Следствие ведет гувернантка. История 1 - "Старая дорога"

Глава 2

Гувернантка Гретель Хейнс ушла еще затемно, прихватив все мои вещи и документы. Пока она осторожно шуршала в моей сумке, двигаясь в темноте, словно кошка, я старательно делала вид, будто сплю. Кошелек с деньгами и ажурными перчатками лежал у меня на груди. Я тесно прижимала его рукой, и это было единственное, что я точно ни за что не отдала бы девушке-оборотню.

Лезть ко мне Гререль не рискнула. Боялась, что проснусь и подниму шум. А я мягко улыбалась, слушая, как она копошится в моих вещах и как затем, крадучись, идет к выходу.

Засов почти не заскрипел, а вот старая дверь подвела – протяжно застонала и затихла, когда Гретель остановилась на пороге, задержав дыхание. Я четко представила себе, как она стоит там, повернувшись, и смотрит на меня, дрожа от страха, опасаясь, что проснусь от скрипа.

Но я лишь заворочалась, перевернувшись на другой бок, спиной к воришке, и снова затихла, мирно засопев.

Пусть себе бежит. Она думает, что вытащила билет в лучшую жизнь, а на деле…

Никогда не любила воров. Сама в жизни ничего чужого не брала, и ее никто не заставлял. Она сделала свой выбор.

«А как же ключ?» — промелькнула быстрая мысль, и я едва удержалась, чтобы не скользнуть рукой, туда, где на груди покоился маленький ключик.

«Ключ мой, — ответила совести. – Он принадлежал моему отцу. А Рихтер его украл. Я просто вернула себе то, что мне принадлежит!»

Дверь снова скрипнула, вставая на место, а скоро стихли мягкие шаги госпожи Хейнс. Еще через время за окном послышался звук подъезжающего дилижанса. Несколько минут кто-то внизу громко переговаривался. Закрытое окно и ветер, прогнавший дождь, скрадывали голоса, а затем дилижанс тронулся в путь, увозя мою соседку.

Откинув стеганое одеяло, я села и вздохнула. Вот так и верь людям, подумала с усмешкой. А ведь вчера, до того, как сняла перчатку и коснулась руки Гретель, я уже было обрадовалась, что встретила отзывчивого человека, который захотел помочь другому, оказавшемуся в крайне невыгодном положении. И снова разочарование.

Госпожа Хейнс сразу выделила меня в трактире и подошла только с целью обокрасть и забрать мои документы. Следует отдать ей должное: она все быстро распланировала. Гретель не учла только одного: что я оказалась колдуньей и колдуньей неплохой. Зря, что ли, меня пять лет, как собаку, натаскивал господин Рихард? Вот и пригодились знания и талант.

Взмахом руки оживив огарок свечи, я встала и достала сумку с вещами девушки – оборотня. Она была так благородна, что оставила мне свои наряды, тем самым оказав услугу. Ведь в ее вещах лежали документы, несомненно, на имя Гретель Хейнс, и направление к месту работы.

Я вытряхнула сумку над кроватью. Уныло взглянула на ее вещи. Мой размер. Но до чего же они серые и неприглядные! То ли дело мои платья, украденные воровкой! Одного, темно-синего, из улайского бархата, мне было особенно жаль. Наверное, потому что я успела надеть его всего лишь раз.

Почти новое. И дорогущее! Господин Рихтер отдал за этот наряд баснословную сумму, подарив его на мой день рождения.

Впрочем, плевать! Пока подойдут и платья гувернантки. Да и ее назначение будет отличным местом, где я залягу на дно. Единственное, что смущало — отсутствие у меня каких-то навыков общения с детьми и обучения последних. Но разберусь. Голова на месте, значит, все получится.

Вернув в сумку поношенные вещи Гретель, я принялась изучать документы последней и слегка удивилась, когда прочла имя, записанное в паспорте девушки.

Ага. Значит, она вовсе не Гретель Хейнс, а Элоиза Вандермер. Оборотнице хватило ума не назвать настоящее имя. Видимо, когда мы познакомились, у нее все же промелькнули сомнения на мой счет. Или совесть мучила?

— Элоиза, — проговорила я. – Надо бы привыкнуть к тому, как звучит мое новое имя.

Я изучила документ, чтобы точно знать, откуда родом и прочие мелочи. Затем бегло посмотрела назначение, не рискнув вскрыть последнее. Просто прочла название города и имя на конверте.

Итак, теперь мой путь лежит в Шварцбург, к графу фон Эберштейну.

Я вернула документы в сумку поддельной Гретель, положила туда свой кошелек и, надев одно из платьев гувернантки, кстати, севшее по фигуре почти идеально, задула огарок, превратившийся в лужицу, и решительно вышла из комнаты, прихватив теплую накидку госпожи Хейнс – мое пальто, она, само собой, тоже украла, и ее же сумку, сменившую хозяйку.

В одежде с чужого плеча было некомфортно, но я убедила себя в том, что потерплю ради дела. Надо же, какой шанс дала мне судьба, решила я, спускаясь по лестнице в трактир. Совпадение? Если да, то очень удачное.

К моему удивлению, столики внизу почти все оказались свободными. Видимо, паломники, еще вчера заполнившие постоялый двор, ушли.

Я заказала себе сытный завтрак, уточнив у хозяина дома, когда прибудет следующий дилижанс, направляющийся в сторону Шварцбурга (теперь, по крайней мере, я знала, куда поеду дальше), когда мужичонка меня удивил.

— Э, госпожа! Дилижанса в Шварцбугр не будет.

— Как не будет? – Я вскинула брови.

— Ночью же ливень был. – Трактирщик взял полотенце и принялся вытирать пивные кружки, одновременно с этим продолжая вести беседу. – А тракт на Шварцбург дальше идет прямиком через горы. Перевал Берхарда. Не слышали?

Я, конечно же, не слышала и покачала головой.

— Так вот, дорога от дождя возьми да сползи вниз. Говорят, с селью сошел добрый участок в милю длиной. Так что теперь напрямую никак. А в объезд времени займет о-го-го, — трактирщик присвистнул. — На рассвете приехал дилижанс, забравший постояльцев в Мот, так вот, кучер сказал, что дорогу восстанавливать будут как минимум неделю. Но неделя — это куда как быстрее, чем в объезд. Вы уж мне, госпожа, поверьте. Георг Кригер знает, что говорит.

Неделя.

Я криво усмехнулась. Видимо, мое везение закончилось, едва начавшись? Но как же не вовремя сошел этот сель!