Слежка

Слежка

Выйдя от Кая, Мартин первым делом добрался до конюшни и, оседлав одну из лошадей Сэма, отправился в общественную городскую баню. Во время их последнего разговора он не шутил насчёт намерения помыться и сменить одежду. Ему действительно не хотелось задерживаться у юного лекаря и создавать лишние неудобства, тем более чем дольше он оставался, тем тяжелее ему было свыкнуться с необходимостью навсегда уйти из академии и больше никогда туда не возвращаться, покинув новообретённых друзей. Мартин решил избежать неловкого прощания с Сэмом или разговоров о своих дальнейших планах, в которые теперь не входил никто из его близких товарищей.

После бани он зашёл к торговцу одеждой и, потратив последние бывшие при себе деньги, спрятанные на черный день в запасном кармане, купил невзрачный костюм, приняв облик простого мальчишки-гонца, посланного кем-нибудь из учеников академии по особому поручению. Особняк Джейсона находился в двух часах езды за чертой города. Построенный в чаще елового леса он был окружён несколькими кольцами крепостных стен за стальной оградой с патрулирующей по периметру охраной. Однако у Мартина имелись свои секретные ходы, которые мальчик негласно использовал ещё во время своего проживания у опекуна. Он помнил расположение лесных троп и по одной из них без проблем добрался до решетки, прутья которой можно было вынуть, и, перейдя на огороженную территорию, поставить на место, после чего пролезть через подокоп под каменными плитами, отодвинув заслонку из деревянных досок, слегка присыпанных землёй и перегноем с еловыми шишками. Мартин не знал, подозревал ли хозяин особняка об этой хитрости и его вылазках, но даже если и так, то он ни словом, ни делом не подал виду, оставив лазейки нетронутыми до сих пор. Таким образом, Мартин смог беспрепятственно проникнуть в дом, где провел несколько лет своей недолгой жизни и куда ни под каким предлогом не хотел возвращаться. Тем не менее ему пришлось, и он рассчитывал, что этот раз точно будет последним.

Оставив лошадь ждать у первого бастиона, Мартин затаился напротив служебного входа в заднюю часть двора, предназначенного для телег со снедью, и, подождав какое-то время, уловил момент открытия ворот. Укрывшись от охраны за одной из проезжавших повозок, он наконец-то проник внутрь. К чему было устраивать такую секретность? Мартин прекрасно понимал, что пожелай он проехать даже через парадный вход, никто не станет чинить ему препятствий, потому что Джейсон не раз напоминал своему воспитаннику о том, что двери их надёжного пристанища всегда будут открыты для Мартина и, если жизнь в тесной каморке при академии станет невмоготу, он в любой момент сможет вернуться в родные пенаты или, если посмотреть на вещи с другой точки зрения, в удобно обставленную клетку. Естественно, он не хотел никоим образом тешить надежды опекуна, к тому же в связи с открывшимися обстоятельствами гибели Кевина мальчик рассчитывал прежде всего без лишней огласки самостоятельно провести расследование и выяснить детали предполагаемого преступления. А в том, что покушение подготовил именно его опекун, он уже практически не сомневался. Осталось узнать главный мотив и после вывести убийцу на чистую воду. Естественно, Мартин даже не рассчитывал добиться ареста Джейсона, с такими обширными связями в совете и семейным влиянием это было невозможно, однако он хотел напоследок, перед тем как окончательно разорвать их деловые отношения и покинуть академию, убедиться в правдивости своих подозрений и, взглянув в глаза подлеца, выдвинуть уже неоспоримые обвинения в его адрес. Мысль о напрасной невинной смерти Кевина окатила сердце мальчика волной безудержной ярости. Он вспомнил, как однажды в первые годы жизни в особняке предотвратил пожар, поймав за процессом поджога младшего брата Джейсона Гаррета, и теперь сильно жалел, что остановил это действо. Был бы сейчас под рукой кремень, и он с превеликим удовольствием сам бы устроил этот поджог.

Оказавшись на заднем дворе, мальчик без труда нашёл хорошо знакомый вход в полуподвал, где располагались помещения для персонала. Слуги суетились, разгружая повозки, и никто не обратил внимания, что на одну пару рук стало больше. Прихватив с собой парочку корзин с вялеными фруктами, Мартин направился в погреб, а после прошмыгнул через кухню в сеть потайных коридоров, помогающих слугам посещать комнаты, не показываясь лишний раз на глаза хозяину и гостям особняка. Вначале он намеревался сразу отправиться к покоям Джейсона, но отголоски разговора, доносившиеся от одной из комнат для гостей заставили его передумать.

- И долго вы будете держать его взаперти? - раздался насмешливый голос с нотками ехидства.

Мартин едва смог подавить порыв тут же выйти из укрытия и набросится на обладателя мерзкого голоса, в котором он узнал убийцу Кевина - Циркача.

"Нет, ещё рано выдавать себя. К тому же я вряд ли справлюсь с этим бандитом. Во время битвы даже Эл едва держался против него. На шум точно сбежится вся стража особняка, и Джейсон не допустит кровопролития," - раздражённо размышлял Мартин, досадуя на отсутствие при себе хоть какого-нибудь учебного меча и неудачные обстоятельства, ставшие ещё более весомым препятствием на пути к желанному возмездию.

- Столько, сколько потребуется. И никаких контактов. Пусть думает, что все его люди мертвы, - ответил на вопрос собеседника Джейсон.

Мартин бесшумно присел и, застыв как вкопанный, прислонил ухо к замочной скважине, стараясь не пропустить ни единого слова.

- Это ещё можно устроить, - хихикнул Циркач. - Его люди будут мертвы, а моих людей я забираю обратно, как вам такой расклад?

- Делай что хочешь, главное не мешайся и заляг на дно. Твоя рожа известна каждому жандарму, если попадёшься, станет ещё одним трупом больше, - брезгливо сообщил Джейсон.