Следствие ведёт шарлатанка

Глава 1.

Худшая команда в истории сыска! Сыщик Громов принципиален, напорист и скрывает свой дар общения с духами. Его напарница носит цыганские юбки, отпускает едкие комментарии и, кажется, способна довести до инфаркта даже покойника. Ради расследования им нужно притвориться супружеской парой. А самое сложное в их деле — сохранять спокойствие!

София.

Последний понедельник апреля в Петербурге пах растаявшим снегом и конским навозом. И это вызывало тоску. А в моем салоне «У мадам Софи» пахло ладаном. И деньгами. Свежими, хрустящими ассигнациями. И не важно, что салон занимал крошечную комнатку на задворках столицы. Собственно говоря, салон-то был не настоящий. И никакая я не мадам. Даже хрустальный шар для предсказаний на поверку оказался банальным стеклом. Главное, что деньги мне платили самые настоящие.

Моя нынешняя просительница, купчиха Лизавета Карповна, в тревоге теребила ручки своего ридикюля, в котором, как я надеялась, и были сложены эти самые купюры. Посетительница была одета не по погоде. В дорогое, хоть и порядком потертое бархатное платье. Значит, позволила себе обновку из ателье «Вторые руки». Да ещё и извозчика наняла. Дела ее явно пошли в гору. Однако ж, тратить деньги налево и направо она не решалась. Лишь позволила себе малость, о чем свидетельствовала потускневшая брошь в виде благородной птицы с длинной шеей. А значит, я могу просить с нее больше оговоренного: деньги у купчихи точно есть.

Я привычным жестом перетасовала колоду карт. Переложила ее из руки в руку. Расправила веером.

Бледно-голубые глаза Лизаветы Карповны жадно ловили каждое моё движение. Сейчас в ее жизни происходили значительные изменения, и ей требовалась подсказка высших сил. А я, по счастливому стечению обстоятельств, могла передать их волю жаждущей откровений клиентке.

— Мадам Софи, вы просто чудо! — восторженно прошептала она, пока я перетасовывала колоду. — После вашего прошлого совета насчет поставки льна муж мой тысячу заработал! Я свечку за вас поставила!

Я кивнула с загадочной полуулыбкой. Совета я не давала. Я лишь навела её на мысль, что «водная стихия благоволит», а уж она сама истолковала, что речь о речных перевозках. Люди могут находить решения сами. Моя задача — указать направление.

— Вы сегодня озабочены не финансами, Лизавета Карповна, — сказала я, бросив взгляд на её пухлые ручки. Кожа возле ногтя на безымянном пальце левой руки была слегка поцарапана — след от недавно снятого второпях кольца. Не обручального, то было на месте. Значит, другое. Подарок? А может, заклад? — Вас тревожит нечто более личное. Вопрос доверия.

Её глаза округлились. Я снова попала в самую точку.

Я медленно выложила три карты. Не глядя на них, я уже знала, что скажу.

— Вот ваше настоящее, — ткнула пальцем в Короля. Солидный, приземленный мужчина. Её купец-муж. — Он прочен, как скала. Но его взгляд обращён не к вам. Он смотрит на другую. Вы чувствуете себя одиноко.

Лизавета Карповна всхлипнула. Ещё бы.

— А здесь, — я перевела палец на Рыцаря, — новый герой. Молодой, импульсивный. Он предлагает вам нежность, внимание. Он дарит цветы. Возможно, посвящает вам стихи. Но обратите внимание на реку у его ног. Течение быстрое, обманчивое. Он принёс с собой не только чувства.

— Он… он просил у меня некую сумму на «верное дело», — выдохнула купчиха, подтверждая мою догадку. Сняла кольцо, чтобы дать деньги красавцу-мошеннику. Ох, дуреха.

— Высшие силы советуют осторожность, — сказала я торжественно. — Река может унести не только ваши сомнения, но и ваше благополучие. Прислушайтесь к голосу разума. Он тише, но надежнее.

Я произнесла это, глядя ей прямо в глаза. Голос разума — это, разумеется, я. Но клиенты платят за советы «высших сил». Что ж, ну и пусть. Главное в этом, что платят.

Обрадовалась купчиха. А ведь получила она от меня не новый расклад, а лишь дозволение мошеннику в долг не давать. Сердце её и без того вещало не соваться в эту авантюру.

Только никак в толк не возьму, отчего люди своему собственному уму-разуму не доверяют? Подавай им знамения с небес, шарканье карт по сукну либо кофейную гущу по блюдцу размазанную. Сами мысль свою заподозрят первым делом: «А ну как ошиблась? А вдруг неверно?»

Интуиция шепчет: «Берегись, сударыня!» А рассудок её за ушко да на солнышко: «Докажи, голубушка, предоставь бумаги да свидетельства!» Да как она докажет-то? Она ж не в конторе служит, отчётов не ведёт.

Вот и ходят почтенные граждане ко всяким гадалкам вроде меня — собственную догадку на прочность испытать, будто она лошадь на ярмарке. А их интуиция и есть самый что ни на есть надёжный конь в упряжке, только они его под уздцы вести не умеют. Легче ведь на судьбу кивнуть: мол, карты так легли, чем признать: да я и сама это знала.

Смеху достойно, ей-богу.

— Благодарю вас, мадам Софи! Вы спасли меня! Погадайте ещё, прошу, о здоровье сестрицы моей…

Лизавета Карповна потянулась к своей броши на груди. Красноречиво так постучала по ней ногтем. А потом открыла ридикюль. Замерла на мгновение, будто раздумывая. Потом всё же достала оттуда конверт. Я замерла с картами в руках. Вот значит как?! Купчиху в посыльные нанял? Умно, ничего не скажешь. Знал что ли, что купчиха сегодня ко мне идёт? Но почему именно сейчас?!

Мало чем примечательный белый прямоугольник лег на стол передо мной. Конверт как конверт. Если не обращать внимание на штемпель в углу. Сегодня он был красным. Значит, приоритетный заказ… Что ж…