"Сломанный мир" книга первая "Игра на выживание"

Глава 2

Военный лагерь подготовки разведчиков код «1923-2». Прошёл год.

Я многому научился... Программа по подготовке разведчиков включала в себя: стрельбу, рукопашный бой, метание ножа, навыки выживания в сложных местностях, прыжки с парашютом, даже языки других стран, ну, самый минимум. И многое другое, что перечислять неинтересно. Так же была затронута и идеологическая сторона.

Здесь узнал историю, как страны «Большой пятерки» объединились и как начали свою деятельность. Как развивался прогресс на стороне защитников. Узнал также то, о чём даже и не думал, живя у себя в деревне… Моя жизнь бы прошла совсем иначе… Но сейчас я тут… Лейтенант Графт говорит, что скоро настанет день, когда нам придется оправиться на задание…

Вообще обстановка тут довольно-таки серьёзная. Мои сослуживцы не принимают меня всерьёз, так как я всего тут год, а у них большой опыт за плечами ведения боевой и диверсионной деятельности на передовой. Они готовились в этом лагере пять-семь лет, отрабатывали свои умения непосредственно в действующих операциях на линии фронта. В нашем взводе 7 человек. Пять взрослых мужчин, и я молодой, но не самый младший.

Есть парень, которого тоже взяли в отряд спустя две недели, после моего приезда. Его зовут Мейтон Колл. Всё что я знаю о нём, ему двадцать восемь лет. Спортивен, быстро схватывает информацию, внимателен к мелочам. Мне бы у него поучится. Хорошо стреляет из винтовки. Сказал, отец был охотником и с детства научил его многому, когда брал с собой. Отец ушел воевать на фронт, когда ему было двадцать пять лет и пропал... Это его и вынудило искать отца и вступить в ряды защитников… Жены нет. Мама умерла от какой-то болезни, когда ему было всего 6 лет. Отец не женился второй раз, сказал, что очень любил маму.

Мы с ним очень подружились за это время. Остальные были постарше, поэтому при возможности, любили шутить в мою сторону. Единственные кто меня понимали это: Мейтон, лейтенант Графт, ну и Флои. Мы частенько при возможности приезжаем её наведывать. Ей очень нравится у родственников лейтенанта. Хорошо, что она обрела новую семью, мне так спокойней за неё.

В нашем отряде у всех разные судьбы. Стен Ларсо - отличный электронщик, о Фреде Вердере мало известно, но знаю, что он отличный повар. Майк Лэс - хороший подрывник-диверсант, мне кажется, что он и из бумаги сделает бомбу. Раймонд Эш — это человек невидимка, мастер маскировки.

Больше всего у меня вызывает восхищение Бен Лоусен – человек-легенда. Он был командиром танка. В утро 3030г. летом, их танк в составе танковой дивизии из восьмидесяти четырех единиц, в составе армии из тысячи с лишним, бронемашин и танков, около тридцати тысяч пехотинцев, должны были атаковать в направлении границы страны Бало. Надо пробить линию фронта, и оттеснить врага за реку Шену, в направлении Джевела. Но в то утро их ждала засада.

Наступающие двинулись в атаку. Пройдя пять километров по фронтовой линии, до баррикад противника оставалось еще столько же, когда на них обрушился плотный артиллерийский огонь из крупнокалиберных орудий. В течение одиннадцати часов продолжался массированный обстрел. Последствия были ужасающие. Огромные воронки от разрывов снарядов, останки человеческой плоти, искореженный метал и стоны раненых.

Бену повезло, что снаряд упал рядом с танком и повредило гусеницу. Танк не смог двигаться дальше, его на половину засыпало землей. Это спасло их. Экипаж не смог откопать танк, времени просто не было. Когда дым рассеялся, добивать раненых шла противоположная сторона.

Целых танков, которые могли вести огонь, из их дивизии, осталось всего пятнадцать. Все понимали эта атака провалилась, и нужно было выводить раненых и тех, кто еще остался жив. Экипажи дополнили танкистами из других танков. Времени не оставалось. Приняли решение оставшимися танками прикрыть отступление союзников. Битва была не равная.

По рассказам Бена, они успели подбить четырнадцать танков и восемь бронетранспортеров. Всё было быстро, бой длился около часа. Наступающие противники обстреливали неподвижный танк Бена. Один из снарядов повредил орудие танка. В стволе образовалась трещина. Стрелять было нельзя. Была дана команда покинуть танк. Но плотный огонь по машине не давал это сделать.

Противник приближался, и снаряды начали прорезать броню всё сильнее и точнее. Один снаряд, пробив лобовую броню, убил радиста, механика-водителя и наводчика. Заряжающему перебило руку, и он истекал кровью. Осколками Бену посекло ноги, и зацепило сухожилие. Он попытался оказать первую помощь наводчику, но тот, от потери крови потерял сознание. Бен перевязал ноги, и решил протиснуться в люк под днище танка. Но расстояние до земли было очень маленьким. Он еле просунулся в люк, уместился под днищем и закрыл его.

Вражеская пехота бросила гранту внутрь танка, она разорвалась. Немного полазив в подбитом танке, враги покинули его. Бен просидел ещё двенадцать часов и решил вылезти. Попрощавшись с погибшими товарищами, он под покровом ночи решил покинуть танк и ползти к своим. Почти сутки он полз к укреплениям союзников. Добравшись, он потерял сознание от ран и усталости. Потом его направили в госпиталь. Полгода он пробыл там с проблемой из-за ноги, пока полностью не восстановился.

Его хотели наградить звездой героя. Он единственный выжил в этой неравной битве. Но он отказался от награды, сказав, что никого не вернуть и не стереть из памяти всё, что он видел. Он предпочел бы погибнуть со своим экипажем, чтобы всё для него закончилось. Потом в госпитале его встретил товарищ детства и предложил пойти с ним в разведывательный отряд. Бен недолго думал и согласился, если это поможет быстрее закончить бессмысленную войну.

Если честно, у меня дух захватывает от этого рассказа. Выжить в таких условиях, просто нереально. Лейтенант Графт говорит, что там до сих пор на поле боя остались остовы танков и машин. Никто не решается их забрать, потому как линия в десять километров постоянно обстреливается обеими сторонами и друг друга хорошо видно. Чёрная земля и ржавые машины оставили память о произошедшем событии. Бен не любит рассказывать об этом. Очень редко, а точнее пару раз, я слышал его историю. Иногда, представляя, как он действовал, я будто видел себя на его месте, чтоб ощутить атмосферу того события. Но, не очень хотел оказаться на его месте.