Сломленная истинная

Глава 15

Животный страх накрыл с головой, и меня затрясло. Зябко обхватываю плечи и начинаю порывисто дышать.

– Кто это? – шёпотом спрашивает Тина, переведя взгляд на дверь.

Судя по её ошарашенному лицу, она тоже напугалась.

– Дядя, – едва слышно выдавливаю. – Пришёл поколотить меня.

Тина с шумом выдыхает.

– И давно они тебя бьют?

– С детства.

Между нами повисла гнетущая тишина, лишь в дверь продолжали яростно тарабанить.

– И что ты намерена делать? Может, позовём стражников, или Артиана?

Отрицательно качаю головой и говорю:

– Дядька наверняка всё предусмотрел. Он слишком хитёр, чтобы заявляться без тщательно продуманного плана. Стражников поблизости нет. Можно в этом не сомневаться. К тому же, я не успею закричать, как он проломит мне череп. Что же касается Артиана, то он сейчас занят. Кейра заявила, что беременна от него, он теперь с ней. Не думаю, что освободиться... – я говорила все эти слова заплетающимся языком, выплёскивая вместе с ними всю боль.

Лицо Тины изумлённо вытягивается.

– И что, так и будем стоять и ждать, пока этот мерзавец не ворвётся и не убьёт нас? – срывающимся голосом спрашивает, проведя рукой по волосам.

– Нет, – качаю головой. – Ты спрячься за портьерой, а я... – говорю и бегу к кровати. Достав из-под подушки кухонный нож, просовываю его под пояс.

Колени поджимаются, начинаю дышать через раз, не в силах бороться с накатывающей паникой.

– Ты с ума сошла?! – шипит Тина, заламывая руки. – Я видела твоего дядьку. Он же боров! Пришибёт одним ударом, и даже не поморщится.

– Делай, что говорю, – цежу сквозь зубы.

Тина пятится к портьере, продолжая напряжённо взирать в мои глаза, и в этот самый момент раздался хруст ломающего дерева.

Топор. Он рубит дверь топором.

Боже, помоги...

В образовавшейся щели Брок просовывает глаз и насмешливо говорит:

– У тебя последний шанс открыть, Майя. Обещаю, если откроешь добровольно, бить не стану. По крайней мере, сразу. Нужно поговорить.

– Где Дарла? – подойдя ближе, спрашиваю надсадным голосом.

Тётка была почти так же жестока, как и он, но всё же, когда Брок выходил из себя, именно она становилась между нами. А он выходил из себя часто, и если бы не Дарла, заслоняющая меня собой, я, наверное, уже давно лежала бы в земле.

– Она не знает, что я здесь.

Плохо. Значит, если Брок решит меня прибить, его никто не остановит.

– И не узнает. Мы просто с тобой поговорим. Хорошо? – елейным голосом продолжает, погружая меня в ещё большую пучину отчаяния.

Открыть дверь добровольно и тем самым ускорить собственную смерть? Никогда. Хоть и понимаю, что у меня остаются считаные минуты до того, как он ворвётся в комнату.

– О чём ты хотел поговорить? – стараюсь говорить так, чтобы голос не дрожал, но не получается.

Брок усмехнулся, и в дверь врезался ещё один удар топора. Доски жалобно треснули, и вместо крошечной дырки образовалась широкая щель. Теперь я видела не только его злые глаза, но и оскал с жёлтыми зубами.

– О Мире.

Вздрагиваю и делаю шаг назад.

– А что с ней?

– Не строй из себя дуру. Ты прекрасно знаешь, что они с Артианом любят друг друга.

Нахмурившись, переспрашиваю:

– Они что?

– Ты лишняя, Майя, – говорит Брок со скучным вздохом, и топор снова обрушивается на дверь. – Помеха. Обуза. Никому не нужная шваль, которая только и делает, что портит жизнь окружающим. Тебя надо было давно убить.

Во мне вскипает ярость.

– Если бы не моя связь с Артианом, твоя дочка никогда бы не добралась до его постели. Думаешь, он её любит? Да он вышвырнет её сразу же, как только меня не станет. Я…

Я не успеваю договорить. Лицо Брока меняется, звереет, и он с такой силой начинает колотить топором по двери, что доски жалобно затрещали.

Мой затравленный взгляд заметался по комнате.

– Если ты меня убьёшь, тебя повесят, – вырывается из меня.

– Никто не узнает, что это я, – ухмыляется он, а я с ужасом наблюдаю, как его пальцы легко дотягиваются до замка с моей стороны. – А если даже узнают… ну и что? Зато моя дочь будет счастлива. И мир наконец избавится от такой мрази, как ты.

Щелчок, и дверь распахивается.

Брок скользит внутрь так плавно, будто и правда зверь, вырвавшийся на охоту.

Я замираю. Ужас сковывает мышцы, и ни одна не слушается меня.

– Знаешь, – говорит он с улыбкой, перекладывая топор, – я всегда твердил Дарле, что от тебя нужно избавиться. Она надеялась сделать из тебя служанку, работницу, но... отродью чёрной магички место на плахе, – мрачно говорит, сверкая жёлтыми зубами. – Твоя мать была проклятой магичкой, позором на весь род. Таких сжигали на костре и правильно делали, – глаза Брока блеснули. – Хочешь, расскажу, как она сдохла? Хотя нет… слишком много чести.