Слишком близко

Глава 1

— Ксения, Марина Олеговна просит зайти к ней. Срочно. Живо.

Отрываю взгляд от ноутбука. Горло мгновенно пересыхает — так быстро, будто кто-то выключил кран.

— Сейчас? — мой голос звучит ровно. Но ладони под столом уже холодеют.

Аня пожимает плечами.

— Сказала срочно.

Внутри — не паника. Пока нет. Но под рёбрами медленно расползается что-то липкое и тяжёлое. Будто кто-то взял и вылил туда холодный сироп.

Марина Авдеева не вызывает людей «просто поговорить». Особенно посреди рабочего утра, когда международный отдел уже второй час дышит пожаром.

Смотрю на экран ноутбука, чтобы хоть за что-то зацепиться взглядом.

Письмо французам — отправлено.

Созвон — подтверждён.

Таблица для азиатского направления — готова.

Вроде ничего не завалила.

Пальцы леденеют.

— Ксюш? — Аня всё ещё стоит в дверях. — Ты идёшь?

— Да.

Быстро блокирую ноутбук, поправляю пиджак — просто чтобы сделать хоть что-то руками — и поднимаюсь.

Ноги почти нормальные. Почти.

До кабинета Марины идти минуты полторы.

Но за это время я успеваю прокрутить в голове всё. Каждый косяк за последние две недели. Каждую переписку, где могла накосячить. Каждый созвон, где сказала не то.

К четвёртому повороту коридора сердце уже бьётся где-то у горла.

Ненавижу это состояние. Когда тебя ещё ни в чём не обвинили, а ты уже внутренне сжимаешься в комок, готовясь к удару.

Мимо проходит Полина с двумя стаканами кофе — и сразу тормозит.

— Ты чего такая?

— Марина к себе вызвала.

Полина тихо присвистывает.

Спасибо. Очень помогла.

— Может, повышение? — тут же выдаёт она, но по лицу видно — сама не верит.

— Или увольнение.

— Не беси меня.

Нервно усмехаюсь. Но улыбка выходит кривой.

— Думаешь, я что-то завалила?

— Ксения, ты единственный человек в этом отделе, который отвечает на письма раньше, чем их успевают отправить. — Полина сжимает моё плечо на секунду. — Расслабься.

Не получается.

Совсем.

Особенно когда я останавливаюсь перед стеклянной дверью с табличкой:

HR-ДИРЕКТОР.

Почему-то ладони становятся влажными. Я незаметно вытираю их о юбку, делаю вдох — слишком короткий, слишком резкий.

Стучу.

— Да, заходи.

Марина сидит за столом с планшетом в руках. Спокойная, идеально собранная, как всегда.

Белая рубашка.

Тёмные волосы убраты назад.

Никакой суеты.

Рядом с ней даже воздух кажется медленнее.

Она поднимает на меня взгляд и мягко улыбается.

— Проходи, Ксюш.

Это «Ксюш» немного ослабляет тиски в груди. Если бы сейчас сказала «Ксения Владимировна», я бы уже начала прощаться с жизнью.

— Что случилось?

— Садись.

Нет. После «садись» хорошие новости не приходят.

Опускаюсь в кресло напротив и стараюсь выглядеть спокойной. Сцепляю пальцы под столом, чтобы не дрожали.

Получается так себе.

Марина внимательно смотрит на меня несколько секунд. Слишком внимательно. Будто заглядывает под кожу.

— Во-первых, выдохни, — спокойно говорит она. — Никто тебя не увольняет.

Выдыхаю. Так резко, что плечи опускаются.

Марина усмехается уголком губ.

— Вот теперь нормально.

— Тогда зачем так пугать?

— Потому что разговор серьёзный.

Внутри снова всё сжимается.

Марина откладывает планшет.

— Ксения, тебя временно переводят работать напрямую с Романом Андреевичем Шаховым.

Несколько секунд я просто смотрю на неё.

Мозг отказывается переваривать.

С Шаховым?

Напрямую?

— Подождите… что?

— Международное направление расширяется. Новые контракты, постоянные переговоры, командировки. Роману Андреевичу нужен человек, который сможет держать этот объём.

Всё ещё пытаюсь уложить это в голове.

Из всех сотрудников.

Из всего отдела.

Почему я?

— Это решение Шахова?

— Да.

Вот теперь мне по-настоящему страшно.

Одно дело — работать в компании Романа Шахова.

И совсем другое — работать с ним. Каждый день.

Видела его всего несколько раз. Издалека.

Этого хватило.

Высокий. Всегда идеально собранный. Взгляд — спокойный, тяжёлый, от которого люди почему-то начинали говорить тише и осторожнее.

В компании его реально боятся.

Не потому что орёт. Наоборот.

Шахов почти никогда не повышает голос.

Именно это всех и пугает.

Внутри становится зябко. Будто кто-то открыл окно, хотя кондиционер не работает.

— Я не уверена, что…

— Что справишься?

Марина смотрит спокойно. Без давления. Но почему-то именно рядом с такими людьми врать невозможно.

— Я не знаю, чего от него ожидать.

— Никто не знает, — невозмутимо отвечает она.

Очень обнадёживает.

Марина слегка качает головой.

— Ксения, послушай меня внимательно. Шахов сложный человек. Очень. Но он не выбирает рядом с собой слабых сотрудников.

Это должно меня успокоить.

Но почему-то не успокаивает.

Наоборот. Становится ещё тревожнее.

— Почему именно я?

Марина смотрит мне прямо в глаза.

— Ты не теряешься под давлением. Быстро соображаешь. Умеешь держать хаос под контролем.

Она делает короткую паузу.

— И ты не начинаешь дрожать каждый раз, когда Роман Андреевич появляется рядом.

Моргаю.

А потом вдруг понимаю: она сейчас абсолютно серьёзна.

— У вас тут все настолько его боятся?

— Некоторые — да.

— А ты?

Марина усмехается.

— Я слишком давно с ним работаю.

Это звучит как: «я выжила».

От этого мне становится не смешно. Холодно.

— Ксюш, — уже мягче говорит Марина, — главное — не начинай бояться его раньше времени.

Поздно.

Машинально сцепляю пальцы так, что ногти впиваются в ладони.

— И когда мне нужно… приступить?