Слезы в цепях долга

Глава 31: Долгий путь домой 

Его выписали на пятые сутки. Ожоги на спине и предплечьях саднили под стерильными повязками, каждое движение отзывалось тупой болью. Тимур не поехал домой — в ту пустую, бесчувственную квартиру. Он приказал водителю ехать на пепелище «Феникса».

Машина остановилась за полицейским ограждением. От ресторана остался чёрный остов, зияющий пустыми глазницами окон. Воздух пах холодной гарью и бедой. Тимур вышел, и боль в мышцах мгновенно ушла на второй план, сменившись другой, острой и ясной — болью за неё. За её потерю. Он смотрел на руины и видел не сгоревшее здание, а её лицо в больничной палате — бледное, отстранившееся. Это был её мир. И его разрушили.

В тот же час, игнорируя протесты врачей, он начал действовать. Системно, холодно, без лишних эмоций — так, как умел вести бизнес.

**Первое — люди на месте.** Он позвонил Аслану.
— Собери бригаду. Самых надёжных, не болтливых. Нужно начать разбор завалов и охрану объекта от мародёров. Сегодня же. Плачу в три раза выше рыночного.
— Понял, — коротко бросил Аслан, не задавая лишних вопросов. Дружба дружбой, а дело делом.

**Второе — расследование.** Он набрал номер человека, не входившего в клановые схемы, — бывшего следователя МВД, который теперь работал на частный охранный холдинг.
— Михаил, нужна экспертиза. Пожар в ресторане «Феникс». Официальная версия — пока «короткое замыкание». Мне нужна твоя, неофициальная. Максимально быстро. Все улики, все камеры в округе, все подозрительные лица. Бюджет неограничен.
— Будет сделано, Тимур.

**Третье — восстановление.** Он связался с лучшим архитектором-реставратором в городе, тем, кто специализировался на исторических зданиях.
— Ярослав, мне нужен первоначальный анализ. Что можно спасти, что — нет. И предварительный план восстановления. Не эскизы, а техническое задание. Вчера.

К вечеру следующего дня на месте работали два десятка человек в касках. Грузовики вывозили мусор, специалисты аккуратно укрепляли уцелевшие конструкции, рабочие под надзором прораба сортировали обгоревшие материалы. Рядом стоял утеплённый бытовой вагончик с горячим кофе и едой для бригады. Всё было организовано с военной чёткостью и скупой эффективностью. Сам Тимур проводил там всё время. Он не сидел сложа руки в машине. В простой тёмной куртке, с перевязанными руками, он ходил по площадке, разговаривал с прорабом, проверял списки, вносил пометки в планшет. Он стал тенью, двигателем этого процесса. Его лицо было жёстким, сосредоточенным, без тени старой надменности. Было видно только одно — непреклонную решимость.

Он не звонил Раяне. Не слал сообщений. Он действовал. Потому что слова теперь ничего не стоили. Стоили только дела.

Через три дня Михаил прислал первый отчёт. Не «короткое замыкание». Следы легковоспламеняющейся жидкости у задней стены. Блокировка запасного выода снаружи. На камерах с соседней автостоянки — тёмная «Лада» и два нечётких силуэта. И главное — установленная личность заказчика. Заур. Отец ребёнка Лейлы. Цепочка была очевидна.

Тимур не пошёл к Лейле сам. Он передал все материалы и её имя, и Заура, своему адвокату и в правоохранительные органы через надёжные, неафишируемые каналы. Месть была ему не нужна. Нужна была справедливость. И чтобы они никогда больше не могли приблизиться к Раяне.

Когда Раяну выписали, он был на месте. Он стоял в стороне, наблюдая, как Саида помогает ей выйти из машины. Она увидела преображённую стройплощадку, услышала шум генераторов, лязг металла, увидела людей в касках. Увидела его. Она замерла, и в её глазах промелькнул шок, недоверие, а потом — сложная смесь боли и какого-то смутного, неготового ещё облегчения.

Он подошёл, не нарушая её личного пространства.
— Не волнуйся, — сказал он тихо, без предисловий. — Ничего не трогали внутри, что могло бы иметь ценность для тебя. Документы, которые удалось спасти, сложены и опечатаны в вагончике. Мы просто разбираем завалы и укрепляем стены, чтобы исключить обрушение. Архитектор Ярослав ждёт твоего разрешения, чтобы войти и сделать полный замер.

Она молча смотрела на него, на его уставшее, небритой лицо, на повязку, выглядывающую из-под рукава куртки.
— Почему? — спросила она тем же тихим тоном, что и в больнице, но теперь в нём был не только вопрос, а и усталая попытка понять.
— Потому что это нужно сделать, — ответил он просто. — И я могу это организовать. Всё здесь делается только по твоему слову. Если скажешь «стоп» — все уйдут в течение часа. Если захочешь другую команду — я найму. Это твоё место. Я лишь… обеспечиваю процесс.

Он сделал паузу и добавил, глядя прямо в глаза:
— Пожар был поджогом. Заказчики установлены. Всё передано куда следует. Они тебе больше не угрожают.