Слишком много принцев

50. Хомячки грустят

И, конечно, беда подкрадывается, откуда не ждали. Даже целых две беды — до хомячков внезапно доходит, что их хотят отдать непонятно кому, и они закатывают истерику: ложатся под кучу недоеденной клубники, закрывают глазки лапками и горько всхлипывают, а мелкие ягодки катятся с вершины нарисованного холмика и бьют их по лбам и носам.

— Ой, ну что вы, маленькие? — я пытаюсь их утешить, глажу по сморщенным мордочкам. — Илисса очень добрая, даже брата не убила за его глупости. И вообще славная, рисует тоже хорошо, у вас всегда будет еда. Вкусная-вкусная!

Они только отворачиваются и забираются еще глубже в свое убежище, еще и угрожающе рычат и щелкают зубами. Эх, если доводы о еде не действуют, а у хомяков появляются зубы, которыми можно щелкать, то плохо дело. Отвратительно.

Шэв смотрит на это безобразие, хмурится и выдает:

— Нет, нельзя без их согласия, они же живые.

Вот и вторая беда! Только Шэв обрадовался, что подарок найден… И сам каков! Бережет чувства хомячков, а не свои или Илиссы.

— Могу наколдовать еще таких, — предлагает Лэкс, коварно усмехаясь. — А этих стереть.

— Не дам обидеть хомячков, даже надувшихся! — возмущаюсь я и порываюсь вскочить на ноги.

— Он их не тронет, они уникальные, — шепчет мне Ди, успокаивающе положив руку мне на плечо. — Просто пугает. Таких хомячков больше не выйдет, другой магический фон и все такое, эти у него получились случайно. Чтобы повторить, потребуется полностью воссоздать момент их сотворения, со всеми предшествующими событиями и эмоциями. И при этом не думать о том, что ему нужно наколдовать хомячков.

Очень интересно… Можно, конечно, предложить Лэксу воссоздать всю ту ситуацию нашей первой встречи, с лягушками, портретами и моими тапочками. Ой нет, нельзя, это же Нэлиор их наколдовал, а я ведь понятия не имею, что они одно лицо! Это Диалия проговорилась, наверное, думает, что я не замечу.

Но выход же намного проще! Только надо узнать о подробностях церемонии сватовства. Вдруг там какая-то традиция, которая запрещает то, что я хочу предложить?

— Подождите, а можете мне поподробнее объяснить, как происходит это самое дарение подарков? — я ловлю удивленный взгляд Лэкса и объясняю: — Вот был Эдикт про наследование, может, и про подарки есть. И если там сказано, что нельзя невесте говорить, где и чей подарок, что она должна выбирать по зову сердца, то это одно. И мой план тогда обречен на провал. А если такого условия нет…

— А оно есть, — кивает мне Лэксир. — Через пять дней все дары должны быть доставлены во дворец, и на утро шестого дня принцесса их увидит и сделает свой выбор в присутствии свидетелей.

Так, значит, проникнуть к Илиссе и сразу в лоб рассказать ей про хомячков, а им показать ее — плохая идея. Но, Женя, ты же неглупая, придумай что-нибудь. Ведь необязательно говорить Илиссе, что это подарок, просто показать их…

— Так… — почти угрожающе тяну я. — И мы тут радуемся, что все придумали, а на самом деле у нас работы непочатый край. Надо сообразить, как представить хомячкам Илиссу, это важнее всего. Если она им не понравится, то будем думать другой подарок.

— Она не может не понравиться, она замечательная, — перебивает меня Шэв.

— Ну ты же не нарисованный хомячок, откуда тебе знать,— я даже хихикаю, представив себе огромного хомяка. Шэв пытается обидеться и похож в этот момент на наших разозленных хомячков, точнее, одного очень большого и злого, того и гляди щелкнет зубами,

Лэкс предостерегающе говорит:

—Давайте не будем ссориться. В этом есть здравое зерно. Ты не хомячок, поэтому не можешь себе представить, что они думают. Тебе Илисса нравится, а им… Я тоже думаю, что она им понравится, но это все же непредсказуемо.

— Да, Шэв, прости, я не хотела тебя обидеть, — подхватываю я. — И тем более не собиралась усомниться в привлекательности Илиссы.

— Все в порядке, — цедит он, но смотрит очень зло.

— Ты не виновата, — объясняет мне Диалия тихо-тихо, даже губами не шевелит. — Просто наша бабуля очень любила его называть щекастым хомячком или хомячищем. Вот он и ненавидит такое прозвище. Но я тебе этого не говорила.

— Ди… — начинает Шэв, и тут я вмешиваюсь:

— Ладно, с эти разобрались, еще раз прошу прощения. Но у нас ведь и второе дело есть. Как так оформить подарок, чтобы было понятно, насколько это полезные звери? Ведь выбор Илиссы должен быть очевиден для всех свидетелей, не только для нее или нас. А то получится, что глупая девица купилась на милые мордочки пушистиков…

Я хлопаю ладонью по столу, потому что Шэв хочет мне нагрубить, и договариваю уже спокойно:

— Шэв, я говорю о том, как это подадут твои соперники! Как бы ее ни любили в народе, но и недоброжелатели у нее наверняка есть. Зачем нам такие слухи? Все должно выглядеть пристойно. А количество подарков ограничено, правильно? — спохватываюсь я.

— Да, ограничено, один претендент — один дар, — отвечает Лэксир, потирая лоб. — Но вторая задача подождет, пока мы не решим первую.

Кажется, у него появилась мысль, он кивает сам себе и говорит:

— Давайте поступим так — сначала надо поговорить с Илиссой. Думаю, мы с Шэвом можем решить эту проблему. Не хотелось бы идти всем вместе, потому что…

А объяснение мы так и не придумали, да, господин королевский маг? Ясно же, что если вы встретитесь наедине, то Илисса рано или поздно проговорится, кто вы такой. Но я сегодня добрая, поэтому закончу за вас, наивно хлопая ресницами:

— Наверное, двоим будет легче сбежать, если вдруг что-то пойдет не так? И магией проще прятать двоих, а не четверых?

— Да, пожалуй, это тоже, — соглашается он. — Но вообще я хотел бы поручить вам с Ди сходить на рыночную площадь и выбрать… самый лучший домик для хомячков. Наверное, им надоело сидеть на этом маленьком клочке бумаги.

Это он молодец, хорошо придумал. Хомячки приободрились, вылезли из-под клубники и заинтересованно смотрят на меня. Мол, ты поняла, самый лучший домик, самый-самый, а то мы тут страдаем ни за что! Ютимся на листике!