Слишком юные для вечности

Глава 42

Окно в январе

Город жил в режиме праздника:
салюты, музыка, мишура, пробки, смех, глупые бумажные короны.
Кто-то планировал поехать в Карпаты, кто-то — шумно встречать полночь в баре.

Лея не хотела ни того, ни другого.

— Можно я просто останусь дома? — спросила она у Дани за пару дней до Нового года.
— Конечно.
— Без фейерверков, гостей, платьев. Только ты, тишина и… плед.
— Звучит как план. Можно я возьму глинтвейн и пару свечей?
— Договорились.

---

31 декабря.
Они не готовили ничего особенного.
Просто поставили чайник, выложили на тарелку сыр и мандарины.
Лея ходила в свитере, Даня — в старой футболке.
На подоконнике — тетрадь и ручка.

— Пишешь письмо? — спросил он.
— Да. Себе.
— Прошлогодней?
— Нет. Завтрашней.

---

> *«Привет.

Я не знаю, какой ты будешь, когда это прочитаешь.
Может, сильнее. Может — уставшей.
Но, пожалуйста, не забудь, какой ты была в эту ночь.

Ты не хотела шумных салютов.
Ты хотела мира внутри.

И ты выбрала любовь.

Не гламурную. Не показную.
А ту, что дышит рядом, пока ты молчишь.

Надеюсь, ты всё ещё помнишь, что важнее:

— не быть идеальной
— а быть живой.»*

---

Он читал через плечо.
Не вмешивался.
Потом просто положил свою ладонь поверх её.
— Это красивое письмо.
— Спасибо.
— Оно — про тебя.
— Надеюсь.

---

Полночь они встретили на подоконнике.
Лея держала чашку с чаем, Даня читал список её «маленьких желаний на год»:
— Гулять босиком в тёплой траве.
— Поехать в город, где нас никто не знает.
— Купить себе жёлтое платье.
— Сказать «нет» без чувства вины.
— Сказать «люблю» не потому что надо, а когда хочется.

Он улыбался.
— Можно я добавлю своё?
— Давай.
Он взял ручку и приписал:

> «Просыпаться рядом с тобой — как можно больше дней подряд.»

---

Когда за окном начали греметь салюты, Лея вздрогнула.
— Знаешь, я всё-таки немного боюсь громких звуков.
— Я знаю.
Он встал. Закрыл шторы. Задёрнул плед вокруг них.

— Вот так лучше?
— Намного.
— Тогда пусть для всех Новый год — там.
— А у нас — тут.

---

Они молчали.
Слышали, как тикали часы.
Как трескались свечи.
Как рядом — ничего не рушится.

---

Позже она записала:

> *«Я впервые встречаю Новый год не с криками, а с молчанием.

И это — лучший звук.

Потому что в этом молчании — он.

И я.

И не нужно ничего больше.»*