Слишком близко, чтобы ненавидеть

6 глава

ЗЕЙН

Вчерашний день был веселым. Нет, правда, особенно его начало. Испуганное лицо рыженькой — это было что-то с чем-то. Было забавно наблюдать за тем, как расширяются её глаза от ужаса, который она видит перед собой. Уверен, что её сердце чуть не выпрыгнуло из её маленького тельца.

Ухмылка сама собой расползается по моему лицу, вспоминая вчерашнюю сцену. Рыженькая, вся сжавшаяся от страха — это был настоящий шедевр. Я снова вижу перед собой её испуганные глаза, широко распахнутые, словно у загнанного зверька. Её маленький, хрупкий силуэт, дрожащий от ужаса — всё это было настолько... интересным. Я не мог не насладиться этим зрелищем, не мог не почувствовать себя режиссёром, наблюдающим за удачной постановкой. Я предупреждал её, что игра началась. Вроде как, она не должна быть удивлена. Так почему же она выглядела так, будто прямо сейчас упадёт в обморок? Её лицо было бледным, губы посинели. Она не просто выглядела так, будто вот-вот потеряет сознание — она действительно теряла контроль над собой. Ее руки дрожали, а дыхание стало прерывистым. Я понял, что переоценил её готовность к этой игре.. К этой опасной, преднамеренно жестокой игре, в которую мы втянулись.

Бедная, наивная девочка.

Ничего уже не будет хорошо. Игра началась, и выхода из неё нет. Остаётся только сражаться.

***

— Ты уверен, что это было нормально?

Господи, Уильям сегодня слишком мягкий... С каких пор его волнует серьёзность наших маленьких шуток? Он всегда был тем, кто смеялся громче всех, кто подливал масла в огонь любой невинной шалости. Что случилось? Эта внезапная задумчивость, этот отсутствующий взгляд... Меня это пугает больше, чем любой его язвительный комментарий.

— Это всего лишь ворона. Успокойся, истеричка! — отвечает Рон.

— А если бы твоей Рики так сделали, а?

Ясно, он просто хочет вывести Рона из себя... Его девчонка — это больное место для него. Пусть происходит всё что угодно, но только не с ней. Только не она.

Меня всегда удивляло, как она его терпит... Хотя она даже не подпускает его к себе. Кажется, он живёт в каком-то своём отдельном мире, где она — солнце, вокруг которого он обречённо вращается, не смея приблизиться. Я часто думаю, что же скрывается за этой маской безразличия. Какая буря бушует в её душе, когда он, словно преданный пес, заглядывает ей в глаза, ища хоть искру внимания, хоть намёк на надежду? Наверное, она давно уже перегорела. Её сердце, некогда полное любви и тепла, превратилось в холодный камень, не способный больше ни согреть, ни растопить лёд одиночества, сковавший его душу. Иногда мне кажется, что я вижу в её взгляде отблеск жалости, но он тут же гаснет, сменяясь непроницаемой стеной. Может быть, она боится поддаться этому чувству, опасаясь, что это вновь разожжёт пламя, которое она так старательно тушила годами.

Я не знаю, что произошло между ними, какая трагедия разыгралась в их прошлом, оставив такие глубокие шрамы. Но мне больно смотреть на эту драму, разворачивающуюся прямо перед моими глазами. Больно за него, обречённого на безответную любовь, и больно за неё, вынужденную жить с этим грузом вины и сожаления. Наверное, самое страшное — это когда любовь превращается в клетку, а не в крылья. Когда двое людей оказываются запертыми в отношениях, где нет ни счастья, ни свободы, а лишь бесконечная боль и разочарование. И остаётся только надеяться, что когда-нибудь они найдут в себе силы разорвать этот порочный круг и обрести покой, пусть даже и порознь...

— Никто бы не посмел.

— Уверен?

— Да, черт возьми!

Ох, какой же он злой мальчик...

Заходим в школу, здороваясь с парнями и ловя восхищенные взгляды девочек. Они всё ещё думают, что у них есть шанс... Глупышки. Не хочу разбивать их мечты. Пусть живут в своём мире, где всё просто и понятно. Где любовь — это бабочки в животе от первого встречного парня.

На наши глаза попадается Рики, и Рон в тот же момент отсоединяется от нас.

— Когда они уже будут вместе? — спрашивает Уильям.

Хмыкаю в ответ, но ничего не отвечаю. Хотел бы я знать.

Взгляд скользит по лицам Рики и Рона, застывшим в неловком молчании на другом конце коридора. Они как два магнита, притягивающиеся и отталкивающиеся одновременно. Их невысказанные чувства витают в воздухе густым, сладким ароматом. Рон, как всегда, невозмутим, но в его глазах мелькает что-то... тревога? Нетерпение? Рики же, наоборот, вся на нервах, её обычная жизненная лёгкость сменилась какой-то напряжённостью. Я не могу сказать им, что нужно делать, не могу толкнуть их в объятия друг друга. Всё, что я могу — это надеяться. Надеяться на то, что они сами найдут путь друг к другу, преодолеют свои сомнения и страхи. И что их история завершится не трагедией, а счастьем. По крайней мере, я так хочу.

Всё-таки Рон — мой лучший друг, и я хочу, чтобы он был по-настоящему счастлив.

До урока остаётся совсем немного, поэтому мы не задерживаемся в коридоре и заходим в нужный кабинет. Рыженькая уже здесь. Отлично...

Я замечаю, как она кидает на меня злой взгляд и отворачивается. Она вновь сидит на моём месте. Неужели она не испугалась? С каких пор люди перестали бояться меня и моего гнева? Чувствую, как внутри меня поднимается волна ярости, но вместо взрыва она обрушивается на меня самого. Неужели я стал настолько слабым, что даже моя собственная злоба не вызывает в других страха?

Смотрю на её спину, такую хрупкую и, кажется, абсолютно безразличную ко мне. Медленно выдыхаю, пытаясь унять дрожь в руках. Не могу позволить себе сломаться сейчас. Нужно сохранить хоть каплю гордости, хоть маску силы.

Нужно всё исправить.

— Эй ты, всё ещё не поняла, что это место занято? — стараюсь говорить тихо и спокойно, но у меня всё же не получается, и грубость вновь проскальзывает между нами.

Я укладываюсь на её спину и опускаю руки по сторонам. Рыжая никуда не убежит. Её мускулы под моей тяжестью слегка подрагивают, но она не двигается. Она медленно поворачивает голову, и я чувствую её тёплое дыхание на своём лице.