Следующая остановка — Любовь

Глава 2. Судьба без кофе

Судьба без кофе.

Проснулась я ближе к вечеру. Видимо, организм решил, что трехчасовой автобусный сон теперь мой образ жизни.

Зато как раз успела к потрясающему малиновому закату, что окрасило поле поникших подсолнечников нежно-алый цвет. Я улыбнулась: они будто переживают коллективное разочарование в солнце. Стоят как девушки после неудачного свидания: все ещё красивые, но уже со своей жизненной философией. Сердце затрепетало от восхищения красотой природы. В такие моменты всегда особенно жалела о том, что у меня нет профессиональной камеры, чтобы запечатлеть все так, как я вижу своими глазами.

Телефон-то есть, но он даже кота фотографирует, будто привидение.

Я снова вернулась мыслями домой.

Если бы это наши поля, то на том столбе, которые, видимо, служат опорами линии электропередачи, было бы гнездо аистов, что каждую весну неизменно возвращаются домой, плодят птенцов и приносят счастье тем, кто их увидит. Мне так хотелось, чтобы и мама сейчас наблюдала эту красоту вместе со мной.

Жаль мы с ней не увидимся ещё целых девять месяцев. Звучит, как срок беременности, только вместо ребенка у меня растет тоска по дому.

Я впервые увидела поля засеянные подсолнухами именно здесь, в России. Дома мы часто покупали растительное масло российского производства, теперь я вижу, из чего они делаются.

Это все так любопытно! Я археолог, который нашел истоки “Олейны”.

Вдруг кто-то чихнул так, что автобус, кажется, на секунду потерял равновесие. Звук был такой силы, будто человек попытался изгнать из себя не только вирус, но и душу.

Я вздрогнула и резко подняла голову: это был тот самый лысый, которого я чуть не убила рюкзаком. Похоже, он решил добить меня морально, если не физически. Повернувшись к соседу, я поняла, что чих стал для него концом эпохи — он выглядел так, будто в одно мгновение потерял веру в человечество, сон и смысл жизни. Он недовольно посмотрел на меня.

— Это не я! — выпалила я, так же громко, как чихнул лысый. — Я не умею так мощно! У меня максимум — тихий пшик в платочек!

Все, кто был в радиусе трёх рядов, синхронно повернулись в мою сторону. На их лицах я заметила легкую усмешку. Только лысый решил оставить меня без внимания. У него со стыда, кажется, начался внутренний диалог с Господом.

Сосед закатил глаза, но уголки губ у него дрогнули.
— Приятно знать, что ты обозначаешь границы звуков заранее, — пробормотал он.
— Это важно! Вдруг начнётся расследование, а у меня алиби, — ответила я серьёзно. — Я не чихаю громко, я чихаю эстетично.

Он усмехнулся и покачал головой:
— С тобой точно не бывает скучно.
— Не уверена, — сказала я. — Иногда я сплю. Но даже тогда, кажется, комментирую происходящее.

Кто-то из пассажиров фыркнул, а я подумала, что если бы сейчас снимали фильм, то вот это был бы мой первый по-настоящему успешный дубль.

Автобус наконец замедлил ход, вздохнул, как уставший кит, и остановился у придорожного кафе с гордой вывеской: “Кофе”, “Шашлык”, “Чебуреки” и магазин “Смысл жизни”.
Кажется, смысл жизни там продавался по акции — судя по толпе у входа.
В салоне сразу зашуршали пакеты, задвигались тела, кто-то потянулся, кто-то чихнул ещё раз — я мысленно перекрестилась.
Хотя я не крещёная, но, кажется, в такие моменты можно по ускоренной процедуре.
Если чихнет ещё раз — я официально стану верующей.

— Полчаса стоянка, — объявил водитель.
Пассажиры зашевелились, будто их только что выпустили из клетки.

Я нехотя поднялась. После пяти часов сидения я поняла, что мои ягодицы официально вступили в фазу мутации. Кажется, у них теперь своя жизнь, свои ценности и политические взгляды — враждебные по отношению ко мне. Попа болела так, будто я весь путь ехала не на сиденье, а на острие археологической щётки.

Ещё немного — и я бы начала искать Wi-Fi, чтобы загуглить: «Как сделать пересадку мягких тканей без анестезии?»

Сосед в бирюзовом зевнул и молча потянулся за рюкзаком.

Я не знаю, от усталости ли, или он просто родился с таким лицом, но казалось, что он настолько привык ко всему, что теперь его может удивить разве что конец света… И то, если его отменят без предупреждения.

Мы спустились почти одновременно: он с переднего выхода, что-то обсудив с водителем, я — со среднего.
Он сразу направился к автомату с кофе — уверенной походкой человека, у которого есть деньги и план.
Я же решила, что мой план — дышать.
Бесплатно.
На свежем воздухе.

Ветер пах свободой, бензином и чуть-чуть шашлыками.
Я вдохнула поглубже, чтобы заглушить жалобное урчание живота, и почувствовала себя богачкой: у всех кофе по сто рублей, а у меня — кислород all inclusive.

Обошла магазин, где все закупались едой, и вышла к полям.
Те самые подсолнухи — только теперь в сумерках. Стоят унылые, поникшие, будто поняли, что солнце снова ушло, и, видимо, навсегда. Выражение у них — как у людей, которых вежливо бросили фразой «дело не в тебе, а во вращении Земли».

Или как там сейчас модно? Полнолуние, ретроградный меркурий, магнитные бури… внутренняя работа над собой — отличная коллекция оправданий на все случаи жизни.