Слишком много принцев

Глава 54. Еще один взбесившийся робот

— Да все у них в порядке, — Шэв загораживается от меня подхваченной чертежной доской и отступает, чуть не врезавшись в стену. — Они просто расстроились, что к Илиссе нескоро попадут. Ну честное слово! Она им и дерево это нарисовала, и цветы… Видишь, они их даже не едят, берегут как память!

Ох уж эти хомячки-изменщики! Согласно кивают, всхлипывают и гладят лепестки бутона, очень похожего на гигантский василек. Вот бы так одной ягодке из нарисованных мною поклонялись. Хотя если бы они начали поклоняться таким монстрам, это вызвало бы больше вопросов.

Я не удерживаюсь от смешка. Вроде должна испытывать ревность — это же я их нашла и спасла! Вот что они делали бы во дворце? Ели бы узоры на обоях, и их бы уничтожили как вредителей. И меня они должны любить больше. Но сердцу не прикажешь, конечно. Тем более сердцу хомячка. А уж желудку хомячка — и подавно. Вот оно что!

— Слушай, а покормить их ты не сообразил? — грозно спрашиваю я. Наконец-то отомщу Шэву за его упреки и косые взгляды на приграничной станции. — Если они хотят есть, а красоту и память есть рука, то есть лапа, то есть зуб не поднимается…

Оказывается, я великий знаток психологии хомячков! Они перестали плакать и с надеждой уставились на нас. Правда, все равно грустят, усики поникли, ушки прижаты, но уже не умирают от тоски. И лужа слез как-то ужалась и превратилась в лужицу.

— Точно, давай их сюда! — ничуть не обидевшись, Шэв берет у меня хомячков и готовится рисовать что-то на захватанном и изрядно потрепанном листке.

— Нет, пересели их, — я вручаю Шэву новый лист, только что оплаченный Диалией.

Хомячкам он очень нравится, но они умудряются перетащить на него и рисунок Илиссы. Да уж, он им действительно очень дорог. Сначала ставят дерево, любовно поправляют цветы и лишь потом сломя голову несутся к нарисованным Шэвом фруктам.

— Что-то быстро вы обернулись, — недовольно говорит у меня за спиной Диалия Лэксиру. — И принцессу застали, и важные переговоры провели…

— Повезло, что Илисса была в Академии, мы не ожидали, — едва ли не защищается Лэкс. — Не дуйся, мы быстро постараемся все оставшееся купить.

Она скептически хмыкает, и Лэкс предлагает:

— Ну хочешь, мы пойдем в магазин инструментов, ты выберешь, что тебе по душе, а потом пойдешь в кафе Ильнида? И там нас подождешь? Я как раз заметил, там новые десерты появились, такие ты не пробовала.

— Вот это хорошая идея, — соглашается Диалия со вздохом облегчения, но тут же усмехается. — Вы подвергнете опасности меня или все кафе — пока вы будете все примерять и рассматривать, я съем все-все и не смогу подняться из-за стола. И объем остальных посетителей, и уничтожу годовой запас сладкого порошка.

— Не преувеличивай, так долго мы там не пробудем.

Все же эти двое хорошо знают друг друга, даже завидно. И в кафе тоже хочется — сладости в Арторе потрясающие. Может быть, я тоже смогу увязаться за Диалией?

Но я даже не успеваю додумать до конца мысль, а не то что придумать коварный план по разграблению сказочно вкусного кафе за чужой счет.

За разговорами мы вышли из магазина, спустились на лифте и оказались на улице между двух рядов домов. Только вот здания повернуты к нам тем, чем избушка на курьих ножках обычно поворачивается к лесу, стоит лишь ее попросить. Прямо так на язык и просится: «Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом». Но страшновато произносить это заклинание — кто знает, что там у аккуратных одноэтажных домиков за фасад. Лучше уж глухие стены с редкими железными дверями.

Да, если подумать, именно это нам и нужно, роботы всегда нападали на нас в безлюдных лесах и на улицах. Ну, на границе робот сперва искал такое место, кажется. Или нет?

— Здесь достаточно пустынно? — спрашивает Лэксир у Диалии, она выворачивает абсолютно пустой карман, где был параниус, как будто надеется, что он спрятался между швов:

— Да, кажется, вполне пустынно, — и сразу же переходит на крик: — Он сбежал, сейчас начнется!

— Если Лэкс прав, — бурчу я. — То начнется.

— Я всегда прав, — бросает он мне.

— Только если дело касается магии, — уточняет Диалия, а Шэв хмыкает:

— Еще и государственных дел, наверное.

Лэксир только отмахивается, рассматривая все сквозь свои волшебные очки. Указывает вперед:

— Оттуда придет, ждем, — его слова подтверждают крики, доносящиеся из-за поворота.

— Людей спасать не побежите? — возмущаюсь я.

Судя по звукам тяжелой поступи, этот робот может кого-то растоптать. Или убить барабанные перепонки — мои точно. Каждый тяжелый шаг сопровождается бренчанием и воем струн, как будто вместе с роботом к нам идут очень злые кошки, орущие на разные голоса.

— Нет, не побежим, он никого не схватил, — отвечает Лэксир, сосредоточенно крутя в руках воздушную сферу. — Сейчас придет сам.

Это не совсем сгусток тумана, если присмотреться, то видно, что шар в его руках больше похож на сплетение нитей, как будто это тончайшая сеть. Она вспыхивает оранжевыми искорками, словно причудливая гирлянда. И на какую же рыбу мы охотимся? Неужели на нашего Юма? Но на параниуса нет смысла охотиться вот так, он вернется сам, всегда же возвращался.

И вот из-за угла показывается робот — очередной гигант на складных железных ногах с пятью или шестью коленями. Когда он выпрямляется, то крыши домов как раз достают ему до самого верхнего «колена». А «рук» у него сколько! Я успеваю насчитать десять, пока спрашиваю:

— Зачем они все такие высоченные?

— Высоченные, чтобы удобно было транспортировать, — объясняет Шэв, ничуть не волнуясь, — перевозить такую махину дорого, а так — сам дойдет.

Гигант перешагивает через аллею, преграждавшую ему путь, и направляется прямо к нам, угрожающе машет всеми своими руками — клешнями, прищепками какими-то, щипчиками. Ага, это тот самый робот, который играл на всех возможных инструментах!

Диалия фыркает, взвешивая в руке кинжал:

— Да и выглядит такая махина внушительнее, для рекламы хорошо — издалека видно. Ну, пока их мало, конечно. А сейчас только один такой есть, уж больно дорогая «вывеска».