Слепая Вестница для принца эльфов. Зарождение чувств

Глава 3

Всё здесь было странно и незнакомо. Звуки, запахи и прочие ощущения обострились до предела. Айрин пустила лошадь рысью, но чувство приближающейся опасности не покидало. Пришлось перейти на галоп. Только бы Молния не подвела!
Лошадь, однако, сегодня была смирной и исправно выполняла всё, чего хотела от неё хозяйка.
Сначала Айрин наслаждалась божественным ароматом вечернего леса. Но она знала, что оказалась здесь неспроста. Ей нужно было выполнить свою миссию и передать послание наследному принцу Эладора. Поэтому она не могла позволить себе замешкаться ни на минуту. Нужно было спешить в королевский дворец.
Для Айрин попасть сюда было не так-то просто. Она с трудом миновала завесу, отделяющую границу королевства Верхих земель от владений Эладора, и тут же почуяла неладное. Не успев надышаться дивным лесным воздухом, земная беглянка поняла, что её кто-то преследует, и вот-вот случится что-то страшное.
Здесь, в этом незнакомом заповедном лесу, у неё осталось лишь два ориентира – крохотная ало-золотистая рыбка, плававшая в микроскопическом аквариуме, висящем у неё на шее, и пегая лошадь с серебристой гривой – старая верная подруга Айрин по кличке Молния. С Молнией, как и с рыбкой Нури, Айрин не расставалась с самого детства. Они всегда были с ней – сколько она себя помнила. Айрин, Нури и Молния втроём были словно единым целым. Любое микродвижение рыбки и лошади словно передавались девушке, Айрин мгновенно улавливала и с поразительной верностью истолковывала любой импульс, исходящий от её любимых спутниц, успешно заменявших ей подруг, которых она никогда не имела.
Айрин была не такой, как все. Она с рождения страдала недугом, который не рисковали пытаться излечить даже самые искусные и опытные врачи.
Но девушка давно привыкла к этому. Она с детства научилась с этим справляться, и до сих пор не было ни одного случая, когда она почувствовала бы себя в чём-то ущемлённой или неполноценной.
Айрин научилась многому. Она не только читала взапой по специальному методу, который позволял ей распознавать текст, восхитительно пела, играла на фортепиано и вытворяла кулинарные чудеса с божественным вкусом и ароматом, как и полагается благовоспитанным молодым леди, но и владела несколькими языками, была превосходной наездницей, отлично фехтовала и стреляла из лука.
Но она могла всё это делать лишь потому, что ни на мгновение не расставалась со своим живым талисманом – рыбкой Нури. А когда к этому славному тандему присоединялась ещё и лошадь по кличке Молния, то все вместе они становились силой, которую, казалось, не могло сокрушить ничто.
Но сегодня всё было иначе. Айрин оказалась в незнакомом месте, в непривычной обстановке и внезапно ощутила всю свою позорную беспомощность. Даже её верные спутницы, Нури и Молния, не могли вернуть ей привычного покоя и душевного равновесия. Наверное, магия этих мест лишила её воли. А тут ещё это гадкое неотвратимое чувство опасности, охватившее Айрин мгновенно и неотступно.
Молния уже неслась галопом по узкой лесной тропинке, унося с собой прекрасную златокудрую всадницу. Впрочем, прекрасной некоторые придирчивые представители сильной половины человечества её могли назвать с большой натяжкой. Айрин была невысокого роста, и её можно было счесть немного полноватой, что нравилось далеко не всем мужчинам из её окружения. Но главным препятствием в устройстве личной жизни было даже не это. Болезнь Айрин стала краеугольным камнем её несчастий, сделав из неё отшельницу, находившую душевное равновесие лишь в обществе ало-золотой рыбки и пегой лошади и сознательно избегавшую общества людей.
В свой внутренний мир Айрин не впускала никого.
И всё же у Айрин имелась одна задушевная подруга из мира людей, в целом казавшегося девушке таким чужим и далёким. Это была старая ведунья и травница Айла, с младых ногтей обучавшая Айрин знахарству и раскрывавшая девочке целебные свойства трав и растений. А иногда, после пары кружек старого доброго эля, гадавшая на чаинках и кофейной гуще, всякий раз убеждая Айрин, что в своё время в её судьбе должно произойти нечто знаменательное, судьбоносное, способное определённым образом отразиться на судьбах целого королевства.

…Айрин словно кожей чувствовала погоню. Она ощущала за своей спиной чьё-то зловонное смрадное дыхание. Оно уже коснулось её шеи, отчего Айрин почти сделалось дурно. Не выпуская из рук поводья, она натянула тетиву своего золотистого лука, на мгновение обернулась назад и пустила стрелу. И тут же услышала истошный рык и треск прогнувшихся позади себя сухих ветвей.
– Это варги! – раздался позади Айрин чей-то голос; странное дело, но в этом голосе не было ничего отвратительного; напротив, он необычайно привлёк и заворожил Айрин. У неё даже мелькнула мысль о том, что его обладатель, должно быть, может изумительно петь. – Скачи во весь опор!
Айрин не знала, кто такие варги, она впервые услышала это слово. Но послушно хлестнула лошадь по бокам и понеслась прочь. Не тут то было! Айрин почувствовала, что кто-то хватает её сзади, пронзает нежную кожу в области ключиц и плеч мощными, словно бы стальными когтями и буквально выбрасывает из седла. Противный смрадный запах моментально ударил Айрин в лицо, а когти нависшего над ней чудовища продолжали нещадно терзать её плоть. Но уже в следующее мгновение Айрин услышала такой же истошный рык, как и раньше, но на этот раз он раздался над самым её ухом, и тут же прямо на неё обрушилось что-то тяжёлое и мохнатое.
Неизвестно, откуда у Айрин взялись силы, наверное, их придал ей тот леденящий ужас, который мгновенно сковал всё её тело, но она инстинктивно протянула руки вперёд и с непередаваемым омерзением столкнула с себя ненавистную мохнатую тушу.
Уже на одном страхе и инстинкте самосохранения Айрин снова достала лук и выстрелила в темноту. И после этого, должно быть, провалилась в забытьё.