Слишком юные для вечности

Глава 46

Письма, которые не были отправлены

Это была обычная суббота.
Дождь за окном, чай на плите, рассыпанные книги и попытка навести порядок.
Лея перебирала ящики. И вдруг — коробка.

Картонная, серо-голубая, с потрёпанными краями.
— О, чёрт, — прошептала она, подняв её.
Даня обернулся от раковины.
— Нашла что-то?
— Да. Себя.

---

В коробке были письма.
Написанные от руки. Без конвертов. Некоторые — на листах из тетрадей, другие — на обрывках, салфетках, билетах.

— Ты писала это… кому?
— Иногда ему. Иногда себе. Иногда — вообще в никуда.
— Можно?

Она протянула одно.
— Это не для отправки. Но теперь — пусть будет прочитано.

---

> *«Я знаю, ты не придёшь.

Но всё равно пишу.

Потому что если не написать, то чувства будут гнить внутри.

Я скучаю. Но не по тебе. По себе той, которая ещё верила.

Ты не дал мне того, что я просила.

Но дал больше: тишину, в которой я услышала себя.

Это тоже подарок.»*

---

— Ты злилась? — тихо спросил Даня.
— Нет. Я болела.
— И сейчас?
— Сейчас — как будто выздоравливаю.

Он молча взял ещё одно письмо.

> *«Когда-нибудь я буду с кем-то, кто не попросит меня быть проще.

Кто поймёт, что моё молчание — не обида, а глубина.

Кто не испугается моих ран.

Кто будет — не громким, а точным.

И я смогу быть мягкой.

Потому что рядом — будет безопасно.»*

Он закрыл письмо.
Посмотрел на неё.

— Это я?
— Да. Тогда я ещё не знала, как ты выглядишь. Но уже чувствовала.

---

Они сели на пол.
Читали письма, смеялись, молчали, обнимались.
Она зачитала записку на чеке из кофейни:

> «Если однажды я забуду, кто я — пусть эта Лея напомнит мне, как сильно она пыталась стать собой.»

---

— Хочешь сохранить их? — спросил он.
— Нет. Хочу отпустить.
— Сжечь?
— Не обязательно. Просто… оставить здесь.
— Навсегда?
— Да. Потому что теперь мои письма — не про «его».
А про нас.

---

Позже она записала:

> *«Я перечитала то, что писала, когда меня никто не слышал.

И вдруг поняла:

я слышала себя всегда.

Просто боялась поверить, что этот голос — мой.»*