Слепой Якорь

Глава 1. Абсолютный ноль

«Магия требует соматического компонента, вербальной формулы и точного эфирного резонанса. Свинец 12-го калибра требует только нажать на спусковой крючок».

— Из «Неофициального руководства по выживанию в Искажениях», изд. 4-е. Запрещено к распространению Службой Безопасности «Эгиды».

Воздух внутри Искажения пахнет озоном, гнилыми яблоками и жжёной медью.

Калиста вдыхает этот тошнотворный коктейль через фильтры тактической полумаски и крепче перехватывает штурмовую винтовку. Гравитация здесь играет по своим, извращённым правилам: пыль с разрушенного асфальта медленно поднимается вверх, оседая на ржавых остовах автомобилей, парящих в метре над землёй. Пространство искривлено. То, что снаружи выглядело как заброшенная станция метро в промышленном районе мегаполиса, внутри мутировало в бесконечный, изломанный лабиринт из бетона, пульсирующей биомассы и чужеродного фиолетового света.

— Держите строй. Они близко, — сухо произносит Калиста в коммуникатор. Её голос звучит ровно, без малейшей тени дрожи.

За её спиной тяжело дышат двое. Штатные оперативники Корпорации «Эгида», маги второго ранга. Один — кинетик, чьи руки сейчас мелко трясутся от перенапряжения, вторая — стихийница, чья аура фонит паникой так сильно, что у Калисты начинает ныть между лопаток. По документам эти двое — ударная сила отряда. По факту — обуза, которую нужно дотащить до Эфирного ядра и вытащить обратно живыми.

— Мой щит… он истончается, — скулит кинетик, молодой парень с бледным лицом, на котором блестят капли пота. — Физика этого места слишком нестабильна! Я не могу удерживать конструкт!

— Тебе и не нужно, — отрезает Калиста. — Просто свети и не лезь на линию огня.

Она — «Слепой Якорь». Оперативник нулевого уровня. Для Искажения её не существует, потому что в ней нет активной магии, за которую могла бы зацепиться местная аномалия. Она не резонирует с этой агрессивной средой, не видит фантомов, которые сводят магов с ума, и не чувствует того давления на психику, от которого у одарённых начинает идти кровь из носа. Её работа — быть каменной стеной из кевлара, тактики и свинца между хрупкими магами и тварями, населяющими аномалию.

Тень впереди дёргается. Изломанный силуэт, сотканный из осколков битого стекла и сгустков тёмной энергии, с пронзительным визгом бросается на них. Сущность движется рывками, игнорируя законы инерции.

Стихийница за спиной вскрикивает и начинает плести сложное заклинание, бормоча формулы. Её пальцы выписывают в воздухе светящиеся руны. Это классическая школа магии: использование эфира как программного кода. Маг должен прочертить алгоритм в пространстве, чтобы заставить хаотичную энергию превратиться в ледяное копьё или огненный шар.

Слишком долго. Слишком много лишних движений.

Калиста не тратит время на слова. Магия — это искусство. Пуля 12-го калибра со смещённым центром тяжести — это абсолютный, неотвратимый аргумент.

Она вскидывает дробовик, закреплённый на магнитном фиксаторе под стволом винтовки. Приклад бьёт в плечо. Оглушительный грохот разрывает вязкую тишину Искажения. Снаряд, начинённый вольфрамовой крошкой и фосфором, врезается в центр массы сущности. Тварь разлетается на тысячи стеклянных брызг, которые со звоном осыпаются на зависший в воздухе бетон.

— Био-цель уничтожена. Движемся дальше, — Калиста плавно переводит ствол вправо, сканируя сектор через тепловизор. — Меньше пафоса, маги. Не сливайте резерв на мелкий мусор.

— Мои руны бьют точнее твоей пушки! — огрызается стихийница, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Твои руны понадобятся, когда мы дойдём до Ядра, — холодно отрезает Калиста. — Свинец отлично крошит мелкий био-шлак, но конструкт Альфы — это концентрированная эфирная масса. Обычная физика против неё бессильна. Так что пока мы не дошли до тяжёлой магии, вы стоите у меня за спиной, а я трачу патроны, которые стоят дешевле вашей страховки.

Они продвигаются вглубь станции. Калиста движется с механической, выверенной точностью. Шаг, проверка угла, сканирование. Её тело работает как идеально настроенный механизм. Облегающий чёрный термокостюм с пластинами кинетической брони скрывает худощавую, но жилистую фигуру. Пепельно-светлые волосы туго заплетены в косу и спрятаны под тактический шлем. Единственное, что выдаёт в ней не-человека — это острые кончики ушей, выглядывающие из-под гарнитуры.

Эльфийка.

Для большинства жителей мегаполиса эльфы — это богема. Аристократы Созидания, заседающие в стеклянных пентхаусах небоскрёбов, топ-менеджеры корпораций, гениальные творцы и целители. Существа Света. Калиста же выглядит как оживший ночной кошмар для любого сноба из эльфийского Дома: перепачканная чужой кровью и сажей наёмница, пахнущая порохом, чьи руки покрыты мозолями от оружия, а не от игры на арфе.

Впереди пульсирует густое, синеватое сияние. Эфирное ядро. Сердце аномалии. Оно висит над разбитым турникетом, напоминая гранёный сапфир размером с человеческую голову, и испускает волны искажающей энергии.

— Альфа на подходе, — голос Калисты становится ледяным. Визор её шлема заливает красным светом термической угрозы. — Она чует нас.

Пространство перед Ядром искажается. Воздух скручивается в плотную воронку, из которой с оглушительным треском вырывается колосс. У него нет плоти и костей. Альфа-сущность соткана из переплетённых дуг синей молнии и полупрозрачного, желеобразного эфира. Тварь издаёт звук, похожий на скрежет металла по стеклу, и бросается вперёд.

Калиста не отступает, но и не поднимает дробовик. Она знает: стрелять в чистую плазму — это пустая трата вольфрама. Она приседает, закрываясь тактическим щитом, и кричит:

— Стихийница! Бей в центр массы!

Девушка за её спиной, бледная от ужаса, судорожно вскидывает руки. Светящиеся руны срываются с её пальцев, формируя тяжёлое, обжигающе-белое копье магического льда. Заклинание врезается прямо в грудь Альфы.