном примере покажет, как надо эти самые корни есть.

Милада издала протяжный звук «А-а-а» и закатила глаза, я промолчала.

– Девчонки, серьезно. Вам еще ветки для костра собирать, лося для Когтебура готовить, и Недолю вызывать, а вы этой водой воспользоваться не желаете. Неужто такая жуткая? Ну, хотите, я сам воды из реки наберу, если боитесь?

Эст поднялся на ноги и тут же пошатнулся. Перевязанное обломанное копыто выглядело так же скверно, как и река, в которую бес собрался лезть.

– Эст, принюхайся. Сам-то ничего не чувствуешь? – Милада придержала друга за плечи, явно чтобы тот не расколошматился о землю.

Эст повел носом.

– Я ничего не чую.

– Вот именно, Эст. – Рыжая похлопала беса по плечу, – Потому что от той воды не ощущается никакой жизни. Понимаешь?

Бес сощурил глаза, сдвинул брови и потер лоб под правым рогом. Кажется, он думал. Его выражение лица было таким, словно вот-вот из рогов пойдет дым. Да, Эст не любит думать, чего уж говорить. Обычно он сразу делает. Правда, потом получает ото всех и вся, ибо плоды его действий никому не приходились по вкусу.

– Хотите сказать, эта вода мертвая? – Наконец выдал бес.

Милада цокнула языком, я закатила глаза.

Он вообще не помнит, чему учили в Школе?

– Эст, ты дурак? – Не выдержала Милада, – эта скверная вода. Ты помнишь, что это значит?

Бес потупился, затем посмотрел на меня просящим взглядом.

– Ядка, спасай.

– О, великая Дерцея, как меня мог зацепить такой тупень? Эст, отвечай, или я тебя придушу!

– Я тебя зацепил, потому что я красавчик. – Эст оскалился Миладе в лучезарной улыбке, – Где ты еще такого привлекательного беса найдешь, а?