Слепая верность

-5.5-

Его теплое дыхание приятно щекочет мою шею. Я по-прежнему прижата к его груди и не могу пошевелиться. Или не хочу? Тут уж смотря с какой стороны посмотреть. Официально: я законченная неудачница. Сбежала от “отца” узурпатора, избежала ненавистного жениха толстяка и попала в дом к горячему незнакомцу, который, кажется, не прочь меня съесть.
Колобок из тебя не очень, Рика. Повторяешь классический сюжет.

— Так кто ты такая? Сколько тебе лет? Как сюда проникла?

Вопросы шепчет мне на ухо. А я непроизвольно вздрагиваю от вибрации его голоса. Мурашки стекают вдоль позвоночника, щедро ласкают своими лапками ягодицы и бедра. Широко распахнув глаза, всматриваюсь в стену напротив и ничего не вижу. Пожалуй, мы сейчас с незнакомцем в одинаковом положении. Мне жарко, только это странный жар, я с таким еще не сталкивалась. Пытаюсь собраться и реагировать адекватно, но мужчина мне не дает этого сделать. Он снова как-то по-особенному дышит на меня. Касается носом моих волос и… шумно вздыхает. Я же опять вздрагиваю. Пульс так частит, что я так долго не выдержу. Ослабленная, испуганная, голодая и просто раздавленная жизнью за последние два года — я готова сдаться без боя. Ничего больше не хочу… Пусть делает, что посчитает нужным.

И все же глубоко внутри робкой птицей бьется надежда, что этот мужчина не причинит мне боли и не навредит. Вот даже сейчас он на горло не давит, а только удерживает. Конечно, я понимаю, что без ответа мне не уйти. Если попытаться с ним поговорить, все объяснить, то может он меня отпустит? Нужно попробовать, терять мне все равно нечего. Я открываю рот, чтобы начать свою исповедь и тут же ошарашенно его закрываю. Мужчина больше не задает вопросов, он начинает меня нагло лапать!

Его левая рука проходится по моим волосам, слегка сжимая у корней. Не больно, я бы сказала даже приятно. Затем едва уловимое касание к лицу: веки, скулы, нос, на несколько секунд дольше изучает губы. Шею пропускает, она надежно зафиксирована его правой ладонью. Вздрагиваю, когда он прикасается к груди. Но не успеваю закричать или возмутиться, потому что он не задерживается на ней, а плавно скользит ниже. И тогда я наконец понимаю, что он не пытается меня унизить и не домогается меня. Он на меня “смотрит”. Изучает. Ведь по-другому же не может.

Тихо выдыхает сквозь зубы, когда бегло ощупывает мои бедра. Слегка отстраняет меня от себя и без тепла его тела мне резко становится холодно. Странное ощущение, потому что в комнате жарко, горит камин, да и батареи работают исправно, я сама проверяла.

— Ладно. Судя по тому, что я ощутил, пока осматривал тебя, ты вполне взрослая. Если залезла в чужой дом, то должна теперь отвечать за свои поступки. Как ты могла заметить, сам я не смогу тобой заняться. Не вижу… — его голос на мгновение срывается, но потом он продолжает все так же уверенно. — Поэтому сейчас я позвоню одному человеку, он приедет и поможет решить мне проблему.

На последнем слове пальцы на моем горле сжимаются сильнее и мне уже реально страшно. Больше не привлекает ни его запах, ни тепло тела. Я проблема и меня нужно решить.

Порешить?

Господи, Рика, ну вот нужно же уметь так встревать в неприятности!

Не сразу осознаю, что произнесла это вслух. Ужас накрывает мой разум с такой силой, что я не выдерживаю и больше не сопротивляюсь. Перед тем, как провалиться в темноту, я успеваю услышать хрипловатое:

— Да, Ри-ка, это уж точно...

Я прихожу в сознание мучительно медленно и неохотно. Мне было хорошо там, в забвении. Я была свободна и счастлива. Это ощущение было со мной на протяжении долгого времени, пока не появился он, Ермолаев. И что самое страшное, я виновата в этом сама. Все из-за меня. Если бы я тогда в торговом центре не смеялась так громко, вела себя скромнее, то он бы прошел мимо. А так… Теперь я знаю, что мне нельзя радоваться так бурно, нельзя чувствовать себя счастливой, невозможно ощущать себя в безопасности, если таковой вообще не существует. В один прекрасный день твоей беззаботной жизни появится монстр и заберет тебя себе. Как вещь. Потому что он сильнее и богаче. А ты… ты никто.

Глупо было надеяться, что у меня получится сбежать от неприятностей. Конечно же это не так. Но только мне очень хочется понять, откуда в доме профессора этот мускулистый мачо? Это кто вообще такой? Зачем сюда пришел? Ведь этот дом должен быть моим убежищем, а не его!

Хочется притопнуть ногой от возмущения. И губы надуть, что мое приключение не завершилось теплой постелью и вкусной едой. И что надо теперь как-то выбираться из этой фигни… Но как?

Непонятно я пребывала в обмороке или же тупо уснула. Судя по тишине в комнате, наверное второе. Интересно, как долго я спала?

Страшно открыть глаза и увидеть… Что? Охрану Ермолаева? Полицию? То, что я в подвале связанная, голая, изувеченная… Так, стоп, стоп, Рика.

Не поднимая веки и стараясь дышать размеренно, прислушиваюсь. Треск поленьев, тепло мягкого пледа на руках, ноги… О мой бог… Так вот что не так! Мои ноги лежат явно не на диване и даже не на подушке. Под пяточками я четко ощущаю твердое, горячее чужое тело! Это он. Он? Вдыхаю. Как мне кажется делаю это очень тихо и осторожно. Ошиблась.

— Проснулась, Малинка?

Его тихий, слегка хрипловатый голос снова запускает в моем теле необъяснимые реакции. Резко распахиваю глаза, жмурюсь некоторое время, усиленно сгоняя остатки сна и задаю самый тупой из вопросов, на которые способна:

— А где дедушка?