"Сломанный мир" книга первая "Игра на выживание"

Глава 13

Ближе к обеду мы достигли места, где наши пути должны были разойтись. Мы выгрузились, взяв наши вещи. Геуд ещё раз на нас посмотрел, и сказал, что мы самые интересные - не из местных, которых ему удавалось сопровождать через пустыню. Мы поблагодарили его за мудрость и гостеприимство, которое он нам выказал. Потом он указал направление, куда нам нужно было двигаться. Я, честно, не понимал, как он ориентировался в этих песках. Он сказал, когда солнце будет на той полосе песка, мы сможем увидеть то, что нам нужно. Примерно, идти ещё час или два, как мне показалось.

Мы пошли неспеша. Прошло около часа. Поднялись на высокий бархан и стали осматриваться. Тут меня охватила небольшая тревога. Мысли полились потоком. Если мы вдруг заблудимся? Тут можно блуждать бесконечно и просто погибнуть. Теперь понял, о чём предупреждал Геуд, о каких опасностях. Гробовая тишина, палящее солнце и бесконечный песок, внушали волнение. Можно было просто растеряться или сойти с ума от безвыходности. Хорошо, что мы оглянулись назад и увидели наши следы. На вид, они шли относительно ровно, от того места, где мы расстались с караваном Геуда. Но, это просто были мои доводы. В реальности моя ориентация на местности была бесполезной. Как Геуд ориентировался здесь? Для меня всё выглядело одинаковым. Волны песка, без единой точки отсчёта. Было ли это просто интуицией или чем-то иным, чего я не в состоянии постичь? Мы с Мейтоном решили продолжить путь по прямой, как нам указал Геуд.

Прошли ещё час. Ситуация усугубилась тем, что жара стала невыносимой. Песок нагрелся до такой степени, что поплыл волнами весь горизонт, чудилось, что мы находимся в какой-то банке или аквариуме. Видимость стала не превышать и ста метров. Ощущение замкнутости и потерянности становилось более гнетущим. Вспомнил слова Геуда «Если не видишь, не иди». Сказал Мейтону об этом и мы решили разбить лагерь здесь, пока не будет какой-то ясности, в каком направлении двигаться.

Ночь спускалась на пустыню, солнце ложилось за горизонт. Мы просто лежали и бездействовали. Нам удавалось иногда поговорить. Мы ждали темноты и когда жара спадёт. Выбрали небольшое место в песках с впадиной, чтобы барханы нас закрыли, и разожгли костер. Был спор между тем, разжигать или не разжигать его. Но, так как мы были закрыты от общего пейзажа барханами, такой вариант нам показался оптимально безопасным. Решили разогреть консервы на огне и вскипятить немного чая. Ночь была тёмная и безлунная, ходить можно было только на расстоянии освещенности костром. Этот день нас очень вымотал, так что решено было быстро поужинать и лечь спать.

Утро нас настигло порывами ветра и песком, который полностью всё закрыл. Это была не песчаная буря, но ориентироваться в таких условиях было невозможно. А пойти и потеряться проще простого. Мы сидели второй день на месте, только теперь всё осложнялось ветром с песком. Вчера жара и пески, сегодня ветер и пески. Будь оно проклято, это всё! Я отчаивался. Смотря на Мейтона, понимал, он старался держаться, но в голосе его уже не было такой уверенности и азарта как в начале нашего путешествия. Он присел рядом со мной. Мы быстро уложили свои вещи в рюкзаки. Положили их рядом с собой, чтобы не потерять. Оба закрывались от ветра и песка капюшонами, и специальной маской для лица из ткани. Ветер усиливался, мы сидели долго, очень хотелось пить. Ветер был такой силы что, песчинки просачивались через маску, били по открытым участкам кожи, это ощущалось как тыканье иголками. Гул стоял, неимоверный. Неизвестно, когда это могло закончиться и не известно смогли бы мы, пересидеть так ночь? Снова пришли мысли об Айли… Слова прорицателя, что снова её увижу, давали мне сил терпеть это испытание. Мне нужно было вернуться обратно. Во что бы то ни стало, мне нужно выжить! Я дал обещание Айли.

Спустя непродолжительное время, ветер поутих. Открылось солнце, стало нагревать песок и наши одеяния. Мы встали и начали отряхиваться от песка. Он сыпался отовсюду. И, казалось, что его невозможно вытряхнуть полностью. Осмотревшись по сторонам, мы обнаружили себя уже не во впадине между барханов, а совсем наоборот на небольшом холмике из песка. Картина поменялась кардинально. От привычного пейзажа ничего не осталось. Пустыню словно разгладили невидимой рукой. Вчерашние холмы превратились в обычные равнины из песка.

Мы не знали, как реагировать на то, что происходит с нами в пустыне. Толи радоваться тому, что мы ещё живы или думать о том, что ещё один день будет испытанием на нашу прочность, с каким-то неопределённым финалом. Пустыня не делала исключений: она либо принимала тебя, либо уничтожила. А мы всё ещё надеялись, что её можно обмануть.

После того, как пришли в себя от произошедшего, мы осознали, что оказались совершенно не готовы к такому. Мейтон проверил припасы: еды хватит на пару дней. Если экономить, на четыре или пять. Это начинало напрягать ещё больше, и стоял главный вопрос: что делать дальше?

Карта, которую дала нам Линда, будто издевалась над нами. Она была единственным ориентиром, но, вместо ясности только усиливала ощущение потерянности. Мы спорили друг с другом до хрипоты, пока наконец не выбрали один из квадратов, где по нашему мнению, мы могли находиться.

Солнце медленно садилось за горизонт, превращая пески в безмолвное море. Это было красиво, но вместо умиротворения чувствовался холодный страх. Мы достали наши матрасы, решили остаться на месте и не рисковать ночью. Пустыня не прощает ошибок, и это место явно не хотело нас отпускать.

Прошло ещё два дня. Долго думали, стоит ли нам вообще продолжать эту миссию в таких условиях. Невозможность понять, куда нам двигаться… Ограниченность ресурсов и сложные условия, делали успех этой мисси ничтожным. Надо было просто выбираться из этой пустыни, любыми способами. Мы сидели без ориентиров уже пару дней. Палящее солнце нас просто сушило. С удовольствием ждали ночи, чтобы хоть как-то отдохнуть. Старались меньше двигаться. Экономили воду, как говорила Линда.