Сломленные. По разные стороны

Глава 3. Неприятные решения

Домой я приехала слишком поздно. Свет уже нигде не горел и только в комнате отца раздавались какие-то крики. Пытаясь подкрасться как можно тише, я замерла напротив кабинета отца и стала вслушиваться. Из-за приоткрытой двери виднелся луч света. Я прислушалась. Голос отца был таким же как и всегда свирепым. Яростным. Не живым.

– Она уже достаточно взрослая и теперь должна стать частью моего дела. Это не обсуждается. Она учиться. Хороший юрист никогда не помешает. Особенно, если она одной крови с тобой.

– Речь обо мне? – про себя воспротивилась я. – Нет-нет. Я хоть и люблю дела связанные вне закона. Но, чтобы заниматься делами мафии. Нет.

– Мы знаем. Сейчас меня волнует только один из них. – Продолжал отец с убийственным безразличием говорить с кем-то по телефону. – Тигров. Его нужно убрать и как можно быстрее. Но сделать это гораздо сложнее.

Услышать что говорили дальше отец и таинственный собеседник я не смогла, так как в холле появилась Оксана. Быстрым темпом, но бесшумно я пробралась к себе в комнату, чтобы она меня не заметила.

Уже в своей комнате я пыталась переварить смысл сказанного отцом. О ком он говорил. Точно обо мне. Я в этом уверена. Он хочет меня втянуть в криминальные игры. Но мне это не нужно. Я не собираюсь этим заниматься. Особенно прикрывать задницы этим мажором. Какая ирония. Ведь я сама являюсь мажоркой. Дочь влиятельного отца. Ха! Смешно до боли в груди. Можешь я просто ошиблась? И отец явно не про меня. Еще и этот придурок Тимур. Откуда от только взялся. Только познакомились, а я уже испытываю к нему лютую ненависть. Ее ничем не потушить.

Пытаясь отогнать от себя дурные мысли я отправилась в душ. А потом, почти сразу же уснула лишь моя голова слегка коснулась подушки.

Утром меня разбудил настойчивый стук в дверь.

– М-м-м… Кто это?

– Это я. – раздалось из-за двери. Я поднялась и открыла дверь. Это была моя нянечка.

– Тетушка? Ты чего так рано?

– Собирайся и иди в кабинет Дмитрия Александровича.

– Что случилось? Меня отец вызывает? – настойчиво повторила я. Отец вызывал меня по двум причинам: либо хотел за что-то отчитать либо наказать. и то и другое было связано с моими проступками. Может он узнал куда я вчера ходила? Нет. Он не мог. – Ты ответишь или нет? – Оксана опустила голову, будто я ее отчитала за что-то непристойное. Теребила край своей юбки. Она так делала когда нервничала.

– Я не знаю, Наташенька. Он тебя просто зовет. Мне ничего не сказал. Просто велел тебя привести. Но я не боялась Я научилась отвечать за свои поступки. И любое наказание выносила с гордостью.

Через пять минут я стояла уже под кабинетом отца. Прибежала Оксана и стала давать наставления. Как обычно.

– Такое ощущение как будто я иду не к собственному отцу, а к президенту. Расслабься. Я уже все наизусть выучила. Ты мне это часто говоришь.

– Я за тебя волнуюсь дурочка. Как ты не поймешь? – измучено произнесла женщина, отмахиваясь полотенцем. – Иди. А то он сам придет. Тогда хуже будет.

Постучавшись три раза и услышав голос отца, я зашла внутрь.

Отец стоял ко мне спиной, смотря куда вдаль через окно. На его шее вздулась вена. Было видно, как он нервничает. А синие круги под глазами говорили о бессонной ночи. Хотела бы я ему посочувствовать. Но он сам выбрал эту жизнь, и жалеть его за его же грехи я не стану. Виноват во всем сам. Он наконец-то повернулся ко мне.

– Присаживайся, дочь. – произнес он тихо. Дочь? Серьезно? Я никогда раньше не слышала чтобы он называл меня так. Что-то точно случилось и виной спустя столько лет была не я. Мне радоваться или наоборот начать сильнее нервничать? Я не понимала.

– Что случилось, отец? – с издевкой произнесла я, вальяжно усевшись на кресло напротив его стола. Он нахмурился. Такое поведение ему не нравилось, но он промолчал. Странно. Раньше он бы давно наказал меня за такую выходку, но сегодня… Что произошло сегодня? – Так ты ответишь?

– Ты глупая. Своенравная. Со своими бесами на плечах и ересью в голове. Ты не способна ни к чему. Пустая оболочка за дорогими шмотками и цацками. Вся в мать. – с отвращением произнес он. Ему была неприятна лишь мысль, что продолжение мамы живет с ним под одной крышей. Да и похожа на нее, как две капли воды. Но, это не из-за ненависти. Я знала. Он очень сильно любил мою маму. А я ему все время напоминала о его боли. О его бесконечной любви. Отец прикрыл глаза, а потом вновь сказал. – Но, ты моя дочь. И теперь пришло время приучить тебя к работе. В моей компании. В моем деле.

Я знала, что это значит. Я была права. Вчерашний разговор был обо мне.

– Ты же знаешь мой ответ, да? Как я отношусь к криминалу. – жестко ответила я, не побоявшись его реакции. – Я даже на секунду не возьмусь за твои дела.

– Придется. Я не смогу тебя всегда защищать. И не смогу быть рядом всегда. Мое время не вечное. А ты должна быть в безопасности. – Тихо произнес он, не свойственно ему. Обычно суровый и жесткий руководитель сейчас был, как разбитая ваза. Он закашлял так сильно, что из носа потекла кровь. – С сегодняшнего дня. Ты. – он пальцем указал на меня. – Мой официальный преемник.

– Нет. – отрезала я. Отец стукнул по столу. Отчего фоторама стоявшая на краю его стола упала на пол и разбилась. На фотографии была наша семья: Мама, Папа и Я.

– Да! Не заставляй меня насильно тебя заставлять.

– Тогда просто позволь мне заниматься тем, чем я хочу. И такого не будет.

– Ты будешь заниматься тем, чем я скажу. И отныне на тебе ответственность за всю мою компанию.

– Но, отец!..

– Я все сказал. Теперь к делу.

Да, что он позволяет? Так издеваться над своим ребенком. Я хотела было вспылить, разнести его кабинет в щепки. Но, то что он сказал дальше…

– Я умираю, Наташа. Мое дело должно продолжаться.

– Что? – громко воскликнула я, подрываясь с кресла. Но отец положив руки мне на плечи, заставил сесть обратно. Эти касания спустя столько времени были такими нежными и аккуратными. По-отечески. – Когда ты хотел мне это рассказать?