Слепая Совесть

08.12. 16:00

— Ноэлия? — мадам Джанс на ходу запахивает выдающийся бюст новым халатом, на лице следы косметики, волосы растрепаны. Быстрее, чем успеваю сообразить, бросаюсь к ней, так хочется, чтобы обняла, как в детстве!

На минуту застывает, потом прижимает к себе, усаживает здесь же на старый протертый диван. Вспоминаю, что они ремонт планируют.

— Можно я... — начинаю, голос рвется, горло перехватывает. — Хочу последний раз у себя в комнате переночевать...

Мадам Джанс молчит несколько секунд, вздыхает тяжело.

— Простите, Ноэлия, если бы я знала... Мы новую девочку взяли в вашу комнату. Вы же не заезжали, мы думали, уже и не появитесь. Если хотите, я ее сегодня к себе заберу. Но... остатки ваших вещей в кладовой, на случай, если вдруг что-нибудь понадобится, только зачем вам...

И какая бестия дернула меня сюда примчаться на ночь глядя? Давно ведь знала, что со старой жизнью нужно покончить, нет мне дороги никуда, кроме как в императорский дворец. Ни сбежать, ни отпроситься...

Отстраняюсь, удивительно, но слезы все разом высохли, словно отрубило что-то.

— Не нужно будить ребенка, — отвечаю.

— Идем... хоть чаем напою, — мадам Джанс поднимается, делает приглашающий жест в сторону столовой. Иду. Последний раз за родным столом посидеть, а не слушать жуткое «выканье», от которого постоянно вздрагиваю. Сколько мы здесь по вечерам болтали, сказки рассказывали, чай пили — в этом никогда ограничений не было.

Окно открыто в сад, с детства изученные силуэты деревьев чуть покачиваются, одно привычно поскрипывает. Машинально сажусь на свое место, и только потом осознаю, что оно уже не мое. Мадам Джанс начинает суетиться, ставит чайник, достает печенья.

— Тересия не приехала, — зачем-то сообщаю.

— Ты не обижайся, она очень хотела, — мадам Джанс ставит передо мной чашку, себе тоже наливает. — Не получилось, наверное.

Киваю. Наверное.

— Жизнь не всегда складывается так, как мы хотим.

— Да уж, — хмыкаю, сегодня день нервного смеха. Мадам Джанс смотрит на меня, на пристроившегося в другом конце стола Дарсаля:

— Стражу твоему наливать?

— Налейте, — киваю. Перед Дарсалем тоже появляется чашка, мадам Джанс достает еще каких-то бутербродов.

— Ноэлия! — слышу, подскакиваю, едва не ошпарившись.

— Алма! — радуюсь. — Даже не видела, как ты уехала!

— Да к тебе же не подойти было, — Алма садится рядом, мадам Джанс ставит чашку и ей.

— Ну что, — улыбаюсь, бросаю взгляд на мадам. — Вещи сложила?

— Ноэлия... — Алма вдруг опускает глаза, сердце уже сжимает темное предчувствие, но еще не хочу верить. Мадам Джанс поднимается, идет к двери:

— Поговорите, девочки, оставлю вас.

— Прости, но я не поеду.

— Почему? — надеюсь, голос звучит спокойно. — Ты же так хотела, я же... я же все сделала, и с императором договорилась, и познакомила тебя со всеми!

— Да, — соглашается, — спасибо тебе большое. Только никому я там не нужна...

— Мне нужна! Я так надеялась, что ты со мной будешь! А мужа подберем, хоть со всего Айо женихов на смотрины приглашу...

— Ноэлия... — Алма всхлипывает, вдруг замечаю, бледная она какая-то, даже будто похудела за эти недели. С ее-то бурной жизнью, не мудрено. — Ты прости. Но я... я беременна.

— Как ты так быстро узнала? — изумляюсь.

— Сама же мне инопланетный тест купила, который сразу же определяет. Ну вот он позавчера показал... я тебе не говорила, чтобы не портить церемонию.

Может, и купила, я столько всего накупила...

— А отец кто? Он же должен знать, наверное.

— Понятия не имею, и... надеюсь, никто не узнает. Хорошо?

Вздыхаю.

— Не лучше ли с отцом...

— Нет! Здесь и с ребенком у меня есть будущее, если мальчик — до конца жизни смогу жить на дотации государства, да и с девочкой тоже... А там что? Быть инкубатором для мужчины с проблемами зачатия совсем не хочется, уж извини. Если бы я нужна была кому-нибудь сама по себе... а так... Ох, прости.

— Ясно, — поднимаюсь. Вижу, увещевания мадам Джанс не прошли даром. Оглядываюсь на Дарсаля, похоже, он тоже ни к чаю, ни к угощениям не притронулся. Смотрит не моргая, на минуту кажется, будто огонь делается голубым. Но нет, наверное, привиделось.

— Не обижайся. Я так боюсь! Ты же императрица. А я кто?

«А я кто?!» — хочу закричать. Какая к бестиям императрица! Впрочем, все-таки императрица и держать себя положено. Еще не хватало до скандалов опускаться.