Слишком много принцев

17. Тебе надоели подвиги?

Забор мы не перелезаем, а перелетаем на воздушном облаке. Оно поднимает нас и отпускает с другой стороны, на полянку среди высоченных елей и сосен.

— А как же запрет колдовать? — спрашиваю я Лэксира.

Он пожимает плечами:

— Рядом ни одного робота или человека, чары никто не заметит.

— А если нас спросят, как мы здесь оказались? — не унимаюсь я.

— Ну, можем вырыть подземный ход для маскировки, это займет часа два, даже у Шэва. Или собрать лестницу из подручных материалов, — он хитро улыбается. — Или можем не попадаться.

— Ой, какие сложности. Да скажем, что зашли в калитку, вон она там, даже открыта, и стражник от нее отошел, тоже хочет посмотреть на эти испытания, — машет рукой Диалия в сторону калитки в двадцати метрах от нас. — Даже трое стражников, видите, они стоят на холме?

Да, они так увлечены чем-то, происходящим вдали, что даже не слышат нашу перепалку. Причем один из них, рыжеволосый, подозрительно похож на того, кто только что знакомил нас с правилами поведения в Арторе. Сбежал со своего поста, чтобы поглазеть? Да уж, событие, должно быть, эпохальное. Или дисциплина у них в армии хромает.

— Но лучше не попадаться, — говорю я. — А то их накажут за халатность, а они все же не виноваты.

— Не попадемся, — кивает Лэксир и аккуратно убирает в карман бельчонка, который так и норовит высунуть любопытный нос, ушки, глазки и все остальное, такое же любопытное. Даже протестующее пищит и цепляется лапками за ткань, но клапан на кармане мага крепкий и не открывается, как бельчонок ни пытается его открыть.

— Давайте подберемся поближе, — предлагает Лэксир и идет вперед, к освещенной белым светом площадке. — И стараемся не шуметь.

Мы неслышно идем за ним. Обидно, что я пару раз наступаю на хрустящие ветки, а Диалия в своем длинном платье и особенно огромный Шэвиор — нет. Как будто я очутилась в компании призраков!

— Это просто опыт, призраком для этого становиться не обязательно. Кстати, они шумят, некоторым так не везет, что они просят затычки в уши, чтоб не слышать свой вой или звон цепей. Беда в том, что ушей у них нет, — хмыкает Лэксир и берет меня под руку, призывая остановиться.

Мы стоим на том же холме, что и стражники. Только они — на широкой дороге, а мы — под прикрытием деревьев. Но нам и так все замечательно видно: действие происходит в низине, там стоит нечто гигантское на трех колесах и шести подпорках, снабженное огромными ножницами и извивающимися антеннами. Похоже на квадратную голову — посреди каждой грани круглый глаз, из ушей растут ножницы, вместо волос какие-то изогнутые тонкие железки

— Клуб робототехники плакал бы от зависти, потому что это точно попало бы на обложку, — шепчу я. — Их фантазии на такое впечатляющее чудо не хватило бы. Вид ошеломляет и вгоняет в ступор, хотя функции минимальные.

Писала я как-то заметку о выставке роботов, многим обидно было, что на иллюстрации оказался совсем ненужный, но самый милый — круглый шарик с большими глазами. Они загорались синим, если перед ним клали круглый объект и желтым — если объект был с гранями. Редактор выбирал фотографии, сказал, нужно либо ужасающее, чтобы глаз не отвести, либо вызывающее умиление. Ужасающего не было, были скучные, по его мнению, железки.

— Моей фантазии тоже не хватило бы, — фыркает Лэксир. — Но функции здесь оправданы. Чем их меньше, тем лучше. Этот должен срезать верхушки слишком высоких деревьев. Как я вижу, они пытаются по-другому использовать магию, не отдельно прицеплять заклятия к частям робота, а смешать магические формулы с паром. Здесь возможны сюрпризы.

— Накаркаешь, — тыкает его локтем Диалия.

Он вздыхает:

— Да нет, очевидно, что сейчас что-то пойдет не по плану. Они все чары одновременно смешали, сделали бы хотя бы контейнеры для них… А теперь робот просто сойдет с ума от перепутавшихся чар. Как они этого не видят? Пар же выходит неравномерно, а чары они дают одним потоком.

Сначала кажется, что он ошибся. Робот бодро едет к ближайшему высоченному дереву, срезает верхушку, аккуратно хватает ее тем, что я посчитала антеннами, кладет на землю. Вот и второй конус тоже ложится рядом, третий, четвертый. На пятом робот замирает, лязгает чем-то внутри и направляется к группе наблюдателей. Ножницы угрожающе щелкают над их головами. Наблюдатели пускаются врассыпную, но не тут-то было — их крепко хватают антенны-усики. Троим пленникам везет — их кладут на срезанные верхушки, а вот остальным, похоже, сейчас не повезет, их зачем-то вкладывают между лезвий ножниц… Вряд ли им сейчас сделают авторскую стрижку…

— Ди, Шэв, напомните мне, что с этого дня больше мы никуда не лезем просто посмотреть, — Лэксир как будто что-то бросает, воздух прорезает голубой диск. — Надоело.

Диск врезается в «антенны», они ломаются, и несостоявшиеся жертвы падают на землю. Робот отпускает остальных, обиженно скрипит и как будто озирается. Да, нет сомнений — он направляется прямо к нам. И слишком быстро направляется, как разогнавшийся гоночный болид.

— Тебе надоели подвиги? — хмыкает Шэвиор и обнажает сверкнувший меч, который висел у него в ножнах за спиной.

Диалия оттаскивает меня за спины наших спутников, но встает на цыпочки и с любопытством выглядывает из-за плеча Шэвиора, говоря:

— Нет, меч его не возьмет, вся надежда на Лэкса… Если только… Да, смотрите, можно перебить подачу пара к ножницам. Вот там…

Она подпрыгивает, бросает тонкий кинжал, лезвие втыкается в какую-то трубку, но робот только чуть-чуть замирает и ускоряется. И хватает ножницами троих стражников, так и стоявших на дороге. Все слишком быстро происходит, они не успели ничего понять.

Я нащупываю в кармане кольцо из лигерна — наверное, это крайний случай, когда я могу наколдовать что-то и разрушить робота.

— Не смей, убьешь всех нас, — бросает Лэксир.

— Так чего ты ждешь? — кричу я. — Стражники сейчас погибнут. Шэв не добежит вовремя…

— Вот этого, — робот поворачивается, и Лэксир швыряет еще один диск в помеченное Диалией крепление. — Я же сказал, у нас опыт, не волнуйся.