Слишком красивая для тебя

Глава 4

- Прекрати орать! По делам я еду, сказал же!

Денис с раздражением оторвал Катины руки от лацканов своего строгого твидового пальто.

- Конечно, по делам! – визжала Катя. – А надухарился ты так для генерального! Рубашечка стильная, пальто! Что это за дела такие?!

- Важные! – крикнул Денис.

- Если ты едешь не по бабам, возьми меня с собой!

- С ума что ли сошла? Куда я тебя потащу по конторам?

- А что такого? Скажешь – личный секретарь!

Денис прислонился спиной к входной двери и перевел дух:

- Кать, прекращай. Если б я хотел тебе изменить – давно изменил и скрывать бы не стал.

- Вот ты и не скрываешься, - сварливо произнесла Катя.

Денис обнял ее, засунув руку под висевшую мешком домашнюю майку. Взъерошил длинные волосы, поцеловал в мочку уха, и Катя притихла, прижавшись к его груди.

- Перестань заводиться и меня заводить, - тихо сказал он. – Я с тобой целиком и полностью.

Катя немного отстранилась и посмотрела на него взглядом побитой собаки.

Спустившись на парковку, Денис посидел несколько минут в машине, бессмысленно глядя перед собой. Он так и не смог сказать Кате, что собрался на встречу с матерью и братом. Это было слишком близко к сердцу, к тому месту внутри, которое он не всегда мог контролировать. Катя давно стала своей, домашней и уютной, с ней было просто и понятно, но Денис порой ловил себя на мысли, что скрывает от нее самые сокровенные чувства и мысли.

Сейчас вместо радостного волнения и предвкушения он ощущал только страх и непривычную душевную боль. Слишком долго он запрещал себе думать о матери, давил все чувства, что могли сделать его уязвимым. Слишком долго он жил так, как диктовал ему отец, считая, что любая близость и нежность – это слабость. Денис не мог заставить себя завести машину, отчаянно нуждаясь в человеке, который бы поддержал его. Повинуясь безотчетному порыву, он набрал Олин номер, молясь, чтобы она взяла трубку.

- Как дела? – хрипло спросил он после ее короткого «Алло».

- Что у тебя случилось? – не отвечая не вопрос и не здороваясь, в лоб спросила Оля.

- Почему сразу случилось? Я не могу просто так позвонить старой подруге? – он пытался говорить шутливо, но выходило у него плохо.

- Что случилось, Денис? – повторила Оля. – Я же слышу по твоему голосу.

Денис замолчал, чувствуя, как перехватывает горло. Он несколько раз пытался начать говорить, но все не мог и не мог, а Оля, будто понимая его волнение, терпеливо ждала на другом конце провода.

- Я собрался съездить к матери, - наконец выдавил он.

Он ждал, что Оля бросит пару слов ободрения и пожелает ему удачи, но она потрясенно ахнула и воскликнула:

- Да ты что! Ты все-таки решился!

Она знала, что Светлана нашла контакты сына и давно настаивала на встрече, знала и метания и сомнения Дениса по этому поводу. Она не настаивала на встрече друга с матерью, но всегда просила его не обрывать с ней связь. Денис облегченно выдохнул и понял, что правильно сделал, что поделился этим только с Олей. Только она понимала, какое титаническое усилие над собой ему пришлось сделать, чтобы решиться увидеть мать. Только она знала, сколько слез в подушку он пролил в детстве, считая, что она его просто бросила – он не мог поверить, что Светлана не может обойти запреты отца.

- Боишься? – запросто спросила Оля, как будто он все еще был десятилетним пацаном, который очкует прыгнуть с крыши крылечка в сугроб.

Денис вдохнул, выдохнул и как можно спокойнее ответил:

- Да нет, нормально.

- Это нормально, что боишься, – Оля снова ответила не на его слова, а на то, что он чувствовал. – Ты главное, не сомневайся, что она тебя любит.

- Она меня бросила, Оль. Предпочла остаться с братом, не со мной.

- Она не выбирала, Денчик, за нее выбрали. Я помню тетю Свету, и я помню, что она тебя очень любила.

Первое время Светлана отчаянно сопротивлялась изоляции сына и пыталась прорваться к нему со всех сторон – через учителей, через родных и знакомых, даже через Олю и ее маму, передавая сыну записки и игрушки. Оля тайком носила Денису пластиковых дешевых китайских роботов – все, на что хватало зарплаты Светланы. Мать засовывала в упаковки коротенькие письма, где уверяла сына, что любит его и ни за что не бросит. Однако к этому времени Олег Игоревич так настроил мальчика против матери, что Денис просто перестал брать эти жалкие и трогательные подарки из Олиных рук, сказав ей, что мать просто умерла для него.

Денис побарабанил левой рукой по рулю.

- Денис… - Олин голос в трубке звучал как-то особенно тепло.-  Я считаю, ты правильно сделал, что решил с ней встретиться.

- Правда? – облегченно вздохнул Денис. Оказывается, он и сам не знал, как сильно ему нужно было чье-то одобрение на эту встречу.

- Да. И помни – как бы все ни прошло, я с тобой. Не бойся, ты не один.

Денис снова поразился тому, как легко она находила те единственно нужные слова, что его успокаивали. Именно этого он всегда боялся – одиночества, и именно оно всегда догоняло его. Положив трубку, он завел машину и уверенно и спокойно тронулся с места.

Денис осторожно крался на машине по переулку с колдобинами, полными талой грязной воды. Спальный район на окраине, застроенный грязно-белыми кирпичными хрущевками разительно отличался от того, к чему привык Денис – сначала дом отца в охраняемом элитном поселке, потом подаренная отцом же квартира в хорошем квартале с панорамными окнами и консьержкой в просторном холле. Для него это был какой-то бесконечно далекий параллельный мир – унылые пятиэтажки с облепленными грязной бумагой объявлений входными дверями, исписанные двери убогих маркетов и трансформаторных будок.

«Может, отец был прав?» - мелькнула у него трусливенькая мысль, когда поддатый кургузый мужик с мятым пакетом матюгнулся на Ауди Дениса, пытавшуюся протиснуться по узкой дороге без тротуаров. Однако он все же нашел по навигатору нужный дом и припарковался прямо у подъездной двери – больше было все равно негде. Домофон не работал, и Денис беспрепятственно поднялся на третий этаж и решительно позвонил. Он отрепетировал приветственную фразу для матери и был готов к скучным и бессмысленным разговорам вроде «Как ты сам, как папа?».