Дотаскиваю всё это до прачечной. Запах здесь не лучше, но хотя бы пахнет мылом, а не унижением. Вещи сгребаю в большой пластиковый тазик, грязная вода с них стекает тонкими чёрными струйками.
А вот с матрасом — беда. Он мокрый, как выжатая губка, но весит так, словно внутри прячется мешок с цементом. Я пытаюсь приподнять его, но он тут же выскальзывает из рук и с глухим чавкающим звуком падает обратно на плитку.
Я сглатываю, чувствуя, как по щекам катятся злые, горячие слёзы. Не от боли. Не от усталости. От того, что это не просто мокрый матрас. Это символ. И пока он здесь, пока я его тащу, я всё ещё играю по их правилам.
И это бесит сильнее всего.
— До вечера он всё равно не высохнет, — произносит кто-то за спиной. Голос низкий, чуть насмешливый, но без откровенной издёвки.
— Мне всё равно, — упрямо бросаю я, снова напрягая плечи, вцепляясь в мокрый край матраса, который тянет вниз, как камень.
И тут он вдруг оказывается рядом. Настолько близко, что я чувствую тепло его плеча и лёгкий запах чего-то резкого — смесь дешёвого геля для душа и сигаретного дыма. Не даёт мне опомниться — просто отталкивает меня в сторону, будто я мешаю, и одним мощным движением подхватывает матрас, закидывая его на плечо.
Я растерянно стою, глядя, как он, будто это вовсе не кусок мокрого бетона, легко уносит его в ванную. Движения чёткие, без лишних слов, и в этом — странная, грубая сила.
В горле встают слёзы. Я не ожидала, что здесь вообще кто-то может помочь. А уж он — меньше всего.
— Спасибо… — выдыхаю я и поднимаю голову. И вдруг понимаю, что он стоит всё так же близко, слишком близко. Его лицо — прямо передо мной.
Вижу каждую деталь: тонкие, чуть обветренные губы, прикушенные в уголке, длинные тёмные ресницы, отбрасывающие тень на скулы. Глаза… чёрные, как ночь без луны. Не просто тёмные — в них будто нет жизни, только что-то обугленное, выжженное до тла. Как будто кто-то когда-то вытащил из него душу и оставил вместо неё пустоту.
Это близко. Слишком близко. От этого у меня сбивается дыхание, сердце стучит так, что я боюсь — он услышит. Я чувствую, как горячая волна поднимается к щекам, и тут же злюсь на себя за это.
— Скажешь кому-то, что помог, — произносит он тихо, но с такой твёрдостью, что слова врезаются прямо в кожу, — убью.
И разворачивается, уходя, оставляя после себя запах влажной ткани и сигарет, а вместе с ними — странную дрожь внутри, от которой я никак не могу избавиться.
#9535 в Молодежная проза
#2738 в Подростковая проза
#66502 в Любовные романы
#21495 в Современный любовный роман
первая любовь, от ненависти до любви, плохой парень и хоро...
16+
Отредактировано: 09.08.2025