Следуя за мечтой

Глава 39. Ульяна Савина

Ещё два дня назад я нежилась на шезлонге личного бассейна, а уже сейчас нахожусь в родном доме, где помимо моей семьи находилась и семья Раймиса. Видите ли, родители и сам Миша сговорились и начали планировать знакомство двух семей, конечно, не интересуясь моим мнением на этот счет.

Нет, конечно, я была очень рада, что мои родители смогут познакомиться с Раймисом в нормальной обстановке и тем более я сама лично представила Мишу как своего парня, но… я не была готова к знакомству всего семейства Раймиса.

Весь свой полёт я обдумывала, анализировала и представляла кучу исходов событий, но все мои таблицы и подсчеты рухнули в один миг… миг, когда все договорились о знакомстве семей на следующий же день после прилета в город!

Сейчас, когда я уже находилась дома и понимала, что знакомство проходит просто чудесно, смогла выдохнуть, успокоиться и наконец–то расслабиться. И как только я себе это позволила, Раймис сумел все нарушить.

– Ульян, как ты смотришь на то, чтобы оставить родителей и дальше знакомиться друг с другом, а самим кое–куда сейчас поехать? – склонившись к моему уху, пока мы сидели за столом, спрашивает Миша.

Я была далеко не против, особенно когда вновь метнула взгляд к родителям, где отцы с важным видом обсуждали серьезные темы и между тем над чем–то смеялись, а матери играли с Ангелиной. Волновали меня скорее отношения Алены и Игната, которые всячески пытались подколоть друг друга.

Но деваться мне было некуда, поэтому естественно я согласилась на недолгий отъезд из дома, где проходил уютный и располагающий ужин. Предупредив родителей, мы с Мишей тут же скрылись в прихожей, где взяв сумку, обулись и последовали к синей Ауди.

– Так всё–таки, куда мы едем? – как только машина выехала за территорию двора, спросила я.

– Всему своё время, – уклоняясь от ответа и коварно улыбаясь, сказал Раймис.

Интрига – вот каким словом можно было описать атмосферу в машине. Чувство предвкушения, нетерпения и интереса к неизвестному поглотило меня полностью, поэтому почти всю дорогу я ёрзала на сидении.

Спустя тридцать минут, которые продлились на удивление все–таки быстро, Миша въехал на территорию известного, но такого забытого здания.

Выйдя из машины и убедившись, что нахожусь там, где думаю, я просто теряю дар речи и с полным непониманием смотрю на Раймиса.

– Что мы здесь делаем? – быстро пробежав взглядом по огромному архитектурному зданию, где на крыше к белым арфам, на которых играли ангелы, возвышались огромные белые колоны, недоумевала я. – Что происходит?

– Это музыкальная школа, Ульяна, – вздохнув, так просто и легко отвечает он. – Школа, в которую ты теперь будешь ходить со следующей недели и на протяжении нескольких лет.

– Ч–что?.. Раймис, что ты несешь?

От услышанных слов голова начала кружиться. Ноги в одно мгновение наполнились ватой. А тело приобрело бледный оттенок.

– Правду. Я несу тебе правду, – подхватывая меня в объятия, улыбаясь, говорит он. – Разве не этого ты всегда хотела? Заниматься любимым делом… петь… писать музыку… играть на инструментах? – убирая выпавший локон мне за ухо и положив на мою щеку свою теплую и большую ладонь, говорил Миша. – Дерзай! Все в твоих руках.

Я не до конца понимала, что происходит. Не верила ни единому слову. И мне вовсе казалось, что всё это сон…. Один из самых лучших, никогда несбывшихся мечт, грёза.

Все время, пока мы стояли у входа в здание, я не верила и не понимала ни–че–го и объяснили мне всё два моих преподавателя: Одуванов Аркадий Юрьевич – мужчина, который будет учить меня игре на пианино, и Одуванова Мария Александрова – женщина, которая будет учить меня правильно петь. Оба этих преподавателя носили одну и ту же фамилию, потому что являлись мужем и женой, которые доверяли друг другу, поэтому без всяких сложностей позволяли при будущих занятиях вставлять замечания. Они сразу предупредили меня об этом, чтобы в дальнейшем я могла не обижаться на замеченные ошибки, а выносить из них только пользу и стимул работать дальше.

Внутри моей будущей школы мы прошлись по трём этажам, где меня ознакомили с некоторыми залами, комнатами и студиями, в которых, если я буду хорошо стараться, буду заниматься и смогу либо стать преподавателем этого места, либо писать собственную музыку… но об этот говорить пока рано.

– Так что… – остановившись возле выхода, начала Мария Александровна. – Окончательное решение по учёбе здесь принимать тебе, так что выбирай.

– Мы будем очень рады поработать с такой светлой и чудесной девушкой, – мягко мне улыбаясь, сказал Аркадий Юрьевич.

Улыбнувшись Одувановым, я перевела свой взгляд на Мишу.

– Спасибо… – одними губами, едва слышно, говорю я.

До сих пор я не до конца принимала реальность. Не верила во всё, что происходило вокруг меня, но найдя любимые карие глаза, понимала, что всё это правда.

Словами просто невозможно передать то чувство, которое наконец–то зажгло меня и заставило поистине жить, дышать… Я буду самой настоящей дурой, если откажусь от этих чувств и возможностей, поэтому вернув внимание к преподавателям, принимаю заветное решение:

– Тогда… для меня будет большой честью поработать с такими профессионалами, как вы.

Мы заполнили анкету, документы и обговорили график занятий, а после покинули место, откуда начинается новый этап в моей жизни, и я безумно рада, что в этом этапе рядом со мной будет находиться Миша.

Всю дорогу, теперь уже до квартиры Раймиса, я не переставала благодарить его за этот подарок, но даже он не был таким главным и особенным, как то, что я ни на секунду не пожалела, что простила Мишу и дала ему второй шанс, которым он тут же воспользовался.

– Я безумно люблю тебя… – зайдя в квартиру и притянув Раймиса в объятия, прямо в губы выдыхаю я.

– Я люблю тебя в разы больше, – в ответ прошептал Миша и, не замедляясь, накрыл мои губы нежным поцелуем.