След по ту сторону

Глава 74. Велвет. Давно

Генри не стал задавать лишних вопросов. Он подхватил жену и повел ее лабиринтами Уайтхолла. Находящейся на грани обморока Вел они запомнились бесконечной цветной лентой, вьющейся перед глазами. В какой-то момент ей показалось, что они уже никогда не выберутся наружу, но неожиданное дуновение ветерка, бросившего в лицо ароматы цветов, смешанные с затхлым запахом Темзы, вернуло беглецам ощущение реальности. Вел вздохнула полной грудью и этот типично лондонский воздух сейчас ощущался дочерью Ирландского Призрака самым лучшим, что случилось за ее недолгую, но наполненную невероятными событиями жизнь. Откуда-то раздался приглушенный смех и барон, поспешно перехватив жену за талию, потянул ее подальше от посторонних глаз.

Со стороны они казались всего лишь парочкой влюбленных, стремящихся уединиться в самых отдаленных и темных уголках дворцового парка. Такие истории происходили в Уайтхолле постоянно, поэтому вряд ли кто-либо обратил на них внимание. Природное чутье Генри было обострено до предела, и оно требовало уйти максимально далеко. Он послушно следовал своим инстинктам, остановившись лишь у отдаленной и полузаброшенной беседке, увитой уже почти одичавшими розами. Садовники не утруждали себя уходом за боковыми аллеями, приводящими в тупиковые уголки огромного парка, справедливо полагая, что придворные попросту никогда не дойдут сюда. Вот только для четы Дадли нужно было именно запустение, гарантирующее отсутствие сторонних глаз и ушей.

Генри бережно усадил жену на скамейку, дожидаясь пока она отдышится. Вел медленно приходила в себя. Она все еще глубоко и часто дышала, но мутный ранее взгляд уже вернул себе прежние ясность и остроту.

- Прости, я не смог защитить тебя! Я был так самонадеян, что погубил тебя вместо спасения, - сокрушался барон, в отчаянии обхватив голову руками и раскачиваясь из стороны в сторону. – Как я мог даже допустить мысль о возможности обвести королеву вокруг пальца? Глупец! Самонадеянный глупец! Сегодня она объявит о включении тебя в состав фрейлин и это… приговор. Многие попросту не выдерживают такой службы, а к тебе будет особенное «внимание». Подозреваю, что мне не позволят остаться рядом, а позже я получу письмо, в котором сама Ее Величество выразит мне соболезнования в связи с безвременным уходом юной баронессы от оспы или иной дряни. Она – чудовище! И не остановится, пока ее задумка, какой бы страшной она ни была, не реализуется. Я погубил тебя, Вел!

- Тссс, - прохладная ладонь прижалась к щеке барона и от этой неожиданной ласки он вздрогнул всем телом. Несмотря на свершившийся по всем правилам брак, Велвет так и не стала его женой. Он не настаивал, терпеливо ожидая, когда в сердце девушки зародятся и расцветут чувства к нему. Но до сих пор она ничем не показала, что Генри хоть сколько-нибудь интересен ей, помимо роли партнера в плане мести королеве, на которую он сам и вызвался. И вот эта нежданная и такая трепетная ласка…

Барон накрыл своей рукой нежную ладошку жены, стремясь продлить это мгновение, и поднял голову. На него в упор смотрели сияющие глаза, в которых не было ни страха, ни отчаяния, ни ожидания беды.

- Тссс, - повторила она, - ты все сделал правильно. Так, как должно. Нам ничего не угрожает. После бала мы беспрепятственно уедем в твой дом, а потом, как и запланировано, обратно в Ирландию.

- Вел… ты хорошо себя чувствуешь? – осторожно начал барон, искренно опасаясь помутнения рассудка у жены. – Ты слышала Бесс. Она не намерена отпускать тебя.

- Сегодня она забудет об этом, - улыбнулась девушка, - и уже никогда не вспомнит о том, что хотела сделать меня фрейлиной.

- Бесс никогда и ничего не забывает!

- До сего дня не забывала. Теперь с ней будут происходить… некоторые странности, которые придворные спишут на возраст и эксцентричность, присущую королеве с юных лет, - заливисто расхохоталась Велвет. – Генри, неужели ты думал, что я иду к ней на встречу безоружной, позволив растерзать себя? Моей главной задачей был браслет – королева должна была его надеть. И она все сделала, больше нам не о чем беспокоиться. Отныне все будет именно так, как хочу я!

- Ты задумала отравить ее? На браслете яд? – шепотом спросил он.

- О чем ты? – непонимающий взгляд был для него самым красноречивым ответом. – Ах, да – ты помнишь о том, что мой народ веками исповедает правило «жизнь за жизнь»? Это не мой путь. Слишком просто для Елизаветы Тюдор и… вельвы. Она проживет ровно столько, сколько ей отмерено вашими или моими богами, но проживет так, как нужно МНЕ.

На последних словах она поднялась и гордо выпрямилась, протягивая руку Генри. Он не торопился принять ее, откровенное и беззастенчиво любуясь своей женой. В тот укромный уголок, который они выбрали для разговора, почти не проникал свет с основных аллей, но выглянувшая будто специально луна щедро залила девушку серебристым сиянием. На фоне чернеющих кустов она выглядела бесценной статуей, выполненной рукой гениального мастера – с сияющими даже в темноте глазами и облаком пламенеющих волос, придающих ей сходство с ангелом мщения из каких-то древних трактатов, в юности случайно попавшихся Генри на глаза. Баронесса была великолепна и неподражаема в своей приверженности той истине, остающейся понятной только ей одной!

- Велвет, я хочу знать все, - барон крепко взял ее за руку. – Мне кажется, что я достаточно доказал свою верность данному слову и преданность своей супруге?

- Несомненно, - она лучезарно улыбнулась. – По возвращении с бала. А сейчас нам предстоит отыграть еще один спектакль. Пора?

- Думаю, уже пора.

Дорогу обратно к западному крылу они преодолели в молчании. Генри был напряжен как струна, а вот Вел, напротив, казалась совершенно расслабленной и даже довольной. Перед высокой двустворчатой дверью они смешались с толпой придворных, спешащих в бальную залу. Прибыть позже королевы считалось неизгладимым позором, а Елизавета обладала на редкость неприятной привычкой являться то чуть раньше, то значительно позже обозначенного времени. Поэтому в зал набивались придворные, ожидающие порой в духоте по несколько часов.