Следствие ведут шулер и массажистка

Подслушивающая аппаратура или неординарный подход?

Кулебяка, одетый в брюки-комбинезон и старенький серый свитерок, вышел из своей комнаты и прислушался. С лестницы послышались чьи-то быстрые шаги. Кулебяка заторопился обратно в свою комнату, но с лестничной площадки его окликнули.

- Александр Иваныч!

Это был Никита.

- Да? – отозвался Кулебяка.

- Это правда… о ваших способностях? – приблизившись, спросил Никита. – Я посмотрел в интернете.

- Никита, я всё сделаю! – убеждённо произнёс Кулебяка.

- Что вы сделаете?

- Скоро всё узнаешь. Иди пока.

Никита кивнул и удалился, скрывшись за дверью комнаты Инны. Кулебяка опять прислушался, а потом поспешил к лестнице. Краем глаза он увидел выходящего из комнаты Маргариты Степановны Жека, однако сам сумел остаться незамеченным.

А Жека на лестнице, ведущей на третий этаж, догнала Жанна.

- Жек, не переживай. Мы сейчас примем по маленькой, и станет легче. Чем меньше становится подозреваемых, тем выше шансы найти убийцу.

- Дура! - вспылил Жек. - Зачем тебе надо было, чтобы она была убийцей? Ведь именно она обещала нам заплатить!

- А я должна постоянно помнить, кто именно обещал заплатить? А где объективность? А? Я тебя спрашиваю, ты, мент продажный! - неожиданно разъярилась Жанна.

- Ладно, всё! Налей! Я ужасно устал! - Жек погрузился в кресло.

- Я работала, а он устал, - проворчала Жанна и отправилась за стойку бара. - Только ноет и ноет. И никакой помощи. Не ошибается тот, кто ничего не делает. Кстати, я бы схрумкала чего-нибудь. Сбегай на кухню и стяни чего съестного, Жек.

Жек подчинился. В столовой никого не было, однако Жек уловил какой-то шорох и внимательно осмотрелся. Действительно, ни души. На всякий случай, приподняв край скатерти, заглянул под стол. И опешил, столкнувшись нос к носу с домовым. Вытаращенные глаза, всклокоченная бородёнка. Ах, это же Кулебяка!

- Что вы здесь делаете?

Александр Иванович выбрался из-под стола.

- Я делал себе бутерброды, - Кулебяка кивнул на свёрток, который держал в руках, - и услышал, что кто-то идёт. Не знал, что это вы, и спрятался в целях конспирации. Пётр Аркадьич, подготовка операции закончена, я иду.

- Куда?

- Я же говорил вам.

- А, да. Кстати, а о записке они не говорили?

- О записке? - вскинул взгляд Кулебяка, но тотчас и потупился. Вид у него был теперь не то смущённый, не то растерянный. - А что они могут знать о записке, если её написал я?

- Что?! - поразился Жек.

- Да, я. Но я не убивал. Я просто почувствовал, что в стенах этого дома витает смерть. Тут о свадьбе шепоток идёт, а в воздухе – смерть. Вы понимаете? Я и написал записку. Что мне оставалось делать?

- И сунули в дверь Никиты? Почему именно ему?

- Нет, я услышал, что кто-то идёт, и бросил её просто на пол. Кажется, у двери Никиты. А до этого я ходил по коридорам и ловил эманации будущей смерти. Но у меня ничего не выходило. Вообще было такое чувство, что убьют меня!

Жек смотрел вечножителю в глаза и пытался определить, насколько тот искренен. И установил, что в словах Кулебяки не менее десяти процентов правды, потому как за тридцать или сорок секунд тот моргнул лишь три раза.

- Ладно, свободны пока.

Александр Иванович быстро и бесшумно выскользнул из столовой. Жек двинулся к холодильнику. Возиться с приготовлением пищи он терпеть не мог. Надо было просто отнять бутерброды у Кулебяки, да и всё. И не пришлось бы сейчас мучиться.

Вошла Галина Викторовна. Вот кого можно попросить приготовить бутерброды, обрадовался Жек.

- Галина Викторовна, мы Жанной Александровной чуток оголодали. Вы не могли бы нам пару бутербродиков приготовить?

- Сделаем, - улыбнулась женщина, и глаза её спрятались между опустившимися веками и приподнявшимися бугорками щёк.

- Вот спасибо! - радостно сказал Жек и добавил: - А я вам расскажу, как противостоять детектору лжи.

- Что? - поразилась Галина Викторовна. Теперь глаза её были широко распахнуты. - Какому ещё детектору лжи?

- Детектор лжи – это такой прибор с проводками, на котором преступников проверяют, - пояснил Жек. - Понимаете, когда человек говорит неправду, то в его организме происходят физиологические процессы, которые выдают его состояние. Ну, пульс, например, изменяется, давление, потеть человек начинает.

- А разве я преступница? Почему меня проверять на потливость?

- Если человеку известно, кто убийца, а он, тем не менее, не сообщает об этом представителям закона, то он тоже преступник.

- Ой да откуда ж мне это может быть известно? Нет, я ничего не знаю! - Галина Викторовна решительно открыла холодильник и принялась вынимать из него продукты.

- Откуда известно, вы потом сами расскажете. После проверки на детекторе. От него, как вот сейчас от меня, за дверцей холодильника не спрячетесь.

- Вы же сами просили бутерброды.

- А ещё раньше, если помните, я просил вас назвать имя убийцы, - строго произнёс Жек. - Кстати, проверке на детекторе лжи подлежит и ваша дочь, которой, как и вам, известно, кто убил Владимира Никифорыча.

- Нет, она тоже ничего не знает! Нет и нет!

Жек уселся на табуретку и закинул ногу на ногу.

- Вы говорите очень убедительно. Я даже мог бы вам поверить, если бы не располагал доказательствами, опровергающими ваши слова. А вот детектор не поверит, не в его это правилах. Обмануть его невозможно.

- Но вы же говорили, что можете научить, - напомнила Галина Викторовна.

- Я солгал. Из-за бутербродов. Голод не тётка.

Галина Викторовна прекратила резать колбасу и нахмурилась. Она словно бы решала, как ей быть дальше. В смысле, продолжать или нет приготовление бутербродов. Решила-таки продолжать.

- Вы всё же подумайте, Галина Викторовна. За недонесение о преступлении немалый срок дают. А ваша дочь…

- Возьмите ваши бутерброды и оставьте в покое мою дочь! - Женщина резко отодвинула поднос с бутербродами и быстро покинула кухню.