Слишком близко, чтобы ненавидеть

2 глава

ЗЕЙН

Я иду в душ, чтобы смыть с себя запах алкоголя, выпитого вчера вечером, и хоть немного прийти в себя. Мне не нравится это отвратительное чувство, которое приходит утром, но во время самого веселья я чувствовал себя замечательно. Я мог забыть обо всех проблемах и просто расслабиться. Мне просто нужен был отдых...

Вода обжигает кожу, словно пытаясь вытравить из меня не только запах, но и воспоминания. Каждой клеточкой чувствую вчерашнее легкомыслие, глупое бегство от реальности. И вместе с тем — облегчение. Краткое, обманчивое, но такое необходимое... Я знаю, это не выход. Я знаю, что проблемы никуда не делись, а только затаились, чтобы с утроенной силой обрушиться на меня после этого мимолетного забытья.

Смотрю на свое отражение в запотевшем зеркале и вижу в нем не только уставшего, помятого человека, но и отблеск той вчерашней радости. Того беззаботного смеха, тех глупых шуток, той забытой легкости. И в этот момент я почти могу простить себя за вчерашний вечер, потому что я знаю, что снова встану. Снова надену маску сильного человека, решающего проблемы, отвечающего за других...

Чищу зубы и умываюсь. На это не уходит слишком много времени, поэтому, когда я выхожу из ванной комнаты, Кэнди все еще поджидает меня в постели. Ее большие, влажные глаза смотрят на меня с нескрываемой преданностью. В этот момент вся моя усталость, все проблемы растворяются, как легкий дым.

— Что такое?

Подхожу к шкафу, чтобы найти одежду на сегодня. Школа не дает мне большого выбора, поэтому я достаю то же самое, что и в другие дни. Конечно, я мог бы устроить бунт по поводу своего внешнего вида, но мне это не нужно. Пару дней веселья не привели бы ни к чему хорошему... у меня бы появилось еще больше проблем с директором. Мое место в школе и так держалось на маленьком волоске. У меня не было богатенького отца, который мог бы заплатить за мое место в школе, да и в общем — за мое будущее. У меня не было вообще никого. Я должен был держаться сам. И я пытался... ну, правда, пытался. И, надеюсь, что у меня получится. Все-таки это был последний учебный год...

Тяжело вздохнув, я натянул ненавистную форму. Во мне еще тлел уголек надежды — маленький огонек, который не давал мне окончательно погаснуть.

Я помню, как мама, перед тем как уйти, всегда говорила: «Ты сильный, ты справишься». Ее слова — единственное, что поддерживало меня в эти трудные времена. Но ее больше нет.

Я должен доказать ей.

Я должен выстоять.

— Ты приготовишь мне блинчики?

Кэнди.

Я оглядываюсь, чтобы посмотреть в ее умоляющие глаза.

— Хорошо, Кэнди, но в следующий раз мы обойдемся хлопьями.

Девочка вскакивает с кровати и бежит прямо ко мне. Времена с ней научили меня многому, и я также выучил все ее привычки. Наклоняюсь и поднимаю ее на руки, пока она хватается за мою шею, как за спасательный круг. Мне нравится тепло ее тела. Я понимаю, что на самом деле я не так одинок. Ее волосы пахнут солнцем и детством, таким беззаботным и чистым. Когда она смеется, мой мир наполняется светом. Ее смех — это музыка, самая прекрасная, что я когда-либо слышал. Он прогоняет тьму и наполняет сердце надеждой... Я готов на все, чтобы слышать этот смех каждый день, чтобы видеть ее счастливой и беззаботной. Она научила меня любить, прощать и верить в лучшее. Она показала мне, что даже в самые темные времена есть место свету и надежде. И я благодарен ей за это, за то, что она просто есть, за то, что она рядом. Я буду оберегать ее, защищать и любить до последнего вздоха. Она — мое все, моя семья, моя жизнь. И пока она рядом, я знаю, что я не одинок, что я нужен и любим. И это самое важное, что есть в этом мире.

— Ты самый лучший брат!

Она коверкает пару слов, но это вовсе не смущает меня. Я рад, что у меня есть такая сестра. И как бы ни было тяжело, я бесконечно благодарен за эту маленькую девочку.

***

Хм, хорошо, сегодня два придурка решили прийти вовремя. Неужели?

Уильям Бейкер и Рон Томпсон. Мои лучшие друзья с самого детства. И я серьезно. Я все еще помню, как Рон совал палки мне в задницу, когда я застрял в чертовой дырке. Уильям в то время снимал все на камеру и громко смеялся надо мной. Странно, но в тот момент мне совсем не было обидно. Я смеялся вместе с ними и понимал, что, возможно, они те самые, кого я искал всю жизнь. Настоящих друзей. Но шло время, и на данный момент я не понимаю, как я еще не убил этих двоих...

— Ты проводил сестричку до ее кабинета? Кажется, что один малыш стал заглядываться на нее.

Рон трясет своей головой, чтобы уложить неопрятные волосы, пока Уильям странно смотрит на меня и медленно покачивается из стороны в сторону.

— Проводил, — отвечаю я, тяжело вздыхая.

— Почему ты не реагируешь на то, что какой-то мелкий засранец положил глаз на твою малышку?

— Ей семь лет, чудак. И думаешь, я не знаю, о ком ты говоришь?

— Объясните мне, твою мать! — Рон яростно выкрикивает, когда наконец приводит себя в порядок.

— Ее одноклассник Марк. У нас был с ним разговор... Он просто защищает ее.

Это было правдой. Я и сам заметил, что пухлый мальчик стал оказывать знаки внимания моей сестре. Но это, блядь, недопустимо. Они совсем дети! В один момент я не выдержал и поговорил с ним, как со взрослым. Не обошлось без слез и соплей, а позже еще и без ссоры с его матерью. Но зато я был уверен, что он будет поступать так, как нужно. Я не был профессионалом, но, по крайней мере, он перестал дергать ее за волосы и воровать рюкзак. Наоборот, мальчик стал помогать ей.

— Прекрати дергаться, Томпсон! — рычит Уильям.

Друг выглядит раздраженным, пока наблюдает за Роном. Он вновь зачесывает свои кудрявые волосы назад...

— Они не хотят лежать нормально!

Прямо сейчас он был похож на истеричку. Я таких просто не переношу.

— Если ты ведешь себя, как настоящий мудак, то волосы тебе не помогут. Малышка Рики не хочет тебя... просто смирись.