Следствие по Магии

Глава 20

Со спины почувствовала чье-то присутствие, но оборачиваться не стала:

— И где гуляла, птица-счастья?

— По Нави вестимо!

— Чем занималась?

— Белыми грифонами, куницами и ониксом.

— Это?

— Иосиф Кобзон летал в Сирию в шестнадцатом году. Я спросила, зачем? Такой ответ получила.

— А что меня не попросила? Ругаться бы не стал, помог…

— Так тебя не было. Ягу беспокоить не хотелось.

— Самостоятельная!

Кажется, он фыркнул при этом.

— Такой вырастили. Но помощь мне твоя все равно нужна. Иосиф Давыдович сказал, что передал оникс Рулдаи из Сирии белому грифону. Кто или что это, не известно. И точно ли это грифон?

— Тут нужно смотреть. Во-первых, души не врут, не приукрашивают, они не способны на метафоры, отвечают четко на поставленный вопрос. Значит белый грифон – это именно белый грифон. Другой вопрос, что по России грифонов тьма-тьмущая. Они в свое время были стражами сокровищ городов, каменных подземелий Кремлей, так вернее назвать.

— А потом?

— С течением времени, города расхищались. Хранителям нечего было хранить, растащили, разграбили.

— Сейчас чем они занимаются?

— В основном работают экскурсоводами, кладовщиками. На долго покидать кремль не могут, и не хотят. Да и некоторые сокровища до сих пор там лежат, не золото с гобеленами, а артефакты.

— А в московском есть грифон?

— Николай Никитич Захаров, он даже одно время возглавлял Оружейную палату. Как раз в эвакуацию ценностей.

— А сейчас?

— Сейчас зовут его Никита Николаевич, как ты догадываешься Захаров.

— Типа сын?

— Сам себе сын, отец и дед. Он умрет с последним кирпичом красных стен, а пока будет сам себе родственником.

— И все они белые?

— Не совсем. Но белых много, это как статус. Белокаменный кремль, белокрылый грифон.

— У Захарова красные?

— Именно. В любом случае, проще дождаться информации по передвижениям певца и потом строить предположения.

— На его месте, я бы покружила бы по сотне городов, один из которых и будет целью.

— Мог не подумать?

— У тебя на лице написано, что в это ты не веришь. Человек пережил девяностые, и пережил достаточно хорошо. Так, что придется искать по всем городам. Ох-хо-хо…

На месте Иосифа, я бы пролетела городков под сотню. Или не в первые гастроли, а во вторые, третьи… хитрым он был, опытным. В игре «секретики», выдержка один из самых необходимых элементов, выдержать и не рассказать куда закопал. Жег ли его камень? Сколь срочно требовалось его переправить? Перепрятать… и опять-таки, причем здесь эмпусы? Как они с ним пересеклись, был ли это первоначальный план, или импровизация? Знал ли он девушек, его свели… А-а-а-а! Тысячи и тысячи комбинаций, миллионы вариантов.

Кощей накинул на меня куртку, на секунду задержал руку, согревая. Даже не сразу поняла, как замерзла.

— Дома тоже можно задаваться вопросами, но в более комфортной обстановке.

— Спасибо. Ты прав, пойдем. Я бы от кофе не отказалась, много-много-много кофе! Второй день выспаться не получается, – протянула, мысленно жалея себя, – Утро началось слишком рано.

— У меня так каждое второе утро начинается. Особенно по весне.

— А что весной? Птицы прилетают?

— Глупая, глупая птичка. Может Вий и прав, нужно тебе инструкцию прописать, краткий учебник, с указанием, где искать расширенную версию.

— Буду премного благодарна. Так что с весной?

— Зимой многие существа засыпают. Впадают в анабиоз, русалки, лешие, водяные… там целый список. У меня даже Марфа Гавриловна отпуск на три месяца получает. Карачун не сильно жалует магию. Может и заморозить с горяча.

— Суровый дед.

— Нави тоже отдых нужен. Он обеспечивает ее покой. А вот весна… Перепись, у русалок новые девы появляются, мавки нерестятся, а они пока в возраст не войдут ОДИНАКОВЫЕ!

— Близнецы…

— От пяти и больше. Водяные помогают. Жалобы от леших на загаженные за зиму леса, этой кипой можно еще одну Сибирь засадить.

— Ты зимой тоже в отпуске?

— Почти. Колдуны и чернокнижники спать не планируют. Даже больше чернокнижники. Большинство магии они творят на лесных полянах, потом трупы описывать и перед Карачуном извиняться, что не отловили ДО. Ведьмы склоки старые вспоминают, дел то почитай нет. Ну может приворожат кого, но по-тихому.

— Можно сказать, лафа!

За разговором дошли до дома, получили по кружке чай-кофе и устроились у растопленного камина. Кофе не сильно помогал, глаза закрывались от тепла огня. Спать уже времени не было, может удастся прикорнуть на пару часиков на работе.