Следствие по Магии

Глава 17

Никогда не жила в Подмосковье, здесь существеннее холоднее, влажность больше. От травы поднимался тяжелый туман, и только кончики травы выглядывали над ним.

— Холодает.

— Это интересно наблюдение, в лесу зимой теплее, при том, что осень, что весна-лето холоднее. Замерзла?

— Нет, но после теплой машины продирает до костей.

— Так пошли в дом. Домовой уже все приготовил. Можно в баню сходить.

— У тебя баня есть?

Кощей изобразил знаменитое на весь интернет «рука-лицо».

— Зой, ты серьезно? Ты же следователь, сле-доват-ель! Я думал уже излазила все, что есть в доме.

— Без санкции прокуратуры, не имею привычки лазить по чужим домам.

— Как с тобой временами сложно! Что у меня, что у Яги, да, по сути, в каждого из нас стоит баня, или сауна, если дом небольшой. Это можно сказать традиция.

— Почему баня?

— Очищение, телесное и духовное. Да и приятно в жарком пару погреть свои старые кости.

— Кстати о старости. Сколько тебе лет?

— Я почти ровесник этого мира.

Глаза Кощея заволокло тьмой. Он отстраненно смотрел с крыльца, на котором стояли, в лес. Ему явно тема была не приятна, но интерес перевесил. На секунду представила, аж вздрогнула!

— И как ты справляешься? Я могу представить пятьдесят, сто лет, ну двести, максимум. А здесь… тысячи и тысячи…

— С ума не схожу. Я знаю свое предназначение, ведаю путь. Я и Яга умрем, если погибнет наша земля. Большинство людей потому и не представляют, каково это жить вечность. У них нет цели, нет понимания куда идти. Этот вопрос задавался всеми: «Что делать?» И я сейчас не в плане конкретно в ситуации, а в целом. Так трудно найти свое предназначение. Чтобы на пороге свой жизни, сказать – я прожил эту жизнь достойно. Войнам в этом плане легче, у них долг, он показывает им их путь. А ты ведешь их после смерти. Твое войско.

— Они сами идут.

— Конечно сами. Они выбрали и идут по этой дороге и в жизни, и в смерти.

— Я не думаю, что все птицы призывали воинов.

— Нет - конечно. Зачем? Были и спокойные года. Были - были, не смотри так. Уж я, то, помню. Среди твоих предков попадались и лекари, травники, ученые, реже воины и все они были судьями. Вторым – основным, конечно, лекари. Созидающие.

— Я все ж-таки воин, по старорусской классификации, следователь. К судейству ближе всего.

— Это отлично. Домой зайдем?

— Я не сильно тебя стесняю? Как я понимаю ты любишь одиночество.

— Одиночество никто не любит. Долгое по крайней мере. И нет ты не стесняешь, мне приятно, что ты здесь.

Простенькие слова, а стесняют уже меня, создают неловкую паузу, а желудок приклеивается к позвоночнику. Что после такого говорить?

— Спасибо. Мне тоже здесь нравиться. Я же никогда за городом не жила, а тут и лес, и мишка, то есть хранитель.

Кощей больше ничего не стал комментировать, хмыкнул на «мишку». Расставил руки, приглашая в дом.

— Пошли, а то замерзнем. Ужинать будешь?

— Не… точно нет!

— Слабачка! Вот на пиру великокняжеском, ммм, столько яств, почки перченые, икра бело-черно-красная, лебеди, утки-гуси – живым не уйти!

Во мне протестующе забулькал обед с Вием, даже фантазировать на тему старорусских приемов пищи не стала. Утром побегать было бы хорошо, растрясти, а то скоро с такими приемами пищи, меня придется перекатывать. Но на чай меня таки уговорили, в большой, смешной кружке, которую я негласно застолбила.

Кощей читал очередную книгу. Честно говоря, не вспомню ни одного вечера, вот так за чаем, чтобы у колдуна не было книги в руках. Почти всегда разные фолианты, часто старинные, с пергаментными страницами, переплетенные кожей, украшенные камнями. Реже современные, но все равно заново оплетенные той же кожей и гравированные золотым теснением. Когда спросила, отчего так? В ответ получила небольшую лекцию, о сохранности того или иного издания. Кстати, большая часть книг была подписана авторами, или была их первым изданием.

В особо дождливые дни, вспыхивал камин, чтобы потрещать для уюта. В такие моменты, по дровам пробегали ящерки-саламандры, огненные, живущие на территории кощеевой усадьбы. Как уточнил колдун, пока не горит огонь – они живут в духовке или спят. Гладить не рекомендуется. Три ожога это подтвердили.

— Они истинно огненные. Это не магия, что тебя не тронет, это огонь сути.

Больно не было, но два дня пантенолом смазывала волдыри. Чудо какие хорошенькие, и жглись скорее, как крапива, нежели как огонь, последствия только не понравились.

Свила гнездо и мгновенно очутилась на пыльной дороге Нави. Как в фильме, касаешься кровати и уже стоишь где-то. Мои волки кружили, ластились, требуя малую толику ласки. Только сейчас было две дороги, одна алела кровавым цветом, другая желтым, тревожным. И что делать? Желтый это тревожно, нужно посмотреть, но красный? Большой полярный лис уже пришел? Али только подкрадывается? Шагнула вперед, еще не выбрав, но присматриваясь.