Слепая Совесть

18.12.

— При необходимости могут, но вы бы почувствовали, — Страж пытается подняться, останавливаю выученным жестом. Последние тихие минуты.

— Как? — присаживаюсь на край. Посидеть на дорожку, ага.

— Как если бы в вашей голове прошлись катком.

— А в твоей проходились? — шепчу. Молчит.

Ладно, не отвечай, если не хочешь. Тоже молчу, стараюсь не вспоминать о сне.

— И нет никакой возможности закрыться? — все же уточняю.

— Есть. В зависимости от ментальных способностей. Этому учат специально.

— Кто учит?

— Ментальщики.

— А ты... сможешь научить?

— Едва ли. У Стражей несколько иные возможности.

Прикрывает глаза, прислушивается, сообщает:

— Император за вами.

Выдыхаю. Иду последний раз к зеркалу — оглядеть свое дорожное платье. Длинное, неудобное, зелено-коричневое. При первом же подходящем случае сниму. И косу заплету, с этой высокой прической ни полежать, ни расчесаться потом.

Дарсаль

Все пытаюсь рассмотреть, что же она увидела на моей руке. Жаль не сосредоточишься особо, некогда. Аура Ивена приближается, шаги императора тоже слышны. Приходится занять положенное место за спиной его невесты, наскоро спрятав лист. Так и не успел ничего нарисовать.

— Готова, любимая? — улыбается Иллариандр, подает ей руку, прикасается губами к губам. Пришлось ведь объяснять Ивену, почему она от меня в таком состоянии выскочила — нервная, возбужденная. Хорошо, по ауре ясно видно было: спала. Похоже, ее слова, что снился император, передали жениху. Он определенно доволен.

Повозка-фертон повелителя, самая крупная из всех, как и в прошлый раз до середины открыта. На платформе вокруг уже выстроились дежурные Стражи. Император сам возводит невесту по приставным ступеням, мы с Ивеном поднимаемся следом. Императорская чета счастливо улыбается, машет провожающим. Иллариандр обвивает рукой талию невесты, и больше уже не отпускает. Меня это не должно отвлекать!

Медленно трогаемся.

Ноэлия все оглядывает семьи высших, словно надеется подруг увидеть. Хотя понятно, что больше их сюда никто не пропустит. Впрочем, прикрываю глаза, ищу. Алма на центральной площади — но Ли едва ли ее заметит, слишком уж большая толпа. Рядом еще несколько девочек из пансиона. Тересия по-прежнему где-то далеко. Странно.

Приглушаю восприятие, оставляю настройку на императрицу и возможную опасность. Городская толпа колышется мутными цветами; надежда, горевшая при нашем прибытии, сменилась разочарованием и завистью.

Едва пересекаем черту города, как по Стражам проходит легкая, невидимая обычному глазу волна. Обрывается связь с Марисом. А ведь еще утром общались с ним — передавал откуда-то из соседнего здания, что все в порядке. Никто не позволяет себе внешних проявлений, лишь от Лийта исходит виток сожаления, на грани вздоха. Наверное, попытается найти.

Когда пригородные поселения заканчиваются, процессия останавливается. Император спрыгивает с фертона. Подает знак, чтобы убирали торжественную платформу, раздражающую восприятие драгоценными камнями, и возвращали в обычное состояние крышу. И мне тоже знак подает — спрыгиваю следом, снимаю императрицу, отношу в нашу повозку. Она сразу за императорской. Иллариандр неожиданно тоже заходит, усаживается на мою койку. Останавливаюсь у выхода. Хорошо хоть Ивен не поперся.

— Ммм... предложить тебе чаю? — немного нервно спрашивает Ноэлия, садясь на свою кровать.

— А у тебя тут есть? — смеется Иллариандр. — Разве что Дарсаль вскипятит, — отчетливый взгляд на бутылку с водой на столе.

— Ну... принесут же, наверное, — теряется Ноэлия.

— Конечно, принесут, любимая. Все, чего душа пожелает. Надеюсь, тебе здесь удобно?

— Удобно, — заверяет императрица. — Можно уже переодеваться?

— Начинай, — соглашается Иллариандр, похоже, вгоняя девушку в краску. Почему-то ощущаю на себе торопливый взгляд, после возвращается в норму, улыбается.

— Не рано ли, эрлар? — в голосе легкое кокетство. — Мы же еще даже за пределы Йована не выехали.

— Рано, — вздыхает эрлар. — Но уже недолго!

Поднимается, выглядывает наружу.

— Мой фертон готов, не будем задерживать, — сообщает.

— Заходи в гости, — приглашает Ноэлия.

— Непременно, — смеется жених.

До первой остановки Ли все устраивается — то переодевается, то в окно смотрит, то снова расспрашивает о дороге. Едем довольно быстро, фертон мерно покачивается, слышны негромкие перекрикивания слуг меж повозками. Скрещивающиеся омаа патрульных отрядов постоянно проходятся по всем подопечным, сканируют окрестности. Окружающее спокойствие расслабляет, погружает в дремотный дорожный полусон. Пока привалов как таковых не будет, остановки по специально разработанному, давным-давно рассчитанному маршруту: трижды в день в придорожных ресторанах и потом на ночь. Это уже ближе к границе более сложные условия пойдут.