Следы на ледяной траве

Глава 13

Мир менялся стремительно — неумолимо и пугающе. Небо, некогда ясное и голубое, теперь постоянно затягивали свинцовые тучи. Они клубились, сталкивались, рождая вихри и постоянные ветра, что не утихали ни днём, ни ночью. Ветры срывали кровы с домов, ломали деревья, гнали по улицам клубы пыли и пепла. Дожди шли без остановки — не живительные весенние ливни, а тяжёлые, ледяные потоки, превращавшие дороги в бурные реки, а поля — в топкие болота. Вода смывала урожай, разрушала дамбы, заставляла людей покидать родные места.

Поверхность земли содрогалась. Там, где вчера простиралась равнина, сегодня зияла пропасть. Горы, веками стоявшие незыблемо, вдруг начинали осыпаться, обнажая древние породы. Реки меняли русла, вырываясь из берегов и затопляя целые поселения. В одних краях земля трескалась от небывалой засухи, в других — топилась под бесконечными осадками.

Люди метались в панике. Они бросали дома, унося с собой лишь самое необходимое, бежали куда глаза глядят, но нигде не находили покоя — бедствия настигали их повсюду.

Старейшины созывали народ на площадях, возносили молитвы к небесам, взывали к милости богов. Женщины опускались на колени перед древними алтарями, дети плакали, старики шептали священные тексты, которые передавались из поколения в поколение.

— Услышьте нас! — кричали люди. — Помогите! Мы молим о спасении!

Но боги молчали. Ни знамения, ни ответа, ни малейшего знака участия. Облака не рассеивались, ветры не утихали, земля не переставала содрогаться.

Страх порождал отчаяние. Одни бросались в крайности: приносили жертвы, бичевали себя, искали виновных среди соседей. Другие, напротив, теряли веру во всё священное и начинали жить одним днём, думая лишь о выживании.

Но среди всеобщего хаоса находились и те, кто искал не виноватых, а ответы. Мудрецы закрывались в библиотеках, листая древние свитки. Отшельники уходили в горы, надеясь услышать голос мироздания сквозь вой ветров. Странники отправлялись в путь — не прочь от бедствий, а навстречу им, желая понять причину перемен.

Среди этого хаоса боги сами не знали своего будущего Макош мрачно стояла на берегу некогда быстрой реки. Сейчас воды её помутнели и стали грязными течение стало практически не заметно. Казалось, что вода стала стоячей как в озере или пруду. Макош с тревогой смотрела в небо. Там за иллюзорным спокойствием зияла черная расползающаяся трещина сквозь неё проглядывала в мир мембрана, разделяющая миры. Она набухала как гнойник готовая вскоре разорваться и впустить мрак в этот еще не изменённый мир.

Макош резко повернулась – она была уже не одна. Там, вдалеке, где виднелся лес к ней шёл Велес. Его фигура, окутанная дымкой, казалось одновременно близкой и недостижимой, словно он шагал не по земле.

— Мир меняется, люди ропщут, — произнёс Велес, подходя ближе. Его голос звучал глухо.

— Я вижу, Велес, — ответила Макошь. — Но наши силы заморожены. Мы не можем ничего сделать… Посмотри? — Она кивнула вверх, туда, где небо разорвалось, показывая вечность, словно ткань, истончившаяся от времени.

Велес поднял голову. Лицо его помрачнело.

— Она не справилась, — голос бога стал тихим, почти шёпот, в котором слышалась горечь.

— Это ещё не известно, — Макошь задумчиво смотрела на трещину в небесах. Та пульсировала, как рана, источая тусклый свет. — У нас ещё есть время. Будем ждать.

— Ну, давай будем ждать, — вздохнул Велес. — Всё равно больше ничего не можем сделать.

— Кое‑что, конечно, можно попробовать, — Макошь подняла взгляд на Велеса, и в её глазах вспыхнул огонёк решимости.

— Что? — заинтересованно спросил Велес, склонив голову набок.

— Приведи Владыку, — сказала Макошь твёрдо. — Попробуем кое‑что сделать.

Велес кивнул. На мгновение вокруг него заклубилась туманная дымка, а затем он растворился в пространстве — не исчез, а словно перетёк в иное измерение, оставив после себя лишь лёгкое мерцание в воздухе.

Владыка сидел на пороге дворца. Он смотрел вдаль, сквозь слои реальности, где миры переплетались, как нити в огромном гобелене.

То, что ещё удерживало его в этом мире, вот‑вот могло оборваться — словно тонкая нить, готовая лопнуть от малейшего прикосновения.

Он сидел и размышлял о том, как ему жить дальше и стоит ли это продолжать. Ни гибель мира, ни сам мир не могли его удержать — только она. Мысль о ней, о той, кто стояла сейчас опять на пороге перехода, пронзила его сердце.

«Снова я оказался в стороне? — пронеслось в его сознании. — Нет. Хватит. Я должен быть рядом. Хотя бы теперь».

Владыка медленно поднялся. Он сделал шаг вперёд — и пространство вокруг него дрогнуло, отзываясь на пробуждение силы.

Ветер вокруг усилился, принося с собой запахи далёких земель. Что бы ни случилось дальше, чтобы бросить вызов судьбе и попытаться вернуть миру утраченную гармонию нужно было действовать.

- Воды реки предрекают что всё скоро закончиться. И не в нашу пользу. – Голос Макош стих.

Владыка стоял молча, то, что предложила Макош он не мог не принять не осмыслить. Для него это равноценно смерти. Разорвать связь с Ясной казалось ему бессмысленной и жестокой утратой — словно разорвать душу на две не равные части.