След на песке Марса

Глава 1

Кира

Ветер пробирает до костей! Так и хочется сказать, как я ненавижу осень! Но... Я её люблю. Пятнадцать лет, как люблю.

Сегодня 25 октября, а осенью уже и не пахнет.

Снег падает огромными пушистыми хлопьями — точно как в тот раз. С тех пор зима ни разу не наступала так рано. Скамейка холодная, набережная пустая, я сижу и мёрзну, и сама не понимаю почему.

Боже, ну кому я вру?

В этот день я пришла туда, где больше всего чувствую его. Магия чисел, погода, наша дата. Я не могу себе объяснить, какого черта, спустя… пятнадцать лет? я помню об этом дне. И почему, думая о нём, я чувствую себя живой? У каждого свой вид зависимости. Нам всем нужны адреналиновые и дофаминовые всплески. Кто-то находит их в экстриме, алкоголе, еде, работе, а я… в давно оставшихся в прошлом отношениях.

— Привет, — вибрации до боли знакомого голоса заставляют перестать дышать. Я даже не оборачиваюсь, убеждая себя, что это всего лишь моя воспалённая фантазия. Этого не может быть.

Он громко вздыхает, обходит скамейку, садится рядом и протягивает мне красивый стаканчик с кофе.

— Фильтр. Горький, как ты любишь.

По телу пробегают мурашки, руки начинают дрожать и совсем не от холода. Я не решаюсь даже посмотреть на него, но стаканчик с кофе беру, на секунду почувствовав тепло до боли знакомых рук.

— Что ты здесь делаешь в такую мерзкую погоду? Пойдём, зайдём внутрь? Холодно.

— Куда? — выдавливаю из себя я и решаюсь посмотреть на него.

Он снова в одной рубашке, хотя на улице снег. Взлохмаченные тёмные волосы ловят на себя самые крупные и красивые снежинки. Он смотрит на меня уставшим взглядом без тени улыбки, а мне так хочется увидеть смеющихся чёртиков в его глазах, тёмных как самый крепкий кофе.

— В кофейню, Кира. Не делай вид, будто не знаешь, что я здесь работаю.

Я знала. Конечно, знала. Но не думала, что он вдруг со мной заговорит. Мы пятнадцать лет делали вид, что незнакомы.

А сейчас я плетусь за ним по хрустящему под ногами снегу в красивую кофейню, веранду которой украшает светящаяся круглый год гирлянда. Я так люблю это место, потому что красиво. Дело не в Марате, конечно же.

— Который час? — спрашиваю я, осмотрев пространство. Никого нет, ни посетителей, ни других бариста.

— Почти восемь. Мы закрываемся через десять минут. Да и в такую погоду желающих прогуляться по набережной минимальное количество, — его губ касается мягкая улыбка. Красивая. И я невольно совершенно глупо улыбаюсь в ответ. Но быстро смутившись, прячу улыбку и отвожу взгляд.

— Ну да. Я тоже пойду сейчас, только согреюсь немного.

— Хочешь кофе? К тому же ты даже не притронулась, он остыл.

— Хочу, — соглашаюсь я, понимая, что просто ищу повод остаться хотя бы ещё на пять минут.

Мы не разговаривали пятнадцать лет. А он знает, какой кофе я пью. Только чёрный. С горчинкой. Горячий. Это вовсе не странно, я часто бываю в этой кофейне, но сколько нелепой глупой надежды пробуждают во мне эти мысли! Какую же немыслимую ошибку я совершила, просто придя сюда.

Марат

Я ни разу с тех самых пор не вспоминал об этой дате, но, увидев Киру сегодня, в памяти до мелочей воссоздался тот день. Сколько лет прошло? Десять? Нет, пятнадцать. Даже погода полностью повторилась.

Она стояла в пустом коридоре колледжа в огромной пушистой шапке и красными от холода щеками и кого-то ждала. Она не пялилась в телефон, не искала, чем бы заняться и с кем поговорить, а просто стояла и ждала. Ей было хорошо и интересно в этот скучный, как мне казалось, момент. Я это понял по глазам, они улыбались, но точно не мне — она меня ещё не увидела. Ей было хорошо с собой. А я глаз не мог оторвать, было в этом что-то магическое. Я влюбился в неё в этот самый момент, с первого взгляда, как в самых глупых романтических фильмах. А она… Она влюбилась намного, намного позже.

Тогда я не решился подойти сразу и с замиранием сердца наблюдал, кого же она ждёт, надеясь, что это не парень.

И когда я увидел её сегодня, я как будто пережил это снова. Как будто мне на мгновение стало семнадцать. Но это лишь фантомы прошлого — здесь и сейчас Кира совсем другая. Потерянная, напуганная. Кто ты, чёрт возьми, и куда дела мою девчонку?

Я наливаю для неё фильтр «Эфиопия». Я почему-то знаю, что она его любит. Кира наблюдает за мной так пристально, а я делаю вид, что не замечаю, чтобы не смущать её. Я вдруг понимаю, что у меня к ней столько вопросов, которые я скорее всего не стану задавать, но… Почему, прожив целую счастливую жизнь, она всё ещё любит меня?

Она всегда была где-то рядом. Я встречал её в кофейнях, торговых центрах и даже просто на улице. Не думаю, что это можно списать на то, что у нас не такой уж и большой город, ведь никого, кроме неё, я случайно не встречаю. Кто из нас двоих так одержимо ищет встречи? Мне казалось, что она, но так ли это?

До сегодняшнего дня мы не разговаривали, здоровались то не всегда. Она не бывает одна, всегда с подругами, клиентами, с мужем. Да и у меня не возникало желания поговорить по душам. Наше время давно прошло, и я принял это. Я даже совсем по ней не скучал. Мне так казалось, пока я не остался с ней наедине.

Кира

Красивый. Дьявольски красивый. Я не могу сказать, что мне всегда нравились мужчины как он, нет. Мне всегда нравился только он.

Марат думает, что тогда в колледже ему пришлось приложить немало усилий, чтобы добиться моего расположения. Но сейчас я понимаю, что моё подсознание старалось меня уберечь от таких чувств всеми мыслимыми и немыслимыми способами. Потому что в нашу первую встречу я тоже его узнала. И я не была готова к чувствам такой силы, такого масштаба. В мире существуют вещи разрушительно прекрасные.