Сломанные. Случайно совпали

Глава 7

В скором времени мы отправились на посадку. Надо сказать, что каждый раз, видя частный самолет Игоря Борисовича мне вспоминалась история его появления. Сама я, то время, к сожалению, не застала, но вот моя предшественница смогла полноценно поучаствовать в тех событиях.

Начать надо с того, что шеф не покупал этот самолет, а если бы мог, то и вовсе бы от него давно избавился, но увы. Все дело в том, что это подарок, причем не от последнего человека в Азии, по крайней мере, таким статусом он обладает на сегодняшний день. И, как можно догадаться, немалую роль здесь сыграл мой начальник.

Если опустить детали, то Игорь Борисович пошел навстречу попавшему в не лучшую ситуацию клиенту, вернее, его сыну. Ранее шеф вел дела с его отцом, и оба были вполне довольны сотрудничеством. Но при весьма мутных обстоятельствах тот внезапно скончался, а не готовый к подобному сын оказался под перекрестным огнем инвесторов, конкурентов и кредиторов. Первое время ему еще как-то удавалось держаться, но вскоре стало катастрофически не хватать ресурсов. Тут-то и помог Игорь Борисович, согласившийся принять в качестве залога под кредит идущие на дно активы компании. Да еще и помог грамотно вложить появившиеся деньги. И тем самым, буквально вытащил компанию из пасти накинувшихся со всех сторон гиен.

И вот после выплаты всех долгов, через некоторое время, в благодарность был доставлен люксовый частный самолет. И чтобы не обидеть человека, в культуре которого отказ от искреннего подарка просто не поймут, шеф обзавелся новеньким самолетом.

Но почему бы ему пытаться избавиться от подобного подарка? А все просто. Во-первых, шеф не любит выделяться и кичиться своими деньгами или положением. А во-вторых, обслуживание этого красавца вылетает ему в копеечку. Да и полет с любой авиакомпанией первым классом выйдет куда дешевле.

Но если шеф частенько печалится, увидев свой самолет, у меня каждый раз появляется иррациональный детский восторг.

«Это же свой самолет, целый настоящий самолет. Как можно его не любить?»

Впервые попав на его борт, я облазила его весь, от кабины пилотов и до хвостового отделения. Чем сильно удивила и рассмешила шефа. И хотя мне было немного стыдно за свое непрофессиональное и детское поведения, я потом весь день ходила довольная, как слон. Вот и сейчас, стоило только ему появиться в пределах видимости, как я тут же воодушевилась. А видя мой энтузиазм, даже все еще немного бледный, Игорь Борисович как-то повеселел.

— Вот вроде бы который раз уже его видишь, а глаза все еще вспыхивают, как в первый, — усмехнулся шеф, — И что только тебе в нем так нравится?

— Ну шеф, как вы не понимаете? Это же самолееет, — протянула я, — ваш личный самолет. Можете лететь, куда и когда захотите, ну, практически.

Все же я понимала, что существуют определенные правила взлета и посадки, а также полетные планы.

— Вам так нравится летать? — внезапно, с оттенком удивления, поинтересовался Дмитрий.

Я же, разглядывая обводы самолета, на автомате ответила:

— Меня скорее привлекает сам вид самолета и идея свободного путешествия по воздуху. Но да, летать мне тоже нравиться, — с легкой улыбкой закончила я, повернувшись к нему.

И на пару секунд предо мной предстало удивительное зрелище – широко распахнутые глаза, слегка приоткрытый рот. Дмитрий, почему-то казался ошеломленным и удивленным. Но вскоре, смех Игоря Борисовича, который, как оказалось, тоже стал свидетелем этой немой сценки, привел Дмитрия в чувства.

«А он оказывается, весьма миленький, когда его холодный фасад осыпается», — с легкой усмешкой думала я, наблюдая за Дмитрием, кончики ушей которого немного покраснели.

И он, видимо, не желая и дальше терпеть наши с шефом пристальные взгляды, ускорил шаг и убежал в самолет.

— Кажется, мы его засмущали, — все еще посмеиваясь, озвучил мои мысли шеф, — Какое редкое зрелище.

Поднявшись на борт и заняв свои места, каждый из нас погрузился в свои мысли. Та небольшая беседа перед посадкой, казалось, сделала атмосферу более расслабленной. Причем настолько, что сейчас, каждый чувствовал себя вполне комфортно и уютно, чтобы не обращать внимания на остальных.

У меня, к примеру, в голове безостановочно роились различные мысли. Они то всплывали на поверхность, то уходили куда-то вглубь сознания, откуда их уже было невозможно достать самостоятельно. А я, словно сторонний наблюдатель в собственном разуме, вяло переводила внимание то на одну, то на другую идею. И в какой-то момент, словно под статический шум телевизора, я, кажется, задремала. По крайней мере, я точно видела сон.

В нём я летела по небу, без какой-либо помощи, полагаясь только на себя. Легкий ветерок трепал волосы, а лучи, мягкого, словно весеннего, солнца согревали лицо. Казалось, что мир открылся мне.