Следуя за мечтой

Глава 32. Ульяна Савина

В груди была громкая тревога в виде моего быстро–быстро бьющегося сердца. На глазах отчего–то застыли слезы. А в груди до сих пор стоял стойкий аромат с нотками парфюма Миши.

Быстро спустившись по лестнице, я мигом вылетаю на улицу, из–за чего сотрудники этого места смотрели на меня как на убегающую от строгого закона преступницу. Но стоило свежему воздуху попасть в мой организм, как я будто отрезвляюсь от душераздирающих чувств.

На горизонте тут же нахожу ближайшую остановку, на которой буквально сразу запрыгиваю в трамвай и, отплатив проезд, сажусь на одиночное сиденье возле окна.

Я до сих пор тяжело дышала и мне даже казалось, будто я задыхалась от переполняющих меня чувств. В этих медвежьих объятиях я всего за пару секунд успела испытать огромный спектр эмоций.

Облегчение, надежду, обиду, спокойствие, ненависть, боль, радость, разочарование, абсолютно все!

Я ни сколько не жалею о сказанных мною словах о втором шансе. Я его дам.

Осталось теперь ждать, решит ли Раймис им воспользоваться? И получится ли у него это вообще?

Придя к бабушке домой, мне несказанно повезло, ведь женщины в квартире не было, что просто не могло меня не радовать.

– Мам, а ты ведь сейчас не сильно занята? – заглядывая в комнату и найдя маму за просмотром телевизора, спрашиваю я. Хотя, на самом деле, и так знала ответ.

Мы с папой хорошо об этом позаботились.

– Вообще, я должна была сегодня навестить тетю Нину, – святая женщина, которой мы ни раз помогали с выгулом собак, когда её дети не могли сделать это сами. – Но она дружелюбно попросила меня сегодня не приезжать, – да, и это мы с отцом тоже продумали. Ведь следующий выгул как раз таки должен был быть сегодня. – Так что да, сегодня я свободна. А что ты хотела?

– Тогда, может быть, проведем сегодня день между матерью и дочерью? – хлопая ресницами, предлагаю я.

– Знаешь… – призадумалась мама. – Я не против.

Улыбка на наших лицах появилась почти одновременно, именно поэтому уже спустя пару минут мы покидали стены бабушкиного дома.

– Ульян, раз у нас сегодня с тобой день «матери и дочери», то могу ли я кое–что у тебя спросить? – пока мы вышагивали вдоль тротуара, в якобы «неизвестном» нам направлении, аккуратно спрашивает мама. Я уже знала, о чем пойдет речь, и дальнейший вопрос мамы стал для меня только подтверждением моих догадок: – Что сейчас происходит между тобой и тем парнем? Его же зовут Миша, да?

С моей стороны было бы не правильно умалчивать все от мамы, в то время когда про меня и Раймиса отец знает многое. Поэтому спустя пару секунд раздумий, повернувшись к маме, я рассказываю ей все.

– Да, мам, его зовут Миша. Михаил Раймис – человек, который всего за одно мгновение на трэке смог покорить моё сердце…

После разговора с мамой мне стало немного легче. Будто несколько осколков камня покатились с моих плеч. Но я прекрасно знала, что, чтобы этот тяжелый камень упал окончательно, я должна была поговорить далеко не с мамой, а скорее с человеком, о котором пару минут назад была речь.

Я даже не могла себе представить, как можно морально подготовить себя к этому. Это вообще возможно?

Ведь стоит мне только представить… как тело бросает в дрожь.

Нет, я не боюсь. Скорее, просто волнуюсь. Но этот разговор явно будет для меня непростым.

– Слушай, мам, а ты бы не хотела спуститься под мост? – когда нас «случайно» принесло к речке, предлагаю я.

Видела, как она замешкалась, ведь воспоминание первого с папой свидания, проходящего как раз там, никуда не стерлось из её головы.

– Ну же, мам, давай. Посмотрим, изменилось ли там что–нибудь за эти десять лет нашего отсутствия, – настаивала я и у мамы просто не оставалось иного выхода, кроме как поспешно последовать за мной в кусты и через забор.

Здесь я была последний раз вчера, поэтому благодаря папе смогла с легкостью вспомнить дорогу. Но ведь не может быть все просто так, верно?

Когда я первая выхожу из кустов, то сразу замечаю вдалеке красный плед, а это означает, что папа уже там. Маму я довела, теперь надо тикать.

– Мам, ты иди, я тебя сейчас догоню, – присев на корточки «завязывать шнурок, который развязался», говорю я, пропуская маму вперед, и как только она скрывается за зеленой листвой, тут же срываюсь с места и возвращаюсь на прохожую часть дороги.

На улице была просто прекрасная погода.

Солнце скрывалось за огромными облаками, тем самым не обжигая мою чувствительную кожу. В спину дул теплый воздух, вскружившая над моей головой волосы. Настроение поднялось незаметно и я точно знала, что сидеть дома в такую замечательную погоду – грех.

Поэтому уже через секунду звонила Китовой.

– Привет, Наташ, а ты сейчас где? – вышагивая к дому подруги, невзначай спрашивала я.

– Приветик, только домой с магазина пришла, а что?

– Слушай, может, заедем к тете Нине, и, взяв собак, поедем на озеро? – предлагаю я.

– Я, конечно, не против, но как мы доберемся до этого озера?

– А вот тут–то мне и понадобится твое обаяние, подруга! – пищу я.

– Нет!

– Да!

– Нет! Нет! И ещё раз нет!

– Да! Да! И ещё раз, да! Это просто идеальный способ помириться! А ещё у Адама есть машина.

– У Раймиса, между прочим, она тоже присутствует, – фыркает Наташа и я уверена, при этом закатывает глаза.

– У нас сейчас с ним все сложно… – вздыхаю я.

– П–ф–ф… – усмехается она. – У меня будто бы радуга на горизонте!

– Ну, Наташ! Пожалуйста. Я тебя очень прошу, – начала умолять я.

– Ла–а–а–адно! Но ты сто раз успеешь пожалеть об этом, Савина. Поверь, я найду тебе участь похуже, ведь ты у меня в долгу, – зло проговорила подруга.

– Боюсь–боюсь! – усмехалась я, хотя от мысли, что же могла придумать для меня Китова, сводило все кости, но я упорно не подавала виду. – Тогда удачи тебе уговорить Адама на эту спонтанную поездку, а я пока позвоню Полине и мы с ней отправимся к тете Нине, – быстро тараторю я и, не дав подруге сказать и слова, отключаюсь.