Сломленная истинная

Глава 2

Бегу по богатым залам чужого дома и чувствую, как каждую клеточку тела заполняет липкая безысходность.

Артиан мне изменил. Мужчина, который подарил мне надежду на светлое будущее, растоптал моё сердце.

Как... как я теперь буду жить?

Агония, вызванная предательством, уже началась, и как её унять – ума не приложу.

Возле южной гостиной меня останавливает голос Дарлы, моей родной тётки.

– Ты чего носишься, как ненормальная? – шипит она, двинувшись мне навстречу. – Забыла, что мы в гостях? Где твои манеры, бездна тебя раздери!

Останавливаюсь и зябко обхватываю себя руками.

– Тётя, – голос срывается, – Артиан... он...

– Что? – сузив льдистые глаза, она приблизилась.

– Он изменил мне! – выпалила я, зажмурившись. – Он изменил мне с... – вспомнив, что застала жениха с её дочерью, решаю промолчать, – с... другой.

На круглом, мясистом лице Дарлы не дрогнул ни единый мускул. Всё тот же презрительный взгляд. Лишь тонкие губы поджались, выдавая крайнюю степень ярости.

– Что здесь такого? – хмуро протягивает.

– Как что? – я отшатнулась. – Он ведь... он... – язык заплетался, а давешний ком в горле продолжал доставлять дискомфорт. – Тётя, он мне изменил! – из глаз брызнули слёзы. – Я... я не выйду за него замуж. Он...

– Он твой истинный, – холодно перебила она. – И этим всё сказано.

– Но...

Напрасно было надеться, что эта чёрствая женщина, которая меня ненавидит, проникнется сочувствием.

– Никаких «но», Майя, – цедит, делает ещё один шаг, и я отчётливо вижу все её морщинки на лице, которые она тщательно пыталась скрыть белилами. – Наша семья в затруднительном положении. Тебе ли не знать? Семья Агнард приняла нас, как родных, и всё благодаря вашей с Артианом связи.

– Вы не поправите своё материальное положение с моей помощью! – сжав кулаки, проговариваю с нескрываемой яростью.

В следующую секунду моя голова резко дёрнулась вбок от звонкой пощёчины. Щека тут же загорелась, а во рту заплескался солоноватый вкус.

Я застыла, сжав зубы до хруста.

– Не смей перечить! – лицо тётки исказилось от ярости. – Ты должна быть благодарна за всё, что мы для тебя сделали! Вы только посмотрите на эту выскочку! Думаешь, что вправе что-то решать? Как бы не так! Ты выйдешь замуж и точка.

– Нет, – вырвалось у меня. – Хоть убейте, но я не стану его женой.

Она шагнула ближе, ухватила меня за подбородок, больно вдавливая ногти в кожу.

– Ты станешь. Ради семьи. Ради имени. Ради нас всех, Майя. Или ты думаешь, у тебя есть выбор? А если начнёшь ерепениться, я натравлю на тебя твоего дядюшку. Ты же этого не хочешь?

Я вздрогнула, и блёклые, выгоревшие от жадности и страха глаза сузились.

Муж Дарлы хуже неё в сто раз. В детстве за любое непослушание он с остервенением лупил меня палкой. До сих пор остались шрамы на ногах.

– К тому же, – она небрежно отталкивает меня от себя и, достав платочек, начинает вытирать руки, словно только что измазала их в грязи, – лорд Артиан Агнард никогда не позволит тебе уйти. Тебе ли не знать, как трепетно драконы относятся к своим истинным?

Трепетно относятся? Это когда за твоей спиной спят с твоими сёстрами?

Опускаю взгляд, уже не сдерживая горьких слёз.

– Иди к себе. И чтобы я больше не слышала подобных разговоров. Поняла? На ужин надеть то платье, которое подарила леди Агнард. Вечером приду и проверю.

Я развернулась и зашагала в сторону лестницы.

Затуманенная любовью к истинному, стала забывать, как сильно я ненавижу семью, которая меня вырастила. И от них уж точно не стоит ждать поддержки.

Тётя Дарла считает меня обузой с момента моего появления в их доме. Дядя Брок и вовсе ненавидит, смотря каждый раз так пристально, что волосы на затылке шевелятся. И лишь их дочь Мира относилась ко мне с теплотой.

Двоюродная сестра всегда поддерживала, отдавала старые вещи, утешала и приносила еду, когда её родители в порыве ярости запирали меня в подвале. Она была лучиком света в той беспроглядной тьме, в которой я оказалась с момента гибели родителей.

И вдвойне больнее осознавать, что сестра меня предала.

До сих пор перед глазами то, как они с моим женихом катались по постели, покрывая друг друга поцелуями.

Забежав в свои покои, села на пол, обхватила голову дрожащими руками и дала волю слезам.

Больно...

Почему так больно?

Моё сердце будто вынули из груди, бросили на пол и прошлись по нему грязными сапогами.

Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. Я торопливо смахиваю слёзы рукавом, выпрямляюсь, натягиваю на лицо маску спокойствия.

– Хотим вручить подарок от лорда, – доносится из-за двери.

Вздохнув, поворачиваю ручку.

На пороге стоят две служанки. Одна белобрысая, с натянутой улыбкой. Вторая рыжая с лицом, усыпанным веснушкам.